Хосе́ Орте́га-и-Гассе́т (, , Мадрид — ) — испанский , публицист, и . Не создал единого систематизированного учения, предпочитая формат эссеистики, но последовательно развивал философские идеи, которые сам называл рацио-витализмом. В центре его внимания были последствия социальных и культурных изменений XIX — начала XX веков, которые он исследовал в работе «Восстание масс», разработав одну из первых концепций массового общества. Вёл активную публицистическую и преподавательскую деятельность, проявив себя бескомпромиссным борцом за модернизацию Испании, сторонником её европеизации, полемизируя при этом с оппонентами. Обосновывал целесообразность европейской интеграции, когда эта идея считалась утопической. После начала гражданской войны в Испании длительное время находился в эмиграции во Франции, Нидерландах, Аргентине и Португалии, сократил писательскую и публицистическую активность. После окончания Второй мировой войны начал регулярно приезжать в Испанию, не приняв франкизм и критикуя его.

Биография

Происхождение и ранние годы (1883—1905) Хосе Ортега-и-Гассет родился 9 мая 1883 года в Мадриде в богатой семье, принадлежавшей к культурной элите Испании, но не к старой аристократии. Отец, , работал редактором «» — литературного приложения к очень влиятельной либеральной газете «» («Непредвзятый») — и сам был известным писателем. Отец также был депутатом Кортесов, представляя галисийский городок Падрон. Позднее Хосе Ортега-и-Гассет говорил, что родился на печатном станке. Отец часто брал с собой своего сына Хосе на неформальные встречи с литераторами и политиками. Благодаря знакомым отца познакомился с идеологией краузизма, которая позднее оказала немалое влияние на становление его взглядов. Мать, , была набожной женщиной из богатой и влиятельной семьи: её отец основал газету «El Imparcial» и был . У Хосе было два брата, (старший) и Мануэль (младший), и младшая сестра . По материальному достатку и грамотности семья была совершенно нетипичной для Испании того времени.

Хосе провёл детство в Мадриде, но с раннего возраста проводил зиму в доме семьи в Кордове. Юный Хосе научился читать в четыре года, а в семь лет выучил первую главу «Дон Кихота». Мальчик много читал по-испански и по-французски. В 1891 году Хосе и его старшего брата Эдуардо по инициативе матери отдали учиться в иезуитский колледж «» в Малаге. Впоследствии Хосе негативно отзывался о годах, проведённых у иезуитов, и критически отзывался об их интеллектуальной бедности и принципах обучения. Как полагает ученик и биограф Ортеги Хулиан Мариас, для него религиозное обучение привело к обратному эффекту — разочарованию в религии. Биограф философа Эндрю Добсон связывает с обучением у иезуитов формирование взглядов Хосе о необходимости рационалистического светского образования как одного из необходимых условий развития Испании.

Благодаря сильному французскому влиянию на испанскую интеллектуальную жизнь Хосе рано (по собственному признанию — в детстве) познакомился с трудами Эрнеста Ренана, который, как полагает Эндрю Добсон, оказал на него немалое влияние. В позднем подростковом возрасте Хосе со своим другом Рамиро де Маэсту читал книги Фридриха Ницше.

Высшее образование Хосе начал получать в иезуитском университете Деусто, где изучал право, философию и словесность, но в 1898 году перевёлся в Мадридский университет. В Мадриде он, помимо философии и словесности, начал изучать и юриспруденцию, но вскоре оставил занятия правом. В 1902 году получил степень лиценциата в Мадриде и начал писать публицистику. В 1904 году он защитил докторскую диссертацию на тему «Ужасы 1000 года: критика легенды».

Учёба в Германии и возвращение в Испанию (1905—1912) В 1905 году Хосе отправился в Германию, ещё не определившись с жизненным выбором — заниматься ли ему лингвистикой, философией или журналистикой. В апреле-ноябре 1905 года Хосе пробовал учиться в Лейпциге, но из-за незнания языка не преуспел ни в обучении, ни в быту. Осенью 1905 года Хосе переехал в Берлин, где слушал лекции Георга Зиммеля и посещал библиотеку. Также Хосе побывал в Нюрнберге, Мюнхене и Кёльне. Весной 1906 года Хосе вернулся в Испанию, но уже в июне снова приехал в Берлин.

