Оборона Днепропетровска — боевые действия советских войск по обороне города Днепропетровска и удержанию днепропетровского плацдарма в период с середины августа по конец сентября 1941 года.
С немецкой стороны в операции участвовали части группы армий «Юг» под командованием фельдмаршала Г.фон Рундштедта, с советской — войска Южного фронта под командованием И. В. Тюленева.
Предшествующие события 22 июня 1941 года немецкие войска, осуществляя гитлеровский план напали на Советский Союз, нарушив пакт о ненападении.
Быстро продвигаясь по территории СССР, нацистские войска уже к августу 1941 года достигли центральной Украины — 2 августа окружили части Юго-Западного и Южного фронтов Красной Армии («Уманский котёл»), захватив 8 августа Умань, 4 августа нацисты захватили город Кировоград.
Учитывая сложившееся положение, с ЦК ВКП(б) и ЦК КП(б)У 18 и 19 июля поступили директивы, определяющие Днепропетровскую область в числе прочих, которым угрожала нацистская оккупация.
Директивы также предусматривали создание как на оккупированных, так и на прифронтовых территориях подпольных партийных организаций, партизанских отрядов и диверсионных групп. В короткое время обком создал подпольные организации и партизанские отряды, установил явки для связных и т. п.
Впервые на территорию области, гитлеровцы ворвались 12 августа, захватив Верховцево. 13 августа были захвачены Пятихатки, 15 августа — Кривой Рог, 17 августа — Никополь.
19 августа по городу был проведён первый артиллерийский обстрел.
Бой за Днепропетровск Днепропетровское направление защищала Резервная (впоследствии 6-я) армия под командованием генерал-майора Р. Я. Малиновского
Фронтом командовал генерал армии И. В. Тюленев.
Силами полностью ещё не сформированной Резервной армии командование Южного фронта пыталось предотвратить захват Днепропетровска.
Западное направление На западном направлении, обороняя город Днепродзержинск, действовали: 230-я стрелковая дивизия (командир — полковник Г.А. Куталев), 275-я стрелковая дивизия (командир — генерал-майор М.И. Дратвин), 26-я кавалерийская дивизия (командир — полковник А.А. Носков). 8-я танковая дивизия (СССР) (командир — полковник Е. Г. Пушкин).
Главный удар немецкие войска намеревались нанести из района Пятихаток (на правом фланге Резервной армии), имея цель отрезать советские войска от переправ через Днепр.
14 августа 968-й стрелковый полк вступил в бой с вермахтом в районе ст. Баглей и совместно с другими частями прикрыл северо-западные подступы к Днепропетровску. Полк в течение пяти суток вёл в окружении непрерывный ожесточённый бой. В дальнейшем он вышел из окружения и в течение двух суток сдерживал превосходящие силы немцев западнее Днепропетровска. В ночь на 22 августа 1941 года его сменили подошедшие части. Полк возвратился в состав дивизии, занял участок обороны на правом фланге дивизии, прикрывая западную окраину города.
18 августа 15-й танковый полк под командованием Героя Советского Союза майора Клыпина, совершая марш в направлении Щорска, вынужден был с ходу вступить в бой с передовыми подразделениями вермахта, прорвавшимися на рубеже реки Базавлук. Сопротивление советских танкистов вынудило фашистов на время приостановить своё наступление.
Огневой мешок полковника Пушкина По данным штаба Резервной армии, нацисты нацеливали свои удары вдоль железной дороги на Днепропетровск, имея в авангарде 13-ю танковую дивизию из состава 1-й танковой группы.
Генерал фон Клейст остался верен своей тактике — вбивать бронированные клинья в оборону врага. По имевшимся данным, удар немецких танкистов предстояло ожидать со стороны Днепродзержинска во взаимодействии с войсками гитлеровцев, которые наступали с юга вдоль Запорожского шоссе. Учитывая вероятность действий фашистов, полковник Пушкин решил сделать все возможное, чтобы остриё удара бронированного клина пришлось по пустому месту.
Придерживаясь тактики танковых таранов, гитлеровцы, уверенные в своём превосходстве, не особенно беспокоились за свои фланги. Именно этот фактор использовал Пушкин, планируя оборону дивизии.
Оборона дивизии приобретала форму подковы. Огневые средства располагались так, что при любых обстоятельствах противник попадал под перекрестный огонь. Укрытия для боевых машин, артиллерии и другие земляные сооружения в течение ночи были тщательно замаскированы.
19 августа, ровно в восемь утра, немецкие войска, при поддержке с воздуха двинулись к городу. Как и предполагалось, со стороны Днепродзержинска и Баглея появились танки. Впереди шли PzKpfw IV, за ними и на флангах — PzKpfw III и PzKpfw II далее пехота на бронетранспортерах и артиллерия.
