Использование психиатрии в политических целях в СССР (карательная психиатрия в СССР) — практика борьбы советских властей с диссидентами и правозащитниками, заключавшаяся в злоупотреблении психиатрическим диагнозом, лечением и содержанием в изоляции. Вынесение психиатрического диагноза позволяло властям избегать гласного судебного процесса над инакомыслящими, отправляя их в психиатрические больницы без суда и на неопределённый срок. Кроме того, объявление несогласных психически больными позволяло властям уходить от вопроса о политических заключённых.
По определению психиатра, президента Ассоциации психиатров Украины бывшего диссидента и политзаключённого Семёна Глузмана, злоупотреблением психиатрией, в том числе и в политических целях, является, в частности, умышленная экскульпация (признание невменяемыми) граждан, по своему психическому состоянию не нуждающихся ни в психиатрических мерах стеснения, ни в психиатрическом лечении. По определению всемирной организации ), под использованием психиатрии в политических целях понимается злоупотребление психиатрическим диагнозом, лечением и содержанием в изоляции в целях ограничения фундаментальных прав человека для определённых лиц или групп в обществе .
В СССР имели место систематические злоупотребления психиатрией в политических целях. На протяжении XIX века в России отмечены лишь единичные случаи использования психиатрии в политических целях, единичными такие случаи были и в первые годы существования советского государства См. также: . Намного более частый характер политические злоупотребления психиатрией приобрели в 30—50-х годах XX века, однако лишь в 1960-х годах психиатрия стала одним из главных инструментов репрессий в СССР.
Психиатрия брежневского периода использовалась как орудие для устранения политических оппонентов (диссидентов) — людей, открыто выражавших взгляды, противоречащие официально декларируемым догмамКороленко Ц. П., Дмитриева Н. В. Психиатрия советского периода. — В кн.: Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В. Социодинамическая психиатрия. — Новосибирск: Издательство НГПУ, 1999 г.; Академический проект, 2000 г., ISBN 5-8291-0015-0; Деловая книга, 2000 г. ISBN 5-88687-070-9. Политические злоупотребления психиатрией в СССР получили осуждение мировым психиатрическим сообществом Перевод: , что привело к выходу Всесоюзного научного общества невропатологов и психиатров из Всемирной психиатрической ассоциации в 1983 году.
Систематическое использование психиатрии в политических целях в СССР прекратилось в конце 1980-х годов, и в начале XXI века в России и других бывших советских республиках отмечаются лишь отдельные случаи такого рода.
Предыстория. 1920—1950-е годы
На протяжении первых лет существования СССР было несколько единичных попыток использовать психиатрию в политических целях. Самым примечательным случаем такого рода стал случай одного из лидеров Партии левых социалистов-революционеров Марии Спиридоновой, заключённой в Пречистенскую психиатрическую больницу по приказу Дзержинского в 1921 году.
Политические злоупотребления психиатрией участились в 1930-х годах. В политических целях использовалась первая тюремная (специальная) больница в СССР — Казанская тюремная психиатрическая больница НКВД СССР. По некоторым данным, в ней содержалось как множество лиц, страдавших психическими расстройствами, так и множество людей без психических нарушений. Существовало ещё несколько тюремных психиатрических больниц в 1940—50-е годы, к которым относились, в частности, созданная в 1951 году в здании бывшей женской тюрьмы (рядом со знаменитыми «Крестами») Ленинградская ТПБ; тюремно-психиатрическое отделение Бутырской тюрьмы; тюремно-психиатрическая больница в районе города Томска.
В тюремных психиатрических больницах в сталинское время и первые послесталинские годы находились, в частности, заключённые туда по политическим причинам А. Г. Гойхбарг, первый президент Эстонии Константин Пятс, известный партийный работник С. П. Писарев, генерал КГБ СССР Павел Судоплатов (участвовавший в репрессиях в сталинское время и в середине 1950-х годов симулировавший психическое заболевание, чтобы уйти от ответственности), двоюродный брат первого секретаря Израильской коммунистической партии Микунис, бывший начальник штаба ВМС адмирал Л. М. Галлер, знаменитый советский инженер и авиаконструктор А. Н. Туполев.
