Оренбу́ргский Карава́н-сара́й (, ) — историко-архитектурный комплекс в г. Оренбурге (Российская Федерация). Был построен в 1837—1846 годах на добровольные пожертвования для размещения канцелярии командующего Башкиро-мещерякским войском, гостиницы для башкир и мишар, приезжавших в Оренбург «по своей надобности и по делам службы», мастерской и школы для башкир. Историко-архитектурный комплекс состоит из Башкирского народного дома и мечети. Оригинальный проект архитектора Александра Брюллова был разработан как стилизация под традиционный башкирский аул: центральная доминанта ансамбля — восьмиугольная мечеть.
Строительство Караван-сарая
В первой половине XIX века в Оренбурге размещалось командование Отдельного Оренбургского корпуса в состав которого входили Башкиро-мещерякское войско, Оренбургского казачье войско, Ставропольское калмыцкое войско, Уральское казачье войско. Вследствие этого кантонные начальники и другие чиновники, часто приезжали в Оренбург по служебным делам. Также на службу в Оренбург ежегодно прибывал небольшой контингент иррегулярных войск. Однако с 1822 года жители Оренбурга были освобождены от постойной повинности, что делало проблему обеспечения приезжающих жилищем актуальной. Для решения части этой проблемы оренбургский военный губернатор В. А. Перовский решил построить специальное помещение. В своём обращении к начальникам башкирских и мещеряцких кантонов 20 апреля 1836 года он отмечал, что «приезжающие в Оренбург по своей надобности и по службе башкиры и мишари не имеют никакого пристанища в городе» и призывал их сделать пожертвования для строительства в Оренбурге «постоялого двора или Караван-Сарая».
Оренбург в первой половине XIX века являлся крупным азиатско-российским торговым центром, поэтому было важно, чтобы предполагаемый к сооружению комплекс зданий не вызывал у приезжающих каких-либо негативных ассоциаций, а имел привычные для их восприятия внешние контуры. Это предопределило требования к сооружению. Проектировщики должны были спроектировать «…дом для войсковой канцелярии башкирского войска, мечеть с минаретом, помещение для приезжающих в Оренбург башкирских чиновников и нижних чинов, мастерские. Все эти строения каменные, и назначение их заставляет желать, чтобы наружная архитектура приближалась сколько можно к азиатскому вкусу».
Первоначально предполагалось разместить комплекс в крепости. При этом казарма для приезжающих башкир и мещеряков должна была помещать до 20 чиновников, помещаемых по два и более человек в каждой комнате, а для нижних чинов должны были быть организованы одна или две большие комнаты, которые могли вместить до 100 человек. При этих помещениях должна была быть общая кухня.
Осенью 1836 года подготовка проектов была поручена двум архитекторам: М. П. Коринфскому и А. П. Брюллову. Из предложенных проектов был отклонён проект М. П. Коринфского, так как по мнению В. А. Перовского, предложенный архитектором облик комплекса не соответствовал его назначению. Проект А. П. Брюллова был утверждён 19 января 1837 года.
При активном участии башкир были осуществлены сбор основных средств и строительство комплекса. Изготовление строительных материалов, их транспортировку и все остальные строительные работы также выполняли башкиры. В отдельные периоды в работах участвовало более 1 тыс. башкир с лошадьми. В журнале «Русская старина» за 1896 год сказано, что все постройки производились башкирами, назначаемыми из полков и кантонов: «Необходимый для строений лес сплавлялся из Башкирии по реке Сакмаре башкирами. Камень и известь также вырабатывались ими в 20 вёрстах от Оренбурга на Гребенской горе».
Завершение строительства основного корпуса Караван-сарая относится к 1842 году. Некоторые помещения верхнего этажа были закончены ещё раньше, и в декабре 1841 года в них уже разместилась канцелярия командующего Башкиро-мещерякским войском. Строительство мечети и минарета было завершено в 1842 (по другим данным — в 1844) году. Много времени заняла внутренняя отделка мечети и наружная облицовка минарета изразцами.
Торжества по случаю открытия Караван-сарая были приурочены ко дню рождения царя Николая I и состоялись 30 августа 1846 года. Был устроен грандиозный праздник, организовано угощение, состоялись традиционные башкирские скачки. Был отслужен молебен в мечети (первый мулла — Гатаулла Алтынгузин; присутствовало около 3,5 тыс. прихожан).
Дальнейшая история
До 1865 года Караван-сарай служил по своему назначению — в нём располагалась канцелярия Башкирского казачьего войска и одновременно обучались башкирские дети.
После ликвидации управления Башкирским войском в 1865 году Караван-Сарай был незаконно отобран у башкирского народа. По распоряжению губернатора В. Обручева в здании были размещены квартира и канцелярия начальника Оренбургской губернии, губернские присутственные места, комиссия по размежеванию башкирских земель. Для служителей мечети были оставлены две небольшие квартиры. Это вызвало возмущение башкир, под жалобой о возвращении незаконно отнятого Караван-Сарая подписалось около 10 тыс. человек.
В 1867 году губернатор Н. А. Крыжановский ходатайствовал о переносе мечети и минарета в другое место, ссылаясь на недопустимость соседства губернских учреждений с мусульманскими культовыми заведениями. Министерство внутренних дел, опасаясь народных волнений, не дало на это разрешения.
II Всебашкирский съезд, проходивший в Оренбурге с 20 по 27 июля 1917 год, специально обсудил вопрос о возврате башкирам отнятого у них царским правительством: Караван-Сарая и вынес постановление: «Караван-Сарай как здание, построенное башкирами…, съезд объявляет национальной собственностью башкирского народа».