В ноябре 1906 года поступил в Марбургский университет, который в то время был центром неокантианства, в том числе благодаря Герману Когену. Хосе очень высоко оценивал Когена и считал его крупнейшим современным философом. В Марбурге Хосе вместе с другими студентами старательно изучал Канта и впоследствии положительно отзывался об опыте постижения его философии. Вместе с тем, Хосе не стал горячим приверженцем неокантианства: его ранние работы не носили отпечатка этой философии, не заинтересовался он и Кантом. В Марбурге Хосе посещал и лекции другого известного неокантианца, Пауля Наторпа, по психологии и педагогике. Практико-ориентированные лекции Наторпа, основанные на идеях Иоганна Песталоцци, в которых подчёркивалось решающее значение образования в развитии общества, нашли живой отклик у Хосе. Имея возможность сравнить высшее образование в двух странах, Ортега однозначно ставил немецкие университеты выше испанских.

Вернувшись в Испанию, в 1908 году получил должность профессора психологии, логики и этики в недавно открывшейся Высшей учительской школе (), которая задумывалась связующим звеном между университетами и школами. Его друг Рамиро де Маэсту к этому времени стал журналистом, и в 1908 году между ним и Ортегой в печати завязалась полемика о том, что важнее для Испании — духовное развитие (Маэсту) или наука и образование (Ортега); в ряде вопросов, впрочем, они были близки друг к другу — в частности, в критике Мигеля де Унамуно. Особенно решительно Ортега выступил против иррационалистских шовинистических идей де Унамуно, с которым он активно переписывался со времён учёбы в университете, в статье в «El Imparcial» в сентябре 1909 ода. Несмотря на разногласия по восприятию прошлого, настоящего и будущего Испании, Ортега и Унамуно продолжили сотрудничать и общаться, а Ортега решительно поддержал Унамуно, когда его отстранили от поста ректора Университета Саламанки. В 1908 году Ортега участвовал в основании журнала «Faro» («Маяк»), который оказался неудачным, а в 1910 году — журнала «Europa».

Политические пристрастия молодого Ортеги не отличались постоянством: в 1908 году он симпатизировал немарксистским социалистам, но к 1909 году совершил переход к либеральным взглядам. В 1910 году Ортега вступил в Радикальную республиканскую партию, а в 1912 году вступил в только что появившуюся , которая сочетала фабианские идеи, приверженность парламентской демократии, религиозную толерантность, настаивала на необходимости проведения аграрной реформы и развития светского образования.

В марте 1910 года Ортега выступил с открытой лекцией в Бильбао, в которой очертил программу возрождения Испании.

В 1910 году Хосе женился на , с которой познакомился пять лет назад в Мадридском университете, в 1911 году вместе с женой снова поехал в Германию, где у них родился первенец Мигель. Пребывание в Германии оказало сильное влияние на Ортегу, который надолго стал апологетом переноса немецких интеллектуальных и культурных традиций на испанскую почву. Биограф Ортеги Рокуэлл Грей отмечает, что не один Ортега в Испании разделял увлечение немецкой культурой (в противовес некоторому пренебрежению французской культурой), из-за чего немалой части испанской либерально настроенной элиты оказалось непросто поддерживать Антанту в Первой мировой войне.

Публицист и профессор (1912—1923) В 1912 году Хосе окончательно вернулся в Испанию и начал преподавать в Мадридском университете. Ранее он получил место профессора метафизики в альма-матер: позиция освободилась после смерти философа и политика Николаса Сальмерона, и Ортега победил других претендентов на это место. При этом он согласился продолжить бесплатно преподавать в Высшей учительской школе.