Передовой отряд гитлеровцев стал втягиваться в горловину огневого «мешка». Когда немецкие танки очутились в створе позиций советских артиллерийского и мотострелкового полков, подставив борта под огневые средства дивизии, в небо взмыли красные ракеты и прогремел орудийный залп из всех калибров. От первых же выстрелов загорелось более десяти нацистских машин. Батальон, шедший на острие удара, заметался вдоль дороги. Огонь из укрытий открыли КВ и Т-34. По пехоте, которая спешилась, ударили миномёты мотострелков. Фланговый и перекрестный огонь действовал опустошительно. Гитлеровцы, не ожидавшие такого сильного и меткого огня, пришли в замешательство. Не выдержав удара, они вынуждены были отступать.
«Как упорно и ожесточенно русские сражались за каждую пядь земли, ослепительно высветило 19 августа. Повсюду усилилось сопротивление, появились новые танковые соединения, а на внутренних флангах 60 моторизованной и 13 танковой дивизий русским удалось ещё раз связать их боями на правом берегу Суры и даже достичь прорыва, который все же закончился уничтожением большого числа танков противника (одна 60 моторизованная дивизия уничтожила 54 танка), взятием в плен более 2000 русских и в итоге не приобрёл какого-либо значения. 14 танковая дивизия уже стояла поэшелонно далеко впереди под Сурское — лишь в 15 км перед городской окраиной Днепропетровска»
Особенно ожесточённый бой разгорелся 22 августа.
Танки вермахта шли на советские позиции волна за волной. Сосредоточив основные усилия на своём правом фланге, немцам удалось потеснить некоторые подразделения дивизии и захватить ряд высот, с которых местами просматривались позиции оборонявшихся частей. И тогда полковник Пушкин пустил в ход свой резерв — батальон тяжелых танков КВ под командованием старшего лейтенанта Н. С. Батаева. Фашисты удара не выдержали и отступили.
Об этом сражении вскоре узнал весь Советский Союз. В сообщении Совинформбюро говорилось о том, что немцы потеряли в этих боях 99 танков, 100 автомашин, 60 противотанковых орудий, 10 бронемашин, 50 мотоциклов, десятки пулемётов и миномётов. Среди захваченных трофеев — полный состав 4-орудийной батареи, несколько пушек различных калибров, а также штабной автобус с документами нацистского танкового полка.
9 сентября 1941 года указом Президиума Верховного Совета СССР Ефиму Пушкину за образцовое и умелое руководство, личное мужество было присвоено звание Героя Советского Союза.
Южное и юго-западное направление На юге и юго-западе Днепропетровска действовала 255 стрелковая дивизия (968, 970, 972-й стрелковые и 811-й артиллерийский полки) совместно с 28 кавалерийской дивизией. Командиром был назначен И. Т. Замерцев.
17 августа дивизия заняла оборону на южном и юго-западном направлении от Днепропетровска — по высотам восточнее реки Мокрая Сура. Тогда выяснилось, что 972-й стрелковый полк, выдвинутый раньше, втянулся в бой с передовыми частями противника, которые он совместно с соседом — 28-й кавалерийской дивизией сдерживал на участке от с. Антоновка до реки Мокрая Сура.
Правее 972-го полка с небольшим разрывом расположился 970-й стрелковый полк. Его задачей было не допустить противника к городу, надёжно прикрыть Сурско-Литовское шоссе и дорогу Краснополье — Днепропетровск, а также обеспечить огневое взаимодействие с соседом справа и иметь связь с 972-м стрелковым полком.
968-й стрелковый полк оборонялся уступом справа от 970-го полка. Артиллерийский полк занял огневые позиции за 972-м и 970-м стрелковыми полками, поддерживая бой каждого из них одним дивизионом. Командный пункт дивизии расположился в четырёх километрах восточнее Лоц-Каменки.
Заняв оборону, 255-я дивизия не была ориентирована в обстановке и ничего не знала о своих соседях, поэтому и не смогла сразу организовать взаимодействие с ними.
В тот момент, когда полки 255-й стрелковой дивизии выдвигались для занятия своих позиций, я находился в 3-м батальоне на правом фланге 972-го стрелкового полка и наблюдал, как справа какие-то кавалерийские части в развернутом строю со знаменами двинулись на запад. Вначале было тихо, а затем из-за высоты появились немецкие танки и начали расстреливать этих кавалеристов в упор. Кавалеристов не поддержала даже артиллерия. На мой вопрос, что это за кавалерия, майор Лященко ответил: «Сосед наш», и добавил: «Я пытался с ним связаться, но безуспешно». «Почему же вы не поддержали кавалеристов артиллерийским огнём», — спросил я. «А откуда я знал, что они в конном строю пойдут атаковать танки»
«Сосед», который с развернутыми знаменами атаковал танки, расстреливавшие его в упор — был 28-й кавалерийской дивизией.
В состав 28-й кавдивизии входил и 134 кавалерийский полк, командиром которого был майор Борис Андреевич Кротов — первый в годы Великой Отечественной войны кавалерист, удостоенный звания «Герой Советