Мексиканѝзмы — лексические, а также некоторые грамматические и фонетические единицы, характерные для мексиканского национального варианта испанского языка и отсутствующие (либо имеющие иное значение, форму или частотность употребления) в пиренейском («полуостровном») варианте испанского языка и в других национальных вариантах испанского языка Латинской АмерикиФирсова Н. М. Испанский язык. Вариативность языка в испаноязычных странах. — М.: РУДН, 2000.. Термин чаще всего употребляется в узком, лексическом смысле — применительно к отдельным словам и устойчивым словосочетаниям, — в отличие от фразеологизмов мексиканского варианта испанского языка, которые рассматриваются как самостоятельный, хотя и тесно связанный с мексиканизмами пласт языка.
Мексиканизмы образуют один из наиболее изученных пластов латиноамериканской диалектологии испанского языка: их систематизации посвящены специализированные словари, начиная с конца XIX векаGarcía Icazbalceta J. Vocabulario de mexicanismos. — México, 1899.Santamaría F. J. Diccionario de mejicanismos. — México, D.F.: Editorial Porrúa, 1959., а само явление рассматривается как один из ключевых маркеров национальной языковой идентичности МексикиЧеснокова О. С. Испанский язык Мексики: языковая картина мира. — М.: РУДН, 2006. — страны с крупнейшим в мире числом носителей испанского языка. __TOC__ Определение и объём понятия Под мексиканизмом в узком смысле понимается лексическая единица (слово или устойчивое словосочетание), которая либо возникла на территории Мексики, либо была заимствована мексиканским вариантом испанского языка из индейских языков страны и получила в нём самостоятельную жизнь, либо сохранила в Мексике значение или форму, утраченные в других вариантах испанского языка. Сам термин «мексиканизм» () вошёл в лингвистический обиход одновременно с появлением первых специализированных словарей в конце XIX века и первоначально противопоставлялся понятию «испанизм» (españolismo) как обозначение отклонения от пиренейской нормы; позднее, по мере утверждения представления о полицентричности испанского языка, мексиканизм стал пониматься не как «отклонение», а как самостоятельная и равноправная единица национального вариантаLara L. F. (dir.) Diccionario del español de México. — México, D.F.: El Colegio de México..
Часть исследователей включает в объём понятия также синтаксические конструкции и словообразовательные модели, продуктивные преимущественно в мексиканском варианте (например, повышенную частотность уменьшительных суффиксов или специфические формы вежливого обращения), однако в большинстве работ мексиканизм по умолчанию понимается как лексическое явление, а грамматические и фонетические особенности выделяются в отдельную категорию.
Мексиканизмы принято отличать от смежных понятий: американизмов — единиц, общих для испанского языка всей Латинской Америки или значительной её части (например, использование формы ustedes вместо vosotros), в отличие от собственно мексиканизмов, свойственных только Мексике; регионализмов — единиц, ограниченных не общенациональным употреблением, а речью отдельных штатов или областей страны (например, лексикой полуострова Юкатан, штата Веракрус или северных приграничных штатов)Company Company C. (dir.) Diccionario de mexicanismos. — México, D.F.: Academia Mexicana de la Lengua, Siglo XXI, 2010.; индихенизмов (indigenismos) в широком смысле — заимствований из индейских языков вообще, безотносительно к тому, стали ли они специфически мексиканскими словами или вошли в общеиспанский язык (как, например, chocolate или tomate, распространившиеся далеко за пределы Мексики и испанского языка вообще); архаизмов в узком смысле — слов, сохранившихся в испанском языке Мексики из более раннего, колониального состояния языка, но необязательно связанных с индейским субстратом. Источники формирования Науатлизмы. Крупнейший и наиболее изученный источник мексиканизмов — заимствования из языка науатль, на котором говорили ацтеки и который был лингва франка значительной части Мезоамерики к моменту испанского завоевания. По оценкам мексиканских лексикографов, в словарный состав мексиканского варианта испанского языка вошли многие сотни науатлизмов различной степени употребительности. Науатлизмы охватывают широкий круг сфер: названия растений и продуктов питания (chocolate — шоколад, tomate — томат, aguacate — авокадо, cacahuate — арахис, elote — початок кукурузы, jitomate — красный томат, chile — перец чили, chicle — жевательная резинка, ejote — стручковая фасоль, zapote — саподилла), животных (coyote — койот, guajolote — индюк, chapulín — кузнечик, tecolote — сова, tlacuache — опоссум), бытовых реалий (petate — плетёная циновка, comal — глиняная сковорода для лепёшек, molcajete — ступка из вулканического камня, huarache — сандалия, metate — каменная тёрка для зерна, mecate — верёвка), а также широко распространённых разговорных слов (cuate — приятель, escuincle — ребёнок, milpa — кукурузное поле, tianguis — рынок, papalote — воздушный змей, achichincle — подхалим, приспешник). Многие науатлизмы вошли не только в мексиканский вариант испанского языка, но и в общеиспанский, а через него — в другие европейские языки (ср. chocolate, tomate, avocado/aguacate, coyote).
Заимствования из других индейских языков. Помимо науатля, в мексиканском варианте испанского представлены заимствования из языков майя (особенно в диалектах полуострова Юкатан, например cenote — карстовый колодец, henequén — сизаль), пурепеча (штат Мичоакан), сапотекских и михе-соке языков (штат Оахака), а также отоми и ряда других индейских языков страны. Число таких заимствований значительно уступает числу науатлизмов, однако они формируют выраженные регионализмы, характерные для соответствующих частей страны.
