Уда́рные ча́сти Ру́сской а́рмии (уда́рные батальо́ны, батальо́ны сме́рти, дружи́ны сме́рти, ча́сти сме́рти, революцио́нные батальо́ны, штурмовы́е батальо́ны, уда́рники) — отборные части, формировавшиеся во время Первой мировой войны в русской армии для прорыва обороны противника в позиционной войне.

Весной 1917 года, в связи с общим развалом русской армии, началось изменение ударных частей, которые из отборных специальных подразделений превращались в особые воинские части, состоявшие из добровольцев, готовых сражаться с противником и личным примером побудить основную массу армии продолжать войну. В этот период ударные части стали использовать не только для прорыва обороны неприятеля, но и для усмирения воинских мятежей в собственной армии и как заградительные отряды.

Если до 1917 года название «ударные части» было равносильно определению «штурмовые части», в силу присущей им тактики действий, то после Февральской революции это словосочетание стало обозначать части «верные долгу», и воспринималось как «почётное звание» в силу возложенных на такие части морально-политических задач. После Октябрьской революции Советское правительство, продолжившее курс большевиков на скорейшее заключение сепаратного мира, вывод России из мировой войны и ликвидацию бывшей императорской армии, упразднило все ударные части. Во время гражданской войны многие «ударники» примкнули к Белому движению.

Русская императорская армия

Возникновение штурмовых команд — взводов гренадер С установлением на театрах Первой мировой войны позиционной войны воюющие стороны пришли к выводу, что необходимо менять тактику наступательного боя, так как привычные методы ведения наступательных операций приводили к многотысячным потерям при захвате нескольких сотен метров глубоко эшелонированной линии обороны противника. В Германии — чуть раньше (), а в русской и австро-венгерской армиях — к 1916 году — инициативой войскового начальства были созданы особые штурмовые подразделения, предназначенные для прорыва обороны противника в «окопной войне», главным навыком которых должно было быть умение вести ближний бой, в том числе метко метать гранаты в окопы неприятеля.

Родоначальником таких особых подразделений в русской армии считают командующего 5-й армией генерала от кавалерии П. А. Плеве, который издал приказ:

…сформировать из них при каждой роте особые команды бомбометателей (тем более что)… безоружных… по недостатку винтовок имеется достаточное число в каждой дивизии… (В них) избирать людей смелых и энергичных, вооружить каждого десятью гранатами, удобно повешенными на поясе, и топорами произвольного образца, а также снабдить каждого лопатой, по возможности большой, и ручными ножницами для резки проволоки.

С конца 1915 года штурмовые команды — так называемые взводы гренадер, к которым были прикреплены инструкторы-сапёры, появились во всех пехотных и гренадерских полках русской армии. Взводы первоначально имели по штату одного офицера, четырёх унтер-офицеров и 48 нижних чинов. Вооружались и экипировались «новые» гренадеры касками Адриана, карабинами (офицеры — револьверами), кинжалами-бебутами, 7—8 гранатами, носимых в специальных брезентовых чехлах, надеваемых крест-накрест через плечо, стальными щитами (не менее одного на двух гренадер). Каждый взвод должен был иметь по 2 бомбомёта.

Подразделения гренадер использовались для ближнего боя в условиях окопной войны. Их недостатком было отсутствие тяжёлого вооружения. Боевой опыт потребовал укрупнения состава ударных частей, и взводы гренадер в 1917 году уступили место ударным батальонам, которые были в силах решать более крупные тактические задачи.

В противостоящей германской армии также создавались штурмовые части (официально с марта 1915 года), оснащению, вооружению и обучению которых уделялось большое внимание. В боевых действиях они применялись очень широко на всех фронтахОлейников А. А. Германские штурмовые части в первой мировой войне 1914—1918 гг. // Военно-исторический журнал. — 2009. — № 1. — С.45-51.. Показательно, что в германской армии развитие штурмовых подразделений также привело к их «батальонному» размеру.

Штурмовые части к началу 1917 года В качестве демонстрации форм, которые приняли штурмовые части русской армии к началу 1917 года, современные историки и приводят в пример приказы и мероприятия Особой армии генерала от инфантерии П. С. Балуева, которая входила в состав Юго-Западного фронта. 2 февраля 1917 года в приказе № 109/10 пояснялось:

организовать… специальные «ударные отряды» для того, чтобы дать в руки начальников надёжное средство для проявления частной активности… при обороне и вместе с тем создать кадр хорошо обученных смельчаков, применение которых при наступлении пехоты придаст ему большую живость и уверенность.

Приложением к этому приказу шла инструкция № 320/48 под названием «Наставление для ударных частей». Согласно наставлению, при каждой пехотной дивизии создавались ударный батальон 3-ротного состава (каждая рота — из трёх взводов) и техническая команда, состоявшая из пяти подразделений: пулемётного (4 пулемётных взвода по два ручных пулемёта); миномётного; бомбомётного (четыре взвода); подрывного (подрывной и ракетный взводы); телефонного (6 телефонных и 4 подслушивающие станции). Бойцов-штурмовиков в составе батальона положено было иметь 1049 (их продолжали называть «гренадерами») и 13 офицеров.

К обязательному индивидуальному снаряжению добавился противогаз. Каждый батальон вооружался тяжёлым вооружением и снабжался техническими средствами: 8 станковыми пулемётами, 8 ручными пулемётами (Шоша или Льюиса), 4 миномётами, 8 бомбомётами, 200 сигнальными ракетами, 7 телефонными аппаратами и телефонным проводом (24 версты); подрывного имущества должно было хватать на устройство восьми проходов в колючей проволоке.

