Лионелло д’Эсте или Леонелло д’Эсте ( или ; , Феррара — , Вогьера, ) — маркиз Феррары (1441—1450), герцог Модены и Реджо-нель-Эмилии, внебрачный сын Никколо III д’Эсте. Несмотря на то, что у Никколо были законные дети, в качестве своего преемника он предпочёл видеть Лионелло. Уровень образования и способность к управлению, популярность среди подданных, а также официальное признание Лионелло папой сделали его наиболее подходящим наследником. Уже с 1434 года он был соправителем своего отца и показал себя на этом поприще успешным администратором. Лионелло не имел сильного влияния на политические дела Италии и аристократию Феррары. Его краткое правление не отмечено сколько-нибудь серьёзными внешними и внутренними конфликтами. В отличие от других представителей семьи д’Эсте: Аццо VII, Никколо III и Изабеллы д’Эсте, которые стремились к доминированию на политической сцене, он известен главным образом тем, что при нём сформировался один из самых блестящих итальянских ренессансных дворов, где покровительствовали искусству, литературе и культуре. По мнению исследователей, в годы правления Лионелло начался процесс преобразования Феррары из средневековой синьории в ренессансное государство. Лионелло сделал Феррару одним из значительных европейских центров образования. С одобрения коммуны и, возможно, под влиянием своего учителя-гуманиста Гуарино да Вероны он реформировал Университет Феррары, в котором учились студенты и работали преподаватели как из Италии, так и из других стран. Учебный центр успешно конкурировал с рядом расположенными знаменитыми университетами Падуи и Болоньи.
Биография
Наследник Никколо III д’Эсте Лионелло был одним из трёх незаконнорождённых сыновей Никколо III д’Эсте от из Сиены. Любовница Никколо принадлежала к одной из ветвей — Толомеи дель Ассассино (). Второй сын Никколо и Стеллы получил имя в честь героя рыцарского романа — Лионелло. Первоначально он жил и воспитывался при дворе отца, его первым учителем был писатель Гульельмо Капелло (). В пятнадцать лет, как это было принято у Эсте в эпоху Возрождения, он был послан ко двору Нанни Строцци, чтобы изучать военное дело под руководством кондотьера Браччо да Монтоне, с которым принимал участие в военных походах. К моменту гибели Браччо в июне 1424 года Лионелло получил достаточные познания в этой области, он вернулся в Феррару и принял участие, хотя и не очень активное, в войне между Миланом и венецианско-флорентийской лигой (1425). О следующих четырёх годах жизни Лионелло документальных свидетельств не сохранилось. Его учителем с момента прибытия в Феррару в 1429 году и по 1436 год был известный гуманист, будущий профессор Университета Феррары Гуарино да Верона. Гуарино получил возможность открыть школу, в которой могли учиться феррарцы из всех социальных слоёв, приобщаясь к новой, гуманистической культуре. Лионелло изучал грамматику, риторику, историю, философию и этику. Блестящее знание латыни он продемонстрировал во время визита ко двору императора Священной Римской империи Сигизмунда в 1433 году, который произвёл Лионелло и четырёх его братьев в рыцари. Лионелло произнёс речь на латыни, в ней император сравнивался с Александром Македонским и Цезарем. Известно, что в январе 1438 года при открытии Ферраро-Флорентийского собора Лионелло приветствовал на латыни папу Евгения IV.
Именно под влиянием Гуарино Лионелло сформировался как правитель эпохи Ренессанса. Да Верона и позднее наставлял Лионелло; так, уже в 1439 году, по случаю охоты наследника маркизата в Реджо, Гуарино писал ему: «Ты должен искать не столько птиц — куропаток и фазанов, сколько людей и расположения этого народа. Действительно, чтобы привлечь любовь подданных более крепкой связью, чем законы правящих, недостаточно иметь имя синьора; но надо пожать им руку, посмотреть им в лицо, обещать помощь, что можно сделать только видя их, — это более крепкие цепи, соединяющие души…» В политических же интригах Лионелло не был искушён.
В 1425 году, после казни своего старшего брата Уго Альдобрандино, уличённого в любовной связи со своей мачехой, Паризиной, Лионелло стал признанным наследником Никколо и его соправителем. Династия д’Эсте в вопросах передачи власти отличалась от других владетельных семейств Италии тем, что право наследования, как правило, передавалось незаконнорождённым сыновьям в ущерб дочерям и даже сыновьям от законных браков. Отец Лионелло д’Эсте, Никколо, также был незаконнорождённым сыном. В возрасте девяти лет Никколо стал правопреемником своего отца, Альберто. Однако обстоятельства, при которых Лионелло становился преемником Никколо, отличались от обстоятельств последнего прежде всего потому, что Никколо был единственным сыном Альберто, в то время как у Лионелло были младшие законные братья — Эрколе и . Ещё один старший брат — Мелиадузе (1406—1452) (), сын Никколо от его фаворитки Катерины Медичи, — готовился к духовной карьере. Имея законных сыновей от третьего брака, Никколо настоял на том, что именно Лионелло должен наследовать ему. Правитель защищал права Лионелло на престол, учитывая его личные качества, популярность среди его подданных (как наследник он получил широкую поддержку среди них) и официальное папское признание. Отец выделял Лионелло за добродетели, необходимые в понятиях той эпохи достойному правителю, а его образование выгодно выделяло его среди прочих братьев и сестёр. К 1434 году Лионелло стал соправителем своего отца и проявил себя как способный администратор. Так, на Лионелло было возложено материальное обеспечение мероприятий феррарской части Собора 1438 года. Впоследствии Лионелло наследовал его родной младший брат Борсо — также незаконнорождённый сын Никколо.