Испанские архаизмы. Часть мексиканизмов представляет собой не заимствования, а слова и значения испанского языка XVI—XVIII веков, которые в самой Испании впоследствии вышли из употребления или изменили значение, но сохранились в Мексике в исходном или близком к исходному виде. Классические примеры такого рода — luego в значении «сейчас же, немедленно» (а не «потом», как в современном пиренейском варианте), prieto («тёмный, смуглый»), retobado («упрямый, строптивый»), recibirse («получить диплом, окончить учёбу»), liviano в значении «лёгкий по весу». Изучение подобных архаизмов имеет особую ценность для истории испанского языка в целом, поскольку мексиканский вариант в ряде случаев сохраняет более раннее состояние языка, чем современный пиренейскийЯковлева Е. А. Особенности мексиканского варианта испанского языка (лексический аспект): дис. … канд. филол. наук. — М., МГОУ..
Внутренние семантические и словообразовательные новации. Значительный пласт мексиканизмов возник уже на мексиканской почве в Новое и Новейшее время — за счёт переосмысления общеиспанской лексики (например, plática в значении «непринуждённая беседа», aventar в значении «бросить, кинуть», а не только «обмахивать веером»), метафорического переноса значений, словосложения и других словообразовательных процессов, не связанных напрямую ни с индейским субстратом, ни с колониальными архаизмами.
Иноязычные заимствования Нового времени. Как и другие национальные варианты испанского языка, мексиканский вариант пополняется заимствованиями из английского языка — особенно активно в приграничных с США северных штатах, где сложился особый пласт лексики, иногда называемый pochismos или espanglish (например, troca — от , «грузовик», lonchear — «обедать», от lunch, parquear — «парковать»). Помимо бытовой лексики приграничных регионов, английские заимствования активно проникают в сферу технологий, бизнеса и молодёжной культуры по всей стране. В меньшей степени фиксируются также заимствования из французского языка, проникшие в мексиканский вариант испанского в XIX веке, в период культурного влияния Франции на мексиканскую элиту.
Лексикографическая традиция Систематическая фиксация мексиканизмов в виде отдельных словарей ведётся с конца XIX века. Одним из первых опытов такого рода стал труд мексиканского филолога Хоакина Гарсиа Икасбальсеты под названием Vocabulario de mexicanismos, вышедший в 1899 году и заложивший методологические основы жанра словаря национального варианта испанского языка.
Наиболее авторитетным и полным словарём первой половины и середины XX века считается труд Франсиско Хавьера Сантамарии Diccionario de mejicanismos, впервые опубликованный в 1959 году. Он включает обширный историко-этимологический комментарий, в том числе по топонимике страны, и остаётся одним из главных справочных источников по истории мексиканской лексики.
Во второй половине XX века лексикографическая работа была продолжена силами университета El Colegio de México. Под руководством лингвиста Луиса Фернандо Лары Рамоса там был подготовлен современный нормативный словарь Diccionario del español de México, известный по аббревиатуре DEM; он построен на корпусной методологии и ориентирован на описание живой мексиканской речи, а не только на фиксацию отклонений от пиренейской нормы. Отдельным крупным проектом стал Diccionario de mexicanismos, изданный в 2010 году Мексиканской академией языка под редакцией Консепсьон Компань в сотрудничестве с академиями испанского языка других латиноамериканских стран.
Сравнение этих двух современных словарей показывает разницу в лексикографическом подходе: DEM ориентирован на дескриптивное, корпусное описание современного узуса, а словарь Академии в большей степени сохраняет традицию сопоставления с пиренейской нормой. По мнению О. С. Чесноковой, это делает мексиканский вариант испанского языка одним из наиболее подробно описанных в лексикографическом отношении национальных вариантов испанского языка Латинской Америки.
Вопросы состава и классификации мексиканизмов рассматривались и в российской испанистике: вариативностью испанского языка в целом занималась Н. М. Фирсова, мексиканскую языковую картину мира изучала О. С. Чеснокова, а проблемами перевода науатлизмов и другой культурно значимой мексиканской лексики на русский язык занималась Е. А. Яковлева.
Тематическая классификация Мексиканизмы принято группировать по тематическим блокам, отражающим сферы наиболее активного словотворчества и заимствования:
Флора и фауна — названия растений, животных и связанных с ними реалий, в значительной части восходящие к науатлю: aguacate (авокадо), nopal (опунция), maguey (агава), zopilote (гриф-урубу), tlacuache (опоссум), huizache (акация), pochote (сейба). Пища и кулинария — один из наиболее богатых тематических пластов, отражающий значимость гастрономической культуры для мексиканской идентичности: tamal, pozole, atole, mole, quesadilla, elote, jitomate, chilaquiles, antojito (общее название закусок уличной кухни), itacate (еда, собранная в дорогу). Быт и повседневная жизнь — banqueta (тротуар, в пиренейском варианте — acera), camión (в мексиканском варианте, помимо общеиспанского значения «грузовик», также «автобус»), recámara (спальня, в пиренейском варианте — dormitorio), plática (беседа, разговор), alberca (бассейн, в пиренейском варианте — piscina), manejar (водить машину, в пиренейском варианте чаще conducir). Обращения и формулы вежливости — ¿Mande? (вежливая переспрашивающая формула в ответ на обращение, вместо пиренейского ¿Cómo? или ¿Qué?), устойчивое использование почтительных обращений don/doña перед именем в разговорной речи, обращение joven к молодому мужчине независимо от контекста знакомства. Эмоционально-экспрессивная и разговорная лексика — cuate (друг, приятель), chido, padre (в значении «отличный», «классный»), güey (междометие и обращение в неформальной речи), chamaco/chamaca (ребёнок, подросток), órale (междометие с широким спектром значений — от одобрения до удивления), rascuacho (дешёвый, безвкусный, низкого качества — оценочное слово, применяемое как к вещам, так и к манере поведения).