3 июля 1941 года председатель Государственного Комитета Обороны и глава советского правительства Иосиф Сталин впервые с начала Великой Отечественной войны обратился по радио к советскому народу (до этого, непосредственно в день начала войны, обращение к народу сделал В. М. Молотов). Текст выступления Сталина был напечатан в газете «Правда» от 3 июля 1941 года, а позднее был издан отдельно в виде брошюры.

Промедление с выступлением

Тот факт, что Сталин не обратился к народу немедленно после начала войны, сразу вызвал у широких слоёв недоумение. По воспоминаниям ряда советских функционеров из сталинского окружения, в начальный период войны Сталин постоянно или в течение длительного периода пребывал в подавленном состоянии или в прострации. Апологеты Сталина пытаются опровергнуть эту гипотезу ссылкой на записи в журнале посещений кабинета Сталина. Так, если верить журналу, 22 июня его кабинет посетили 29 раз, в числе посетителей был Жуков, Ворошилов, Молотов, Ватутин. По воспоминаниям Молотова на пенсии, «Сталин не хотел высказывать свою позицию немедленно, в условиях, когда ещё мало что было понятно», хотя в тот же день, 22 июня, по радио уже выступил Черчилль (в СССР из-за разницы часовых поясов в это время уже был вечер), который совершенно однозначно озвучил британскую официальную позицию — поддержку СССР в войне с ГерманиейСмирнов В. П. Краткая история Второй мировой войны . — М.: «Весь мир», 2005. — С. 127..

Целевая аудитория

25 июня (за неделю до выступления вождя) постановлением СНК СССР «О сдаче населением радиоприёмных и радиопередающих устройств» населению было предписано в пятидневный срок сдать властям все имеющиеся на руках радиоприёмники и радиопередатчики. По официальной версии, это было сделано для того, «чтобы воспрепятствовать вражеской пропаганде»Союзники: Проблемы и результаты сотрудничества. // Исторический архив. — 1995. — С. 89.. С нарушителями было обещано разобраться «по законам военного времени» (см. текст приводимого справа извещения). Исключение было сделано для иностранных дипломатов, иностранных журналистов и некоторых советских ответственных работников. Все остальные могли слушать только программу, транслировавшуюся по московской городской радиосети репродукторами проводного вещания (которое в прифронтовых городах к тому времени уже не функционировало).

Кому именно тогда было адресовано послание Сталина — является спорным вопросом. В изданных в перестроечное время мемуарах, командир партизанского отряда П. С. Воробьёв вспоминал о том, что ни ему, ни его ближайшим помощникам не довелось читать или слышать о выступлении И. В. Сталина по радио 3 июля 1941 года, и решение уйти в партизаны было принято ими на собственный страх и рискВоробьёв П. С. Имени комсомола. — Мн.: «Беларусь», 1984. — С. 14. (более того, о выступлении своего отца по радио 3 июля не знал даже сын Сталина Яков Джугашвили, которого немцы вскоре взяли в пленОсокин А. Пленник номер один . // Огонёк. — 15 июня 2009. — № 5 (5083). — С. 58.). В связи с тем, что факт принудительного изъятия радиоприёмников не афишировался в послевоенной советской документалистике и мемуаристике, поскольку это порождало закономерный вопрос о том, каким образом тому или иному советскому гражданину удалось прослушать выступление Сталина или вообще любые передаваемые по радио сводки, радиоприёмники сохранённые под страхом наказания втайне от советской власти, назывались «не сданными оккупационным властям».

О том, что практически все радиоприёмники уже были сданы в июне под угрозой расстрела в советские органы старались не упоминать. И. М. Боголепов, бывший сотрудник Московского Радиокомитета, перед войной направленный возглавлять Эстонское радио, в своих воспоминаниях указывает, что он в силу занимаемой должности составлял редкое исключение: «Как директор радио, я мог оставить у себя радиоприёмник (все прочие должны были сдать аппараты на третий день войны) и слышал каждодневные немецкие „зондермельдунг“ с фанфарами: там сдалось 200 тысяч красноармейцев, здесь чуть ли ни полмиллиона. […] Издали доносилась канонада. А в городе энкаведисты вели собственную войну, арестовывая пачками людей, заподозренных в том, что они пятая колонна фашистов»Боголепов И. М. В отмщение за Мадрид: мемуары жертв холодной войны. — Б. м.: Самиздат, 1977. — С. 88..

Содержание речи Речь начинается словами: «Товарищи! Граждане! Братья и сёстры! Бойцы нашей армии и флота! К вам обращаюсь я, друзья мои!». Далее Сталин рассказывает о тяжёлом положении на фронте, о занятых врагом областях, бомбардировках городов; он констатирует: «Над нашей Родиной нависла серьёзная опасность». Он отвергает «непобедимость» немецко-фашистской армии, при этом приводя в пример поражения армий Наполеона и Вильгельма II (о Наполеоне говорил и Молотов). Неудачи первых дней войны объясняются выгодным положением немецкой армии. Сталин отрицает то, что заключение пакта о ненападении было ошибкой — оно помогло обеспечить полтора года мира.

Далее поднимается вопрос: «Что требуется для того, чтобы ликвидировать опасность, нависшую над нашей Родиной, и какие меры нужно принять для того, чтобы разгромить врага?». Прежде всего Сталин провозглашает необходимость всем советским людям «осознать всю глубину опасности, которая угрожает нашей стране» и мобилизоваться; подчёркивается, что речь идёт «о жизни и смерти Советского государства, о жизни и смерти народов СССР, о том — быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение». Далее говорится о борьбе с паникёрами и трусами, перестройке экономики на военный лад, необходимости всесторонней помощи Красной Армии, действиях при наступлении врага. В выступлении отражены положения директивы СНК ССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня.

Звучит призыв создавать народные ополчения и вести партизанскую войну в тылу врага, объявляется о создании Государственного комитета обороны. Далее подчёркивается: «Войну с фашистской Германией нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной Отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма». Тотальная война за свободу отечества должна слиться с борьбой народов Европы и Америки за их независимость и за демократические свободы. И СССР уже не одинок, с ним уже единый фронт народов стоящих за свободу, против порабощения и угрозы порабощения, ибо США и Великобритания уже объявили о готовности оказать помощь СССР.

Значение речи Выступление Сталина как бы оформило реакцию советского народа на факт начала войны с Германией в её конструктивном ключе (желание дать отпор врагу, разбираться с возникающими трудностями), принявшую более устойчивый и организованный характер. В официальных документах в массовом количестве отмечалось позитивное воздействие речи от третьего июля на состояние трудовой дисциплины населения, конструктивный характер трудовой мотивации.

Речь наметила новые ориентиры пропагандистской работы. Ранее насаждалось представление, что война будет вестись на чужой территории и малой кровью; теперь же нужно было объяснить, почему события развиваются совершенно иначе, чему также и служило данное выступление. После него официальная советская пропаганда стала актуализировать в сознании граждан представления о судьбоносности исторического момента, о необходимости выбора между жизнью и смертью.

Именно после этого обращения в оборот вошло словосочетание «Великая Отечественная война»И. В. Сталин, Выступление по радио 3 июля 1941 года ., причём в тексте слова «великая» и «отечественная» употреблены раздельно«великая война», «отечественная война», но не «великая отечественная война».

Мнение историков и писателей в контексте событий Однако, «судьбоносное радиообращение» нивелировалось испугом и неуверенностью самого Сталина во время зачитывания текста обращения, которые он не мог скрыть от аудитории даже на расстоянии, кандидат исторических наук Михаил Рабинович, в то время аспирант ЛГУ, так описывает происходившее: