Окмир Егишевич Агаханя́нц (5 января 1927, Ленинград, СССР — 28 октября 2002, Минск, Республика Беларусь) — путешественник, писатель, педагог высшей школы, полевой исследователь, фотограф, практик и теоретик в областях географии, ботаники, геоботаники, лимнологии, геоморфологии, пустыноведения, экологии, страноведения, политологии, геополитики; доктор географических наук, один из крупных ученых в области геоботаники, член Белорусского географического общества, член-корреспондент Международного географического союза, профессор Белорусского педагогического университета, заведующий кафедрой геоботаники, постоянный руководитель студенческой практики на Памире, Кавказе, Карпатах, читавший лекции в университетах Афганистана, Германии, Беларуси, России, Таджикистана. Один из наиболее цитируемых ученых второй половины XX — начала XXI века.

Автор так называемой Теории тектонической динамики горных биотопов Агаханянца и Схемы районирования Памира Агаханянца.

Был дважды женат. От первого брака имел детей.

С 1972 года и до своей кончины жил и работал в Республике Беларусь в Минске с женой во втором браке.

Мыслитель, блестящий лектор и педагог, полемист. Один из крупных европейских ученых второй половины XX — начала XXI века.

Обладал цепкой памятью, как общей абстрактной, так и зрительной.

Специалист по проблемам геоботаники горных областей и общей геоботанике мира. Эксперт по географии, общей геоморфологии и ботанике Памира, общей геоботанике Азии, в особенности, геоботанике Центральной Азии. Эксперт по вопросам генезиса, геоморфологии и геоботаники озера Сарез и прилегающих к нему областей.

В областях политологии и геополитики — специалист по СССР в целом, советскому Кавказу и советской Центральной Азии в частности, а также в целом по политологии и геополитике Центральной Азии.

По свидетельству вдовы — жены во втором браке, — в своих научных интересах тяготел более к общим проблемам географии, нежели ботаники.

Владел языками: русским и немецким — в совершенстве; хорошо — английским, белорусским, польским, таджикским, узбекским.

Всесторонне подготовленный путешественник и полевой исследователь. Владел основами альпинизма и техники передвижения по горной местности и в пустыне. Хороший наездник; часть путешествий осуществил верхом на лошади. Был хорошим фотографом и художником-графиком — превосходно выполнял на бумаге карандашом планы местности, тематические схемы и необходимые в полевых исследованиях рисунки.

Владел техникой полевых геоботанических и географических исследований на местности. Собрал большую коллекцию тематических гербариев, ограниченную коллекцию горных пород и минералов, выполнил многочисленные фотографии и цветные слайды растений, животных, а также — рек, озёр, горных вершин, долин, ущелий, горных и полупустынных ландшафтов и других явлений природы.

Общая протяженность маршрутов в научных полевых исследованиях составила несколько тысяч километров. Путешествовал пешком, на лошади и ишаке, по воде — на лодке и плоту, а также на автомашине, самолёте и вертолёте.

Его перу принадлежит ряд монографий на русском и немецком языках, а также научные и научно-популярные статьи. Ряд его научно-популярных книг переведен и издан на европейских языках.

Главным объектом научного изучения был Памир, где он провёл большую часть своей жизни.

Последние тридцать лет — профессор Белорусского педагогического института (университета с 1993 года); заведующий кафедрой геоботаники, постоянный руководитель студенческой практики на Памире, Кавказе, Карпатах.

В последние годы жизни и деятельности в круг интересов входили проблемы философии, экологии, геронтологии, обеспеченности населения Земли продовольствием. В области философии был приверженцем «Французской философской школы» XX века.

В сферу научных интересов входили в 1986—2002 проблемы политологии и геополитики. В этой области им прочитаны лекции и опубликованы научные статьи.

Имел одно из лучших в Беларуси личных собраний книг, статей, журналов, альбомов и календарей научного содержания общим количеством свыше 8 тысяч экземпляров на английском, белорусском, немецком, польском, русском, таджикском, узбекском и французском языках. В библиотеке были представлены также полевые дневники, рисунки, схемы, коллекция геоботанических и географических карт различного тематического содержания, цветные и чёрно-белые фотографии и цветные слайды.

Биография Семья Окмир Егишевич Агаханянц родился 5 января 1927 года в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург) в семье ученых-химиков — Егише Аршаковича Агаханянца, уроженца армянского города Ыгдыр (в настоящее время на территории Турции), и Валентины Алексеевны ЖегаловойОкмир Егишевич Агаханянц.

Учеба и первые экспедиции В 1945 году Окмир поступил на географический факультет Ленинградского государственного педагогического института имени А. И. Герцена.

Ещё во время учёбы в институте принимал участие в научно-исследовательских экспедициях, самой крупной из которых стала поездка на полуостров Таймыр в Восточной СибириОкмир Егишевич Агаханянц.

Получив диплом географа, Агаханянц в 1950 году был направлен в Душанбе для работы в Академию наук Таджикской ССР.

Жизнь и деятельность в Таджикистане Во время жизни и работы в Таджикистане провёл чрезвычайно обширные полевые исследования в горах Памира, что позволило ему стать одним из ведущих экспертов мира по проблемам ботаники, геоботаники, географии, геоморфологии и, как частной проблемы, — районирования Памирской горной системы на строго научной основе.

Рискуя жизнью, часто предпочитал путешествовать по горам в одиночестве, пользуясь лишь ледорубом, компасом и топографической картой, и также спальным мешком и запасом продовольствия в рюкзаке.