В 1428 или в начале 1429 года были начаты переговоры о заключении брака между Лионелло и Маргаритой Гонзагой, дочерью маркиза Мантуи Джанфранческо I Гонзаги. Никколо задолжал крупную сумму денег Гонзаге, средства были потрачены на строительство замка Эстенсе. Гонзага согласился выдать свою дочь Маргариту замуж за Лионелло, а долг считать её приданым. Он получил от Никколо обещание, что потомки Маргариты станут правителями Феррары. Таким образом Гонзага и Эсте через брак своих детей решали финансовую проблему и укрепляли связи между двумя маркизатами. Это было выгодно и для Лионелло, так как союз с дочерью Гонзага гарантировал ему в дальнейшем политическую поддержку. Одним из условий брачного договора Гонзага выставили требование о признании Лионелло официальным наследником Никколо. В 1429 году Лионелло был признан папой Мартином V законным сыном Никколо. Бракосочетание Лионелло и Маргариты состоялось 1 января 1435 года при Мантуанском дворе. Шестого февраля 1435 года свадьба была отпразднована в Ферраре. От Маргариты у Лионелло был сын (1438—1476), она умерла в 1439 году.
В октябре 1440 года миланский герцог Филиппо Мария Висконти неожиданно предложил выдать за Лионелло свою дочь Бьянку Марию. Брак этот, по мнению герцога, должен был теснее связать Феррару с Миланом и дать возможность ему влиять на феррарскую политику. Он отправил свою дочь в Феррару, она там прожила шесть месяцев. Планы Висконти произвели волнение среди итальянских правителей. Однако этому союзу не суждено было состояться — Бьянка Мария уже была обещана Франческо Сфорца, с которым в 1438 году Висконти поссорился и стал искать нового жениха для дочери. Впоследствии она всё-таки вышла замуж за Сфорца.
Никколо понимал, что младшие законнорождённые братья Лионелло являются его потенциальными соперниками. Опасаясь внутрисемейного конфликта, который мог возникнуть между незаконнорождёнными и законнорождёнными братьями и сёстрами, Никколо оттягивал официальное назначение Лионелло преемником. Несмотря на то, что Лионелло являлся соправителем отца уже с 1434 года, Никколо лишь в последнем варианте завещания, подписанном в день смерти, 26 декабря 1441 года, назвал Лионелло своим наследником. Первый же вариант от 18 октября 1435 года, вопреки тем правилам, которые были сформулированы ещё в начале правления Никколо, предусматривал разделение земель между двумя старшими сыновьями — внебрачным Лионелло и законным Эрколе Тем не менее сомневается, что у Никколо когда-либо возникала мысль разделить земли между сыновьями. В своей последней воле Никколо материально обеспечил Эрколе и Сиджизмондо, гарантировав каждому получение по 10 000 дукатов. После смерти Никколо Лионелло, наконец, был признан его наследником и новым маркизом Феррары. Никколо в своём завещании также указал, что право первородства при передаче власти должно соблюдаться и после смерти Лионелло.
Маркиз Феррары
Никколо скоропостижно скончался 26 декабря 1441 года в Милане, объявив перед смертью наследником Лионелло. Через два дня, 28 декабря, в замке Эстенсе Лионелло был провозглашён нобилями Феррары, которых собрал судья Джованни Гуаленго (), правителем Феррары, Модены и Реджо. Вдова Никколо безуспешно пыталась отстоять права своих сыновей Эрколе и Сиджизмондо; потерпев неудачу, она более не поднимала этого вопроса. Через некоторое время, в октябре 1442 года, Риччарда оставила Феррару. Борсо, родной брат Лионелло, поддержал его притязания и в благодарность получил в управление Модену и замки Реджо, а также — важную в стратегическом отношении область, граничившую с Венецианской республикой и присоединённую к владениям Эсте в 1438 году.
Как правитель Феррары Лионелло с самого начала инициировал значительные экономические, политические и культурные изменения в жизни маркизата. Следуя заветам своего учителя Гуарино да Вероны, он добивался мирными средствами того, чего другие правители добивались войной. Его недолгое 9-летнее правление не было отмечено ни чрезмерными жестокостями, ни военно-политическими предприятиями, а семейные распри были на время забыты. Продолжая традиции, сложившиеся у феодалов Эмилии, он искал согласия с народом. Лионелло заботился о своих подданных в голодные годы. Уже зимой 1442 года случилась нехватка зерна, маркиз успешно разрешил эту проблему. Несмотря на сложную экономическую ситуацию, он снизил налоги сразу после начала своего правления и неоднократно обращался к этому способу завоевания признания в последующие годы, инициировал принятие законов против расточительности (ограничение доли расходования приданого для женщин, запрет шёлковой одежды для низших слоёв населения). При Лионелло были предприняты масштабные меры по осушению лагун По, что было значительным шагом в развитии сельского хозяйства, бывшего основным видом деятельности населения региона. Новым территориям, образовавшимся в результате мелиоративных мер, были даны налоговые льготы, и, по соглашению с духовенством, они были освобождены от сбора десятины. Профессор Тревор Дин характеризует стиль правления Лионелло как активный, патерналистский (). Продление срока викариатства, получаемого от папы, до пожизненного и усиление административной власти центра над отдалёнными районами способствовали большей стабильности. Лояльность знати достигалась путём умелого распределения земельных владений.