LGM-118A «Пискипер» ( — миротворец) — американская тяжёлая межконтинентальная баллистическая ракета шахтного и железнодорожного базирования. В 1986—2005 годах стояла на вооружении ВВС США.
Изначально постепенное снятие данной ракеты с вооружения и производства планировалось согласно договору СНВ-II от 1993 года. Национальный музей ВВС США: Боинг LGM-118A Peacekeeper MIssileThreat.com: LGM-118A Peacekeeper
В дальнейшем на базе LGM-118A «Пискипер» компанией Orbital Sciences Corporation была создана гражданская ракета-носитель Минотавр-4.
История создания
В середине 1960-х годов развитие стратегических ядерных сил ВВС США шло по пути увеличения арсенала межконтинентальных баллистических ракет (МБР). Стремительно идущий процесс переоснащения стратегических ядерных сил с пилотируемых бомбардировщиков на МБР успешно завершился к июлю 1965, когда на боевом дежурстве было развёрнуто около 800 МБР типа «Минитмен». Такие масштабы развёртывания позволили значительно сократить флот бомбардировщиков, и, в конечном итоге, снять с вооружения менее совершенные ранние МБР типа «Атлас» и «Титан-I».
Однако, совершенствование технологий МБР к середине 1960-х годов сделало возможным поражение с помощью баллистических ракет даже точечных целей — в том числе и таких защищённых, как шахтные установки МБР. Это порождало существенную проблему для вооружённых сил США. В случае, если бы СССР начал запуски своих МБР по территории США, американские ВВС столкнулись бы с дилеммой: запускать ли свои ракеты немедленно, как только будет получено предупреждение о запуске советских, или же выжидать, пока не будут точно определены цели советских ударов?
В первом случае, «запуск по предупреждению» мог привести к нежелательной эскалации, так как не представлялось возможным вовремя выяснить, какие именно объекты СССР выбрал в качестве целей. Советское нападение могло быть, например, направлено только против американских военных объектов, избегая поражения гражданских целей; в таком случае, для США имело бы смысл ответить аналогично, направив свои МБР против советских военных целей. Однако, так как при «запуске по предупреждению» времени на выяснение целей советской атаки не оставалось, американский арсенал МБР был бы запущен по предварительно запрограммированным целям — в числе которых были и гражданские объекты. Во втором случае, длительное выжидание с целью определить точные цели советских ядерных ударов могло привести к тому, что значительная часть американских МБР оказалась бы поражена на позициях, прежде, чем они успели бы взлететь. Подобный контрсиловой удар мог вывести из строя большую часть американского арсенала наземных баллистических ракет ещё до того, как схема ответных действий была бы выработана.
Эта дилемма была объектом серьёзного беспокойства командования ВВС США, и главной причиной была обострившаяся в очередной раз конкуренция между американскими ВВС и военно-морским флотом. ВМС США к середине 1960-х годов успешно развернули 41 атомную подводную лодку с баллистическими ракетами «Поларис». Рассредоточенные в мировом океане, американские подводные ракетоносцы были практически неуязвимы для внезапного советского нападения; таким образом, вопрос «запускать или выжидать» для флота просто не стоял. Подлодки могли спокойно дождаться, пока цели советского удара не станут полностью ясны, и на основании этого осуществить ту или иную схему ответного удара.
Командование ВВС США опасалось, что в перспективе, эти преимущества подводных лодок могут привести к тому, что задача ядерного сдерживания будет полностью передана ВМС, а наземные МБР США ликвидированы. Эти опасения имели некоторые основания; так, Великобритания, с созданием собственного подводного ядерного флота, ликвидировала стратегические ядерные силы британских ВВС.
