Современный конфликт в дельте Нигера впервые возник в начале 1990-х годов из-за напряжённости между иностранными нефтяными корпорациями и рядом этнических меньшинств дельты Нигера, которые считают, что их эксплуатируют, в частности огони и иджо. Этнические и политические волнения продолжались на протяжении всех 1990-х годов, несмотря на возвращение к демократии и избрание правительства Обасанджо в 1999 году. Борьба за нефтяные богатства и экологический ущерб от её последствий подпитывали насилие между различными этническими группами, что привело к милитаризации почти всего региона этническими вооружёнными группировками, нигерийскими военными и силами полиции, в частности мобильной полицией Нигерии. Насилие способствовало усугублению энергетического кризиса, препятствуя иностранным инвестициям в строительство новых электростанций в регионе.
С 2004 года насилие в виде пиратства и похищений людей ударило ещё и по нефтяной промышленности. В 2009 году была проведена программа президентской амнистии боевиков, сопровождавшаяся их поддержкой и обучением. Тем не менее до 2011 года жертвы преступлений боялись добиваться правосудия за совершённые против них злодеяния из-за неспособности властей привлечь к ответственности виновных в нарушениях прав человека.
Предыстория После почти четырёх десятилетий добычи нефти к началу 1980-х годов Нигерия стала почти полностью экономически зависимой от добычи углеводородов, которая на тот момент приносила 25 % ВВП. По состоянию на 2008 год эта доля выросла до 60 %. Несмотря на огромные богатства, создаваемые нефтью, выгода крайне медленно доходила до большинства населения, которое с 1960-х годов всё чаще было вынуждено отказываться от традиционного сельского хозяйства. В последние десятилетия XX века ежегодное производство как технических, так и продовольственных культур значительно сократилось. Например, производство какао упало на 43 %; при этом в 1960 году Нигерия была крупнейшим в мире экспортёром какао. Производство каучука снизилось на 29 %, хлопка — на 65 %, а арахиса — на 64 %Where Vultures Feast (Okonta and Douglas, 2001). Хотя многие квалифицированные нигерийцы получили высокооплачиваемую работу в нефтяных корпорациях, большинство населения, особенно жители штатов дельты Нигера и крайнего севера, с 1960-х годов стали только беднее.
Население региона Дельты неуклонно растёт и в 2005 году оценивалось более чем в 10 миллионов человек, что составляет более 23 % от общей численности населения Нигерии. Плотность населения также является одной из самых высоких в мире — 265 человек на квадратный километр, согласно данным Комиссии по развитию дельты Нигера. Население увеличивается быстрыми темпами (3 % в год), нефтяная столица Порт-Харкорт и другие крупные города также стремительно растут. Бедность и урбанизация в Нигерии усиливаются, а официальная коррупция считается обыденным явлением. В результате сложился сценарий, при котором урбанизация не сопровождается экономическим ростом, способным обеспечить людей рабочими местами.
Некоторые нигерийские учёные утверждают, что конфликт в дельте Нигера уходит корнями в долгую историю эксплуатации региона, начавшуюся ещё в эпоху британского колониального господства: сначала это была торговля рабами в XVII и XVIII веках, затем экспорт пальмового масла в XIX веке и, наконец, добыча нефти после обретения Нигерией независимости. Конфликт также стал следствием искусственных границ, проведённых во время британского правления, в результате чего почти 300 этнических групп были произвольно объединены в одно национальное государство.
Кризис Огони
Огониленд — это регион площадью 1046 на юго-востоке бассейна дельты Нигера. Экономически выгодные месторождения нефти были обнаружены в Огониленде в 1957 году, всего через год после открытия первого коммерческого месторождения нефти в Нигерии. В течение следующих двух десятилетий здесь обосновались компании Royal Dutch Shell и Chevron Corporation. Народ огони (этническое меньшинство численностью около полумиллиона человек) и другие этнические группы региона утверждают, что в это время правительство начало без всяких консультаций заставлять их покидать свои земли в пользу нефтяных компаний, предлагая ничтожную компенсацию.
Конституционная поправка 1979 года передала федеральному правительству полное право собственности и права на всю территорию Нигерии, а также провозгласила, что компенсация за изъятие земли в общественных интересах будет «основываться на стоимости урожая на этой земле на момент её приобретения, а не на стоимости самой земли». По данным Human Rights Watch, правительство Нигерии теперь могло распределять землю между нефтяными компаниями по своему усмотрению Цена нефти: Корпоративная ответственность и нарушения прав человека в общинах нефтедобывающих районов Нигерии (Human Rights Watch, 1999).
В 1970-х и 1980-х годах обещанные правительством блага для жителей дельты Нигера так и не материализовались, в результате чего среди огони росло недовольство, а их экологическая, социальная и экономическая среда быстро деградировала. В 1992 году было создано Движение за выживание народа огони (MOSOP), возглавляемое драматургом и писателем Кеном Саро-Вивой. Оно стало главной организацией, представляющей народ огони в их борьбе за этнические и экологические права. Основными целями, а порой и противниками движения стали правительство Нигерии и компания Royal Dutch Shell.
Начиная с декабря 1992 года конфликт между огони и нефтяными компаниями обострился. Обе стороны начали совершать акты насилия, а MOSOP предъявило ультиматум нефтяным компаниям Shell, Chevron и Нигерийской национальной нефтяной компании, требуя выплаты около 10 миллиардов долларов в качестве накопленных роялти, возмещения убытков и компенсаций, а также «немедленного прекращения деградации окружающей среды» и переговоров для достижения согласия по всем будущим буровым работам .