Обучение гренадер В Особой армии была организована школа «инструкторов гренадерского дела», первый выпуск которых состоялся в мае 1917 года. В школу направлялись, согласно «Положению о школе гренадер…» (приказ № 313/47 от 23 марта 1917 года), по одному офицеру от каждой бригады или полка и по одному солдату от батальона пехоты или стрелкового эскадрона кавалерийских частей. В школе изучали все типы гранат, русских и иностранных, приёмы их бросания из различных положений — стоя, с колена, лёжа, из-за укрытий, из окопа, в окоп. Особо отрабатывалась меткость броска. «Гранатное дело» было в центре обучения. Изучались устройство гранат, способы и методы организации складов гранат, применение гранат в бою. Гренадер должен был уметь метко кидать гранату на 50—60 шагов. Изучали также устройство пулемётов, бомбомётов, гранатомётов. Особое внимание уделялось развитию индивидуальной инициативы и навыков разведки и траншейной войны (изучению систем окопов и укреплений, искусственных заграждений, борьбы в узлах сопротивлений, приёмов ближнего боя и порчи оружия противника). Индивидуальное обучение продолжалось групповым: ученики делились на группы «метальщиков» и «подносчиков». Группы обучались практическим навыкам ведения траншейного боя, в котором каждому гренадеру отводилась определённая роль: проделывание проходов в системах ограждения, атака окопа, бой в ходах сообщения, оборона окопа, организация пополнения в людях и гранатах.

В мае после первого выпуска школа была разделена на две, получившие название «Северная» и «Южная», так как их территориально разнесли на фланги Особой армии. Обе школы стали обслуживать не только Особую армию, но и все армии Юго-Западного фронта. В ноябре, после того как школы успешно выпустили бы второй кадр инструкторов, командующий 11-й армией генерал-лейтенант М. Н. Промтов рекомендовал создать школы инструкторов при каждой армии и при каждом корпусе, чтобы каждый полковой взвод гренадер укомплектовать не просто «охотниками», но прошедшими специальное обучение военнослужащими. Но это предложение не было реализовано.

Задачи в бою Штурмовые части должны были решать следующие задачи:

1. При прорыве укреплённых позиций противника: а) штурм особо важных и особо укреплённых участков; б) поддержка атаки пехоты первой линии наступления и развитие её успеха в траншеях (ликвидация противника);

2. При обороне: а) бой для улучшения своего положения (захват отдельных пунктов при контратаках); б) поиск для захвата пленных и разрушения оборонительных сооружений противника; в) уничтожение противника, ворвавшегося в расположение части.

Тактика ведения боя Ударные части требовалось располагать только в тылу. Использовать их в качестве частей, повседневно держащих линию фронта, или атаковать ими открытые участки запрещалось. На передовую они должны были выводиться только для выполнения поставленной боевой задачи, после чего возвращаться обратно в тыл. Предписывалось при подготовке наступления выводить ударные части на передовую за несколько дней до намеченного дня наступления, чтобы гренадеры, сделав разведывательные вылазки, могли лично ознакомиться с местностью и обороной противника. Если разведданные и время до начала наступления позволяли, предписывалось в тылу создавать макеты оборонительных сооружений противника в натуральную величину и на них проводить тренировки.

При атаках применялся групповой боевой порядок «волны» — бойцы передового отряда вооружались ручными гранатами для поражения живой силы, за ними следовали гренадеры, вооружённые гранатами Новицкого, для проделывания проходов в искусственных препятствиях, за ними следовали специалисты — сигнальщики, артиллерийские наблюдатели, телефонисты, пулемётчики, миномётчики. Замыкали боевой порядок санитары и подносчики. Форма строя для траншейного боя — змейка. При атаке глубоко эшелонированной линии обороны противника «ударники» шли впереди цепей пехоты, совместно с разведчиками-пехотинцами. Резчики проволоки делали проходы в заградительных полях, и метальщики гранат, дождавшись выхода пехоты на рубеж атаки, подползали под прикрытием стрелкового огня пехотинцев и дымовой завесы к окопам противника на дистанцию метания гранаты, по команде «в атаку» забрасывали окопы противника гранатами и врывались в первую линию обороны, продвигаясь далее по окопам во все стороны.

Знаки различия К концу 1916 года взводы гренадер стали в русской армии обычными и повсеместно распространёнными воинскими подразделениями. Возникла необходимость ввести для них особые знаки различия. 16 ноября 1916 года начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал от инфантерии М. В. Алексеев направил Верховному главнокомандующему докладную записку:

С соизволения Вашего Императорского Величества при пехотных и стрелковых полках на время настоящей войны сформированы особые взводы гренадер. В целях установления некоторого отличия в форме одежды нижних чинов гренадерских взводов полагалось бы установить для них на левом рукаве мундира и шинели особый знак, в виде нашитого из алого сукна изображения горящей гранаты, диаметром в один вершок.

На следующий день император Николай II наложил на записку резолюцию «Согласен».

Однако из-за того, что приказ об учреждении новых воинских подразделений — взводов гренадер — был секретным, Главное интендантское управление (ГИУ) не смогло издать приказа об установлении знака различия для частей, которых как бы не существовало. Технический комитет ГИУ так и не смог не только разработать установленную форму знака, но даже получить из Ставки черновые рисунки предложенных знаков.