Ответом со стороны ВВС могло быть развитие существующих систем базирования с целью обеспечения выживания наземных МБР, и разработка новых типов ракет, с акцентом на их преимущества. Наземные МБР в то время обладали одним существенным преимуществом над ракетами подводных лодок — точностью. Запуск со стационарной пусковой установки, с заранее известными координатами, обеспечивал намного большую точность попадания, чем запуск с подводной лодки. Таким образом, наземные МБР гораздо лучше подходили для удара по защищённым и точечным целям неприятеля — бункерам, ракетным шахтам, военным базам.
Исходя из этого, военное руководство США постулировало новую доктрину:
Военно-морской флот (располагавший хорошо защищёнными ракетами с низкой точностью попадания) должен был играть роль оружия сдерживания — удерживать СССР от ударов по американским гражданским объектам, угрожая ответными ударами против советских гражданских объектов. Подводные лодки были практически неуязвимы для первого удара, и СССР не мог вывести их разом из строя; для того, чтобы поражать гражданские объекты, высокая точность не требовалась. Военно-воздушные силы (располагавшие слабо защищёнными ракетами с высокой точностью попадания) должны были играть роль контрсилового средства — обеспечивать ответный удар против советских военных объектов, хорошо защищённых командных бункеров, шахт базирования советских МБР. Для поражения таких целей требовалась высокая точность, которую в то время могли достичь только наземные МБР.
Golden Arrow
В рамках новой доктрины, ВВС США в середине 1960-х занялись разработкой новых типов МБР и новых методов базирования, способных защитить наземные МБР от контрсилового удара неприятеля. В качестве методов базирования рассматривались как мобильные — на трейлерах, железнодорожных составах, кораблях и даже самолётах — так и стационарные, в виде особо защищённых, глубоко расположенных укрытий, способных выдержать даже близкие разрывы мегатонного эквивалента.
Поскольку все эти методы значительно увеличивали стоимость развёртывания ракет, было очевидно, что развернуть на дежурстве удастся лишь небольшое число новых МБР. Чтобы при ограниченном числе МБР обеспечить эффективный ракетный залп, новые МБР должны были быть тяжёлыми, несущими большое число разделяющихся головных частей индивидуального наведения.
Проект «Золотая стрела» () предполагал создание очень тяжёлой твердотопливной МБР, способной нести более 20 боевых блоков. Сотня таких ракет должна была быть развернута на трёх базах, по 30 на каждой; проектировщики предполагали, что по крайней мере треть ракет должна уцелеть при нападении неприятеля, что обеспечит ответный пуск более 600 боевых блоков. Для дополнительного обеспечения боевой устойчивости новых ракет их шахты должны были развёртываться в ущельях на южных склонах гор; таким образом, ракетные шахты были бы прикрыты горой от советских боеголовок (движущихся по трансполярным траекториям с севера) и могли бы выдержать даже взрывы эквивалентом в десятки мегатонн.
Несмотря на значительные перспективы, проект «Золотая стрела» не получил поддержки из-за экстремально высокой цены. Военный департамент был настроен критически к идее разработки новых МБР, считая «Минитмен» оптимальной баллистической ракетой и опасаясь распыления ресурсов.
BGM-75 AICBM
Ответвлением от программы «Золотая Стрела» стала программа разработки новой МБР BGM-75 AICMB ( — Улучшенная межконтинентальная баллистическая ракета). Целью программы было создание новой тяжёлой твердотопливной МБР, способной заменить тяжёлые ракеты «Титан-II» — последние жидкостные баллистические ракеты в арсенале ВВС США. Основным требованием было, чтобы ракета могла помещаться в существующие шахты.
В ходе работ над программой была спроектирована МБР, несущая от 10 и до 20 боевых блоков, и способная доставить их с КВО, не превышающим 150 метров. Дополнительным требованием была возможность перенацеливания ракеты в полёте; это давало возможность при обнаружении неприятельского ракетного нападения осуществить запуск МБР «по предупреждению» и уже в полёте, после того, как станут ясны цели неприятельского нападения, перенацелить МБР на соответствующие объекты. Высокая точность требовалась для нанесения эффективных ударов боеголовками небольшой мощности против хорошо защищённых целей.