Несколько лет жил и работал на научной станции, которая находилась на берегу озера Сарез на Памире.

Провёл собственные лимнологические исследования озера Сарез на Памире, а также ботанические и геоботанические исследования по берегам озера и в его окрестностях. Составил наиболее полный историко-географический очерк об исследовании озера Сарез с момента его образования на основе личных архивных изысканий и опросных сведений документального характера. Справедливо считался «лучшим знатоком озера Сарез» в научных кругах биологов и географов мира. Большая фотография озера Сарез украшала одну из стен его личного кабинета в квартире в Минске. Убедительно обосновал своё мнение о «нормальном» гидрологическом режиме озера СарезО. Е. Агаханянц на основе точных многолетних гидрологических измерений уровня воды в озере Сарез пришёл к выводу о том, что баланс притока воды в озеро и её спуска из озера является постоянным; это обеспечивается инфильтрацией (просачиванием) избыточной воды через рыхлые горные породы, которые слагают «тело» плотины (Усойского завала), запрудившей реку Мургаб. и стабильности «естественной плотины», образовавшейся в результате завала русла реки Мургаб горными породами склонового оползня.

«…Памирский сезон на этот раз был на редкость коротким и начисто лишенным романтики. Вертолет забрасывал меня в нужное место и снимал в нужное время, после чего снова забрасывал куда надо. Работал таким вот способом по Зап. Пшарту, среднему Мургабу и на Сарезе. Замкнул профиль, оборвавшийся в 1954 году, когда неудачно закончился наш сплав [на плоту] по Мургабу. Хорошо, что тогда Гурский повернул экспедицию назад: на этот раз заглянул в ту сторону, и, если бы тогда поплыли, нас бы стерло в кашу [при попадании под оползень]. Разыскал самолет, разбившийся в 1967 г. Тогда погиб мой друг Коля Машталер. За 12 лет от самолета мало что осталось. Зарисовал в очередной раз трансект, заложенный в 1943 году на Усойском заливе Гурским. Он зарисовал этапы зарастания завала в 1943 и 46 годах, вместе мы — в 1957 году, и я без него в 1975 и 1979 годах. Пять зарисовок за 36 лет дают кое-какое представление о ходе зарастания. Потом я разыскал точку, с которой в 1913 году снимал завал и озеро полковник (подполковник) Шпилько. Фотография 1913 года была со мной. Совместил все створы и снял с той же точки все, что снимал Шпилько. Уровень озера за 66 лет поднялся необыкновенно, но зато сам завал оказался незыблемым».

Был первым геоботаником, кому удалось детально изучить флору Усойского завала, образовавшего озеро Сарез, и дать картину генезиса и динамики растительного сообщества этого биотопа. Обнаружил и описал в долинах, прилегающих к озеру, уникальные ландшафты с редкими биотопами и предложил на основе этих территорий создать ландшафтные и биогеографические заказники. Предложил собственную схему районирования горной страны Памир, которая нашла отражение в Большой советской энциклопедии, Третье издание 1969—1978; статья «Памир». Автор идеи перемещения растительных сообществ под влиянием роста гор.

В 1951—1954 годах являлся учёным секретарём Отделения биологических наук Академии наук Таджикской ССР и сотрудником Памирского ботанического сада в Хороге.

6 января 1957 года в 30-летнем возрасте защитил докторскую диссертацию с получением квалификации «доктор географических наук»По свидетельству вдовы, уже после начала полевых исследований в горах Памира поставил себе цель «в тридцать лет стать доктором наук»..

С 1954 года работал заведующим лабораторией геоботаники Памирской биологической станции Академии наук Таджикской ССР на Восточном Памире в урочище Чечекты на высоте 3860—4700 м, в 25 км от райцентра Мургаб15. Так, в 1936 г. Среднеазиатский государственный университет (САГУ) организовал в урочище Чечекты близ Мургаба Памирскую биологическую станцию — первое в мире высокогорное биолого-сельскохозяйственное научное учреждение, сконцентрировавшую впоследствии основные силы ботаников-исследователей Памира..

В 1960—1968 годах — заведующий лабораторией экспериментальной геоботаники Института ботаники Академии наук Таджикской ССР.

Научная дискуссия о районировании горной системы Памир Не завершены дискуссии ученых-исследователей о Памире. Более 100 лет продолжаются споры о его границах, площади и, главным образом, — о морфологическом облике, геологии, климатических и биологических особенностях различных частей этой горной системы Центральной Азии, что позволило бы осуществить районирование по надежным естественным признакам.

Чрезвычайно редким достижением в науке, уникальным по своей внутренней логике и безупречным по научной аргументации является «история горной системы Памир» или его — Памира — весьма сложный «генезис» (происхождение), обусловленный как общей тектоникой Земли и континента Евразия, так и собственно Памирских гор, реконструкцию которого осуществил Окмир Агаханянц. На обширном ботаническом материале исследователь показал, насколько чутко и многообразно по своим приспособленческим признакам реагирует растительность Памира на динамику «роста гор» и, как следствие, — непрерывное изменение свойств природной среды обитания. Этот тонкий анализ также позволяет очертить границы Памирской горной системы и вычленить внутри этой области районы, обладающие собственными специфическими природными признаками.

Н. А. Гвоздецкий в 1968 и 1987 годах выступил оппонентом О. Е. Агаханянца по его схеме 1965 года, уточнённой в 1986 году.