Огони пригрозили массовыми акциями по срыву деятельности нефтяных компаний в случае невыполнения требований MOSOP, перенеся таким образом акцент своих действий с не реагирующего федерального правительства на добывающие в регионе компании. Логика возложения ответственности на бизнес заключалась в том, что компании получали выгоду от добычи природных богатств на родине огони на фоне бездействия и пренебрежения со стороны центральных властей.
Правительство ответило запретом на публичные собрания и объявлением любых помех нефтедобыче актом государственной измены. Добыча нефти на территории упала до минимума в 10 000 баррелей в день (0,5 % от общегосударственного объёма).
Военные репрессии усилились в мае 1994 года. 21 мая солдаты и мобильная полиция появились в большинстве деревень огони. В тот день были жестоко убиты четыре вождя огони (все они придерживались консервативных взглядов в ходе раскола внутри MOSOP по поводу стратегии действий). Саро-Виве, главе оппозиционной фракции, в день операции было отказано во въезде в Огониленд и он был задержан. Оккупационные силы под руководством майора Пола Окунтимо из Службы внутренней безопасности штата Риверс заявили, что «ищут тех, кто непосредственно виновен в убийствах четырёх огони». Однако свидетели утверждали, что военные проводили террористические операции против всего населения огони. Amnesty International охарактеризовала эту политику как преднамеренный терроризм. К середине июня силы безопасности стёрли с лица земли 30 деревень, задержали 600 человек и убили по меньшей мере 40. В конечном итоге это число возросло до 2000 погибших мирных жителей и около 100 000 внутренне перемещённых лиц.
В мае 1994 года девять активистов движения, ставшие позже известными как «Девять огони», включая Кена Саро-Виву, были арестованы и обвинены в подстрекательстве к убийству после гибели четырёх старейшин огони. Саро-Вива и его соратники отрицали обвинения, но провели в заключении больше года, прежде чем 10 ноября 1995 года специально созванный трибунал, лично отобранный генералом Сани Абачей, признал их виновными и приговорил к смертной казни. Активисты были лишены права на надлежащую правовую процедуру и после вынесения приговора были повешены нигерийскими властями.
Казни вызвали немедленную международную реакцию. Судебный процесс подвергся резкой критике со стороны правозащитных организаций и правительств других государств, которые осудили многолетнюю практику нигерийского правительства по задержанию своих критиков, в основном сторонников демократии и других политических активистов. Содружество наций, призывавшее к помилованию, в ответ на казни приостановило членство Нигерии. США, Великобритания и ЕС ввели санкции, однако они не затронули нефть — основной нигерийский экспортный товар.
Компания Shell утверждала, что просила нигерийское правительство проявить снисхождение к признанным виновными, но заявила, что её просьба была отклонена. Однако в отчёте Гринпис за 2001 год указывалось, что «двое свидетелей, обвинявших их [Саро-Виву и других активистов], позже признались, что Shell и военные подкупили их, пообещав деньги и работу в Shell. Компания Shell признала факт передачи денег нигерийским военным, которые жестоко пытались заставить замолчать тех, кто требовал справедливости».
По состоянию на 2006 год ситуация в Огониленде значительно разрядилась, чему способствовал переход к демократическому правлению в 1999 году. Тем не менее, ни правительство, ни какой-либо международный орган не предприняли попыток восстановить справедливость путём расследования и судебного преследования лиц, причастных к насилию и уничтожению собственности в Огониленде, хотя отдельные истцы подали коллективный иск против Shell в США.
Волнения народности иджо (1998—1999) В декабре 1998 года Всеобщая конференция молодёжи иджо оформила борьбу народа за контроль над нефтяными ресурсами, создав Совет молодёжи иджо (IYC) и приняв Кайамскую декларацию. В этом документе давняя обеспокоенность народа иджо потерей контроля над своей родиной и собственной жизнью в пользу нефтяных компаний соединилась с приверженностью к прямым действиям. В декларации и письме к корпорациям иджо призвали нефтяные компании приостановить деятельность и покинуть их территорию. IYC обязался «мирно бороться за свободу, самоопределение и экологическую справедливость» и подготовил кампанию празднований, молитв и прямых действий под названием «Операция Изменение климата», начавшуюся 28 декабря.
В декабре 1998 года, когда Совет молодёжи иджо (IYC) мобилизовался для «Операции Изменение климата», 10-15 тысяч нигерийских солдат при поддержке двух военных кораблей заняли штаты Байельса и Дельта. Солдаты вошли в столицу штата Байельса, город Йенагоа, объявив, что прибыли из-за попыток молодёжи остановить работу нефтяных компаний. Утром 30 декабря две тысячи молодых людей прошли маршем по Йенагоа; они были одеты в чёрное, пели и танцевали. Солдаты открыли огонь из винтовок и пулемётов, применили слезоточивый газ, убив как минимум троих протестующих и арестовав ещё двадцать пять. После того как марш с требованием освободить задержанных был остановлен солдатами, были застрелены ещё трое протестующих. Военные ввели чрезвычайное положение на всей территории штата Байельса, установили комендантский час от заката до рассвета и запретили любые собрания. На военных блокпостах местных жителей жестоко избивали или задерживали. По ночам солдаты врывались в частные дома, терроризируя жителей избиениями и изнасилованиями женщин и девочек.
4 января 1999 года около ста солдат с военной базы на объекте Эскравос компании Chevron напали на Опию и Икиян — две общины народности иджо в штате Дельта. Брайт Пабложба, традиционный лидер Икияна вышел к реке для переговоров с солдатами и был застрелен. Возможно, по этом пострадали десятки других людей. Из примерно 1000 жителей двух деревень четверо были найдены мёртвыми, а шестьдесят два человека всё ещё числились пропавшими без вести спустя месяцы после нападения. Те же солдаты сожгли деревни дотла, уничтожили каноэ и рыболовное снаряжение, забили скот и разрушили церкви и святилища.