Религиозные взгляды Адольфа Гитлера являются дискуссионным вопросом в среде историков.
Общие сведения Адольф Гитлер родился в семье, где мать была верующей католичкой, а отец, напротив, — скептиком и антиклерикалом. Будучи крещён в младенчестве и пройдя в пятнадцатилетнем возрасте конфирмацию, в дальнейшей жизни он перестал посещать мессу и участвовать в церковных таинствах. Во взрослом возрасте Гитлер относился к христианству пренебрежительно, но ради получения и удержания власти из конъюнктурных политических соображений был готов на некоторое время отложить обострение отношений с церквями.
Личный архитектор Гитлера Альберт Шпеер полагал, что тот «не имел прямого отношения» к католичеству, но и формально не отходил от последнего. В отличие от своего соратника Йозефа Геббельса, Гитлер не был подвергнут церковному отлучению за самоубийство.
Писатель и историк отмечал антиклерикальное мировоззрение у Гитлера, но считал, что он был «в хороших отношениях» с Католической церковью в 1941 году. В то же время такие историки и исследователи, как Ян Кершоу, Иоахим Фест и считали Гитлера сторонником антихристианства, о чём свидетельствуют «», мемуары Шпеера «» и стенограммы застольных речей Гитлера, известные как «Застольные беседы Гитлера». Геббельс писал в 1941 году в своих дневниках, что Гитлер «ненавидит христианство за то, что оно уничтожает всё благородное в человечестве».
Многие историки пришли к выводу, что Гитлер намеревался осуществить окончательное решение вопроса по отношению к христианству в Германии, восстановив вместо него культ поклонения германским языческим богам; в то же время другие полагают, что нет достаточных подтверждений подобных намерений.
Публичное отношение Гитлера к религии определялось как оппортунистический прагматизм. Его режим в открытую не отстаивал идею атеистического государства, но стремился снизить влияние христианства на немецкое общество. Будучи скептически настроенным по отношению к религии, тем не менее Гитлер не представлял себя публично как атеиста и говорил, что верит «во всемогущего творца». Историк сэр Ричард Эванс отмечал, что Гитлер неоднократно заявлял, что национал-социализм является секулярной идеологией, основанной на науке, для которой в долгосрочной перспективе немыслимо «сосуществование с религией». И в то же время в своей речи в 1928 году он заявил: «Мы не терпим никого в наших рядах, кто нападает на идеи христианства […] в действительности наше движение христианское». Историк , отмечая враждебность Гитлера к христианству, писал: «Самое точное объяснение подобных заявлений заключается в том, что Гитлер, как политик, хорошо представлял себе окружающую действительность, в которой он жил. […] Если бы Гитлер слишком сильно отдалил себя или своё движение от христианства, то не ясно, как бы он смог первенствовать на свободных выборах».
Историк указывает, что несмотря на частое обращение Гитлера к языку «промысла Божия» для отстаивания своих собственных мифов, он в конечном счёте наряду с И. В. Сталиным является представителем материалистического мировоззрения, «основанного на уверенности рационалистов девятнадцатого столетия в том, что наука и прогресс разрушат все мифы и уже доказали нелепость христианского учения». Историк обращает внимание на то, что когда коммунисты Германии стали врагами нацистов, то Гитлер увидел в христианстве временного союзника. Гитлер выступил с большим количеством публичных речей против «большевистских» атеистических движений и в защиту созданного при поддержке нацистского руководства Германии движения «позитивного христианства», которое пыталось нацифицировать немецкое христианство путём очищения его от еврейской составляющей, Ветхого Завета и некоторых ключевых положений, вроде Апостольского Символа веры. В 1922 году в своей речи Гитлер заявил: «Мои чувства христианина обращают меня к моему Господу и Спасителю, как воина». В «Майн кампф» он утверждал, что нейтрально относится к вопросам сектантства и поддерживает политику отделения церкви от государства, а также выступает с критикой политического католицизма. Кроме того, в своей книге Гитлер представил нигилистический, социал-дарвинистский взгляд на мир, где все моральные отношения между людьми построены на борьбе за выживание между сильнейшими и слабейшими, а не на устоявшихся христианских этических представлениях. Однако историк считает, что в «Майн Кампф» «нет указаний на то, что Гитлер был атеистом, или агностиком, или даже верующим в некое удалённое рационалистическое божество. Гитлер постоянно ссылается на активное провиденческое божество». Историк Сэмюэл Коэн считает, что, хотя Гитлер не был христианином, он не был и атеистом. Коэн доказывает, что Гитлер был деистомKoehne, Samuel, Hitler’s faith: The debate over Nazism and religion , ABC Religion and Ethics, 18 Apr. 2012. Нацистский генерал и адъютант Гитлера Герхард Энгель также писал, что Гитлер был верующим, и записал в своём дневнике, что в 1941 году Гитлер заявлял: «Сейчас, как и раньше, я католик и навсегда останусь им».