В 1913 году Хосе выступил одним из основателей , построенной на идее о ключевой роли образования для политических перемен. 23 марта 1914 года Ортега выступил с программной речью «Старая и новая политика» (), в которой призвал отмежеваться от последовательно сменявших друг друга консерваторов и либералов с целью создания новой политической силы, которая поможет пересобрать Испанию. Молодой профессор стал одной из центральных фигур нового поколения испанских интеллектуалов — «».

Первая мировая война первоначально мало занимала Хосе. Вместе с тем, его растущая известность в сочетании со смелыми высказываниями привели к тому, что в немецкой прессе его стали называть германофобом, а в бельгийской — германофилом. В приватной переписке Хосе объяснял, что сочувствует Антанте, но отказывался демонизировать Германию, разделяя её на культурную и политическую составляющие. Со временем он начал осторожно высказываться о желательности вступления Испании в войну.

За несколько дней до начала Первой мировой войны была опубликована первая книга Ортеги — «Размышления о Доне Кихоте», которую он написал вдали от мадридской суеты, в загородном доме отца неподалёку от Эскориала. Книга в известной степени продолжала идеи о необходимости перемен в Испании.

В лекциях 1915—1916 годов исследовал вопросы философии восприятия, испытывая сильное влияние идей Эдмунда Гуссерля.

В 1915 году Ортега ненадолго стал первым редактором еженедельного журнала «».

В 1916 году Ортега основал альманах «Наблюдатель» (), финансируемый 3 тысячами подписчиков. Ортега был единственным автором «Наблюдателя», который к 1934 году вышел в 8 томах. «Наблюдатель» был подчёркнуто аполитичным проектом Ортеги, который старался концентрироваться на чистой философии.

В 1916 году Ортега вместе с отцом посетил Буэнос-Айрес, где читал лекции и был тепло принят. В Буэнос-Айресе Ортега не только читал специализированные лекции, но и общался с аргентинской культурной элитой. Самым интересным и значимым аргентинским знакомством для Ортеги стала Виктория Окампо, в которой он разглядел черты культурной аристократии, о которой мечтал. Рокуэлл Грей полагает, что Окампо заинтересовала Ортегу не только как интеллектуалка, но и как женщина, однако впоследствии им удалось перевести свои отношения в сотрудничество, проявившееся в регулярной переписке и плотном публицистическом взаимодействии.

Ортега сотрудничал и с «El Imparcial», которая переживала не лучшие времена, а владельцы вели переговоры о продаже газеты бумажному магнату . В июне 1917 года, когда в Испании начало шириться недовольство, в «El Imparcial», в основном поддерживавшей сложившуюся политическую систему, была опубликована острая статья Ортеги «Под разрушенной аркой» () с критикой монархии и Кортесов. Статья спровоцировала разрыв владельцев газеты с Ургоити, но с ним ушли Ортега и ряд других журналистов. Ургоити основал новую, более респектабельную газету «El Sol» («Солнце»), и Ортега деятельно принял участие в написании статей для неё. Постепенно Ортега стал одним из ведущих политических журналистов Испании. Ортега принял участие и в другом проекте Ургоити — создании книжного издательства «Calpe». Взгляды Ургоити и Ортеги не противоречили друг другу, благодаря чему их сотрудничество оказалось очень плодотворным.

Несколько статей, которые Ортега печатал в «El Sol», в 1921 году он опубликовал под единой обложкой под названием «» () с сильным акцентом на историю Испании. В 1922 году Ортега основал книжную серию «Библиотека идей двадцатого века», в которой публиковались переводы на испанский язык современных мыслителей (в основном — немецких).

В июле 1923 года Ортега основал «Revista de Occidente» («Западный журнал»), который служил делу «сравнивания Пиренеев» — европеизирования Испании, тогда изолированной от современного (по тому времени) культурного процесса.

В этом журнале публиковались работы известных испанских авторов, а также переводы европейских мыслителей. Около половины трёхтысячного тиража журнала продавалось в Латинской Америке.