Однако, когда BGM-75 ещё только находилась в стадии проектирования, ей была создана адекватная замена. В 1965 году ВВС США начали программу «Минитмен-III», заключавшуюся в оснащении ракет «Минитмен» тремя боевыми блоками индивидуального наведения. Развитие систем инерциального наведения позволило также придать ракетам «Минитмен» необходимую точность в 200 метров КВО, достаточную для поражения защищённых целей. Таким образом, на фоне «Минитмен-III» программа BGM-75 выглядела опционально — её единственным преимуществом была возможность перенацеливания, и была закрыта.
Угроза обезоруживающего удара
В середине 1970-х Советский Союз значительно улучшил точность наведения своих МБР и развернул большое количество новых ракет с разделяющимися головными блоками — тем самым значительно увеличив свой потенциал первого удара. Новые тяжёлые советские МБР, такие как Р-36, могли нести до 10 боевых блоков вместе с 40 ложными целями. Это означало, что теперь СССР мог нанести эффективный первый удар против американского ядерного арсенала весьма небольшим числом тяжёлых МБР, придерживая свой основной арсенал в резерве.
Эта возможность создавала очередную дилемму в логике стратегических ВВС США. Существовала возможность, что внезапное советское нападение даже ограниченным числом ракет может привести к уничтожению большей части американского арсенала наземных МБР; оставшихся ракет могло просто не хватить для того, чтобы одновременно наносить ответный удар по советским ядерным силам и удерживать СССР от ударов по гражданскому населению угрозой аналогичного ответа. Командование ВВС США было бы вынуждено выбирать — либо нанести ответный удар всеми уцелевшими ядерными силами против советского ядерного арсенала (тем самым не оставляя в резерве ничего, что могло бы удерживать СССР от намерения наносить удары по американскому гражданскому населению), или же начать атаки против советского гражданского населения, спровоцировав тем самым неминуемый советский ответ. Оба сценария были плохи.
На этом фоне дополнительные преимущества опять-таки имел военно-морской флот США, ракетоносные подлодки которого были неуязвимы перед обезоруживающим ударом. В начале 1970-х годов ВМС США приняли на вооружение новую ракету «Посейдон», оснащённую десятью боевыми блоками индивидуального наведения, и перевооружили ей свои подлодки. Низкая точность этих ракет всё еще ограничивала возможности в нанесении ответного контрсилового удара по военным целям неприятеля, однако, эта проблема могла быть в дальнейшем решена. В связи с этим ВВС США сочли срочно необходимой новую тяжёлую ракету с новой методикой развёртывания. Такая ракета могла бы обеспечивать тот же уровень неуязвимости, что и ракеты подводных лодок ВМС, но при значительно меньшей стоимости (так как даже сверхзащищённые шахты стоили дешевле атомных подлодок).
Программа MX
В 1971 году ВВС США объединили ранее ведущиеся разработки под новой программой «Missile, eXperimental» (), кратко обозначавшейся как MX. Новая ракета специально проектировалась под требования ответного контрсилового удара — она должна была быть настолько точной, и нести так много боеголовок, что даже немногие уцелевшие MX смогли бы нанести эффективный ответный удар против советского ядерного арсенала. Общая концепция была готова в 1972 году, и работы начались в 1973. По требованию, ракета должна была размещаться в шахтах от «Минитменов», что позволяло бы заменять ракетный арсенал в соотношении 1:1.
Конкурс Разработка ракетного комплекса в целом и отдельных его компонентов велась на конкурсной основе:Statement of Gen. Lew Allen, Jr., Chief of Staff, United States Air Force . / Department of Defense Appropriations for 1980 : Hearings. — February 15, 1979. — Pt. 2 — P. 455—456. (4) Конкурентами в разработке ракеты выступали McDonnell Douglas, Boeing, Lockheed и Fairchild (победила Boeing).