В начале 1930-х годов во время предвыборной кампании Гитлер выступал с умеренными публичными речами, обещая в случае прихода к власти не вмешиваться в церковную жизнь, и назвал христианство основой немецкой нравственности. Ян Кершоу считает, что подобного рода риторика использовалась с целью успокоения возможного недовольства со стороны христианских церквей.
Гитлер способствовал началу . Хотя он и опасался сам выступать открыто, но давал негласное разрешение или поощрял антицерковные выступления Гиммлера, Геббельса и Бормана. По данным Эванса в 1939 году 95 % немцев продолжали называть себя католиками и протестантами, 3,5 % относили себя к «деистам» (Gottgläubig) и 1,5 % — к атеистам. Именно в числе последних категорий находились «убеждённые нацисты, порвавшие со своей церковью по воле партии, которые пытаются с середины 1930-х годов снизить влияние христианства в обществе». «Gottgläubig» (нем. «верующие в Бога») имели внеконфессиональный, нацистский взгляд на религиозную веру, часто определяемый как преимущественно основанный на креационистской деистской точке зрения. Несмотря на все усилия по продвижению движений «позитивного христианства» и «Gottgläubig» более трёх миллионов членов НСДАП продолжали вносить десятину в своих церквях и именовать себя членами Римско-католической церкви и . Гитлер возмутил церкви, назначив неоязычника Альфреда Розенберга главным нацистским идеологом. Он предпринял попытку собрать всех немецких протестантов в единой , входящей в движение «Немецкие христиане», но это мероприятие потерпело неудачу, поскольку против него выступила Исповедующая церковь. Движение «Немецкие христиане» отличалось от традиционного христианства тем, что отвергало еврейские корни в христианстве, проповедовало идею об «арийском» Иисусе Христе и считало, что апостол Павел, будучи евреем, подделал наследие Христа (см.: Арийское христианство) — тема, которую, согласно историку , в октябре 1941 года в частных беседах поднимал Гитлер, когда одобрил окончательное решение еврейского вопроса. Начиная с 1934 года Гитлер терял интерес к «Немецким христианам». Режим Гитлера постоянно нарушал договорённости, закрыв все католические организации, которые не являлись строго религиозными, и устроил гонения на свидетелей Иеговы.