В 1955 году С. П. Писарев, подвергшийся репрессиям за критику КГБ в связи с так называемым делом врачей, начал после своего освобождения кампанию против политических злоупотреблений психиатрией. Он добился назначения специальной комиссии ЦК Компартии, которая пришла к выводу, что злоупотребления действительно имели место, и подтвердила высказанные Писаревым обвинения в постановке ложных диагнозов, привёдшей к тому, что психически здоровые люди подвергались изоляции в тюремных психиатрических больницах. В результате сотни здоровых людей были выпущены из больниц, а виновники их диагнозов отстранены от дел. Однако впоследствии отстранённые комиссией врачи и администраторы вернулись на свои места, участники комиссии — удалены под разными предлогами из аппарата ЦК, а практика госпитализации инакомыслящих, не страдающих психическими заболеваниями, продолжилась.
Основной период. 1960—1980-е годы
Юридическая ситуация В октябре 1960 года Верховный Совет РСФСР принял Уголовный кодекс РСФСР, заменивший собой Уголовный кодекс 1926 года. Для осуждения диссидентов использовалось более 40 статей УК РСФСР, при этом в республиканских УК менялся лишь номер статьи, но содержание было идентичным. Самой «употребительной» статьёй, по которой проходили диссиденты, в УК РСФСР 1960 года была статья 70 УК «Антисоветская агитация и пропаганда».
Статья УК 64 «Измена Родине», содержащая упоминание о «бегстве за границу или отказе возвратиться из-за границы в СССР», позволяла подвергнуть репрессиям, в частности, тех, кто пытался эмигрировать за границу. Благодаря статье 72 «Организационная деятельность, направленная к совершению особо опасных государственных преступлений, а равно участие в антисоветской организации» в заключении оказывались члены организаций (в том числе социалистических и коммунистических), созданных не по указанию властей, а по инициативе рядовых граждан. Лица, осуждённые по статьям 70, 64 и 72, нередко оказывались в психиатрических больницах.
В 1966 году был издан Указ Президиума Верховного Совета РСФСР «О внесении дополнения в Уголовный Кодекс РСФСР», дополнявший ряд статей, использовавшихся для осуждения диссидентов, статьями 190.1, 190.2, 190.3 следующего содержания: статья 190.1 — «Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй»; статья 190.2 — «Надругательство над Государственным гербом или флагом»; статья 190.3 — «Организация или активное участие в групповых действиях, нарушающих общественный порядок». Статью 190.1 имели в деле многие заключённые специальных психиатрических больниц.
В УК РСФСР 1926 года существовала статья 148, согласно которой «помещение в больницу для душевнобольных заведомо здорового человека из корыстных или личных целей» должно было наказываться лишением свободы на срок до трёх лет. В УК РСФСР 1960 года аналогичной статьи уже не было, её (статью 126.2 УК РСФСР) ввели лишь 5 января 1988 года.
Как отмечает историк-архивист, консультант Комиссии по реабилитации жертв политических репрессий при Президенте РФ А. Прокопенко, объявление неугодных людей невменяемыми позволяло без привлечения внимания мировой общественности и связанного с этим шума изолировать их в психиатрических больницах. При этом можно было заявлять, что в СССР исповедуется самая либеральная концепция права, поскольку правонарушитель в подобных случаях рассматривается скорее как больной, которого следует лечить, чем как преступник, подлежащий уголовному наказанию.