На курултае башкир в августе 1917 года был поднят вопрос о возврате Караван-сарая башкирам: «Потребовать, чтобы „последний был освобождён и представлен Центральному шуро“, поручить президиуму заявить об этом Керенскому и Оренбургскому комиссару»
С 16 ноября 1917 года по 14 февраля 1918 года в Караван-Сарае размещалось Башкирское областное (центральное) шуро.
Председатель бывшего Башкирского областного бюро и член Комиссариата по делам мусульман при Наркомнаце Ш. Манатов в январе 1918 г. беседовал по этому вопросу с В. И. Лениным. В. И. Ленин с большим интересом и участием рассмотрел проект декрета о возвращении Караван-сарая башкирам; он спросил: «Караван-Сарай до сих пор ещё не возвращён башкирам?». И тут же сказал: «Надо его скорее отдать». Прочитав подготовленный проект, он вставил между словами «Башкирский дом» слово «народный».
Декрет о возвращении Караван-сарая башкирам был принят по указанию В. И. Ленина в феврале 1918 года Народный Комиссариат по делам национальностей 6 февраля 1918 года послал в адрес исполнительного комитета Оренбургского Совета рабочих и солдатских депутатов, телеграмму: «Просим опубликовать во всеобщее сведение, что по решению Народного Комиссариата по делам национальностей Башкирский народный дом и мечеть под названием „Караван-Сарай“ в Оренбурге передаётся в полное распоряжение башкирского трудового народа в лице областного Совета башкир».
С августа по ноябрь 1918 года в Караван-сарае вновь разместились Башкирское правительство и его войсковые учреждения.
В 1920 году в здании Караван-сарая был открыт Башкирский институт народного образования, преобразованный позже в Башкирский педагогический техникум.
В сентябре 1924 года архитектурный комплекс (кроме помещения педагогического техникума, оставленного в ведении Башнаркомпроса) был передан Оренбургской губернии, входившей тогда в Киргизскую АССР (часть территории которой сегодня входит в состав Казахстана), а в 1934 года, с образованием области, — Оренбургской области.
В 1936—91 в здании мечети функционировал планетарий.
В соответствии с постановлением Совета Министров РСФСР от 30 августа 1960 года № 1327 «Караван-Сарай» отнесён к категории памятников архитектуры государственного значения. В течение многих лет башкиры поднимали вопрос о возврате Караван-сарая в собственность Башкортостана. 10 июня 1989 года было создано Оренбургское областное башкирское культурно-просветительское общество «Караван-сарай», одной из основных задач которого стояло возвращение комплекса Караван-Сарай его законному владельцу — башкирскому народу.
С конца 80-х годов XX века башкирская общественность стала поднимать вопрос о передаче Караван-сарая народу. Эти требования нашли отражение в Обращении адресованном руководству Оренбургской области принятом 18 декабря 1989 года на 1 (IV) съезде Башкирского народного центра «Урал», в котором говорилось о необходимости превращения Караван-Сарая в культурный центр башкир Оренбургской области.
Этот же вопрос обсуждался и на собрании башкирской общественности города Уфы и республики, созванном 10 мая 1990 года по инициативе Башкирского народного центра «Урал» и Клуба башкирской культуры «Актирма». В резолюции собрания отмечалось: «Добиться, чтобы обком КПСС, Совет Министров БАССР, творческие союзы взяли под свою защиту и контроль удовлетворение духовных и культурных запросов башкир, проживающих в других областях и республиках страны. Войти руководящим органам республики в связь с соответствующими органами соседних областей и республик для урегулирования вопросов оказания помощи в деле обеспечения культурно-языковых потребностей башкирского населения. Достичь реализации требований башкирского народа по возвращению ему Караван-сарая — башкирского народного дома».
В Договоре от 19 апреля 1990 года о взаимном сотрудничестве между Оренбургской областью и Башкирской АССР был зафиксирован пункт о необходимости оказать содействие и помощь Оренбургскому горисполкому в возвращении башкирской общественности Башкирского Народного дома «Караван-сарай», восстановления в нём Башкирского педучилища и размещения Центра башкирской культуры.
Однако администрация Оренбургской области не активизировала работу в этом направлении. Поэтому II (V) Всесоюзный съезд башкирского народа (22-23 февраля 1991 года) принял специальную Резолюцию о башкирском народном доме Караван-Сарай в г. Оренбурге. В резолюции отмечалось: «Неоднократные обращения башкирской общественности и Совета Министров БССР к руководству области и города не находят понимания с их сторон. Ссылка руководителей области на всякие трудности ничем не оправданы, ибо нет объективных причин для принятия решения о передаче Дома башкирскому народу ещё до освобождения его от поселившегося там учреждения. Выражая волю башкирского народа, V Всесоюзный Башкирский народный съезд требует от руководителей Оренбургской области и города незамедлительно решить вопрос о возвращении Башкирского народного Дома Караван-Сарай его хозяину — башкирскому народу. Только ему должно принадлежать право решать, как использовать в дальнейшем этот архитектурный комплекс. Скорее всего, башкирская общественность примет решение об организации здесь башкирского общественного и культурного центра. V Всесоюзный народный съезд заявляет, что Оренбургские власти не имеют права распоряжаться в чужом доме и рассуждать, кого пустить в этот дом, что там организовать и т. д. Словам В. И. Ленина о возвращении дома башкирскому народу — нет альтернативы. От имени башкирского народа съезд заявляет, что народ оставляет за собой право организовать массовые выступления за восстановление своего права собственности на Караван-Сарай, вплоть до применения других методов воздействия».
В соответствии с решением съезда в 1992—1994 годах в г. Оренбурге перед Караван-Сараем по инициативе Оренбургского областного башкирского центра «Караван-Сарай» и при участии представителей башкирских общественно-политических организаций Республики Башкортостан прошли митинги, требующие передать Караван-Сарай башкирскому народу.