Кершоу отмечал, что мало кто вообще мог «знать» намерения Гитлера, который был «очень замкнутой, даже скрытной личностью». В свою очередь Буллок указывает на то, что Гитлер был рационалистом и материалистом, который рассматривал христианство, как религию, «пригодную для рабов» и противницу естественного отбора и выживания сильнейшего. В свою очередь Толанд, отмечая противостояние Папе Римскому и церковной иерархии, в то же время обращает внимание на связь католического прошлого Гитлера и его антисемитизма. Вспоминая свои встречи с Гитлером, генерал Герхард Энгель и кардинал Михаэль фон Фаульхабер писали, что Гитлер был верующим. Кершоу приводит случай с Фаульхабером, как пример способности Гитлера обмануть «даже самых стойких критиков». А историк замечал «христианский элемент» в ранних текстах Гитлера и свидетельствовал о том, что Адольф по-прежнему продолжал почитать Иисуса Христа как «арийского воина», который борется против еврейства. Использование понятия «позитивное христианство», закреплённого в 1920 в программе «25 пунктов» было лишь тактическим ходом, но Штейгманн-Галл полагал, что это имело «внутренний смысл» и было «больше, чем просто политический ход», хотя и согласен с тем, что со временем нацистское руководство стало относиться «более враждебно к церквям». Однако историк считает, что анализ, проведённый Штейгманн-Галлом отличается от прочих исследований лишь «степенью и продолжительностью», но вот если ранние речи Гитлера рассматривать как свидетельство его искреннего отношения к христианству, то «это нацистское христианство выхолащивает все наиболее значимые ортодоксальные догматы», оставляя лишь «смутное представление в сочетании с антиеврейскими предрассудками», которые мало похожи на «подлинное христианство». Риз пришёл к выводу о том, что «публичное отношение Гитлера к христианству — на самом деле его публичное отношение к религии в целом — было оппортунистическим. Нет никаких доказательств того, что сам Гитлер, в своей личной жизни, когда-либо выражал свою личную веру в основные положения Христианской церкви».
Ранние годы В течение шести месяцев, пока семья Гитлера жила напротив монастыря бенедиктинцев в Ламбахе, он ходил здесь в музыкальную школуJohn Toland; Hitler; Wordsworth Editions; 1997 Edn; p 9. В это же время Гитлером высказывались мысли о том, что он хотел бы стать священником. Гитлер прошёл обряд конфирмации 22 мая 1904 года в . Историк Михаэль Риссманн ссылается на свидетельство друга детства Гитлера о том, что последний после возвращения домой в дальнейшей жизни перестал посещать мессу и участвовать в церковных таинствах, а также отмечает, что этому способствовали идеи пангерманизма. Историк в свою очередь приводит свидетельство крёстного отца Гитлера о том, что тот едва ли ни «вытягивал слова из него […] почти как если бы вся конфирмация была ему противна»John Toland; Hitler; Wordsworth Editions; 1997 Edn; p 18.
В 1909 году Гитлер переехал в Вену. Историк в связи с этим отмечает, что у Гитлера проявилась жажда знаний и в круг его чтения вошли «Древний Рим, восточные религии, йога, оккультизм, гипнотизм, астрология, протестантизм, каждое из которых задержало его внимание лишь на мгновение… Он поражал людей своим непостоянством. Он выпустил на волю свои ненависти — к евреям, священникам, социал-демократам и Габсбургам — без ограничений».
Начало политической деятельности Публичные и частные высказывания Гитлера о религии были противоречивы. Историк Ян Кершоу писал, что лишь немногие люди могли с уверенностью сказать, что действительно «знали» Гитлера, потому что «он по темпераменту был очень уединённой, даже скрытной личностью», не склонной доверять другим. В частной жизни Гитлер презирал христианство, но во время предвыборной кампании он публично выступал с заявлениями в пользу религии. Историк Лоуренс Риз писал, что «самым убедительным объяснением этим утверждениям является то, что Гитлер, как политик, просто осознавал ту политическую обстановку, в которой он жил… Если бы сам Гитлер или движение слишком отдалились от христианства, то это всё, и невозможно было бы себе представить, как бы он был успешным во время свободных выборов. Таким образом, его публичное отношение к христианству — в действительности его отношение к религии в целом — было оппортунистским. Нет никаких доказательств того, что сам Гитлер, в своей частной жизни, когда-либо выражал какую-либо личную веру в основные положения Христианской церкви».