Кроме политических статей, к инакомыслящим, в том числе и помещавшимся в психиатрические больницы, порой применялись и уголовные статьи — например, статья 209 «Систематическое занятие бродяжничеством или попрошайничеством»; обвинение в «хулиганстве», «паразитизме», «участии в незаконной торговле». Использование уголовных статей было ещё одним способом избежать широкого общественного резонанса, который в ряде случаев получали политические дела.
Принудительные меры медицинского характера (помещение лиц, обвинённых по уголовным и политическим статьям и признанных невменяемыми, в психиатрические больницы) в РСФСР официально регулировалось статьями 11, 58—61 Уголовного кодекса 1960 года, статьями 403—413 Уголовно-процессуального кодекса и подзаконными нормативными актами (инструкциями). В статье 58 УК РСФСР указывалось:
Существовал и другой вариант развития событий — госпитализация без возбуждения уголовного дела, в рамках медицинских нормативных положений. В 1961 году вступила в действие «Инструкция по неотложной госпитализации психически больных, представляющих общественную опасность», утверждённая Минздравом СССР (от 10 октября 1961 года 04—14/32). Она фактически придала законность внесудебному лишению свободы и насилию над здоровьем людей по произволу власти; применялась в случаях, когда любые законные основания для ареста отсутствовали либо же когда власти стремились избежать судебного процесса, могущего привлечь внимание общественности. В дальнейшем эта инструкция переиздавалась (для внутриведомственного пользования) с незначительными изменениями.
Госпитализированный в соответствии с «Инструкцией по неотложной госпитализации…» человек мог пробыть в психиатрическом стационаре сколь угодно долго. В инструкции отсутствовало право госпитализируемого человека на защиту, пользование услугами адвоката и периодический пересмотр решений о недобровольной госпитализации.
Расширение сети психиатрических больниц В советской психиатрии этого периода преобладала направленность на строительство всё большего количества психиатрических больниц. Так, если в 1935 году на территории СССР функционировало 102 психиатрических больницы с 33 772 койко-местами, то в 1955 было уже около 200 психбольниц со 116 тысячами коек, а в период с 1962 по 1974 год количество койко-мест психиатрических лечебниц возросло с 222,6 до 390 тысяч.
29 апреля 1969 года председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов направил в ЦК КПСС проект плана расширения сети психиатрических больниц и предложения по усовершенствованию использования психбольниц для защиты интересов советского государства и общественного строя. Кроме того, принимались и соответствующие закрытые постановления ЦК партии и Совета Министров.
Специальные (тюремные) психиатрические больницы (в сокращении — СПБ, ТПБ) были созданы в 1930-х годах по инициативе А. Вышинского. С начала 1960-х годов создавалась широкая и постоянно растущая сеть тюремных психиатрических больниц. Динамика их строительства в 1960-е годы выглядела следующим образом: 1961 год — Сычёвская ТПБ (Смоленская область); 1964 год — Благовещенская ТПБ (Амурская область); 1965 год — Черняховская ТПБ (Калининградская область) и Костромская ТПБ (Костромская область); 1966 год — Минская СПБ; 1968 год — Днепропетровская СПБ; 1970 год — Орловская СПБ.
Также производилось расширение площадей больниц, в связи с чем увеличивался уровень их заполнения. Например, в 1956 году в Казанской и Ленинградской ТПБ был отмечен самый низкий уровень заполнения — соответственно 324 и 384 больных, а к 1970 году он вырос более чем в 2 раза: 752 больных в Казанской и 853 в Ленинградской. Общее число находящихся на излечении в психиатрических больницах специального типа МВД СССР в 1968 году, по архивным данным, составляло 2465 человек, а к концу 1979 года оно выросло более чем в 2,5 раза и составило 6308 человекЦентральный архив Федеральной службы безопасности РФ, д. Н685; ф. 55, оп. 2, д. 739, 852. В 1986 году только в шести крупнейших специальных психиатрических больницах МВД СССР — Казанской, Ленинградской, Орловской, Сычёвской, Черняховской, Благовещенской — находились в заключении 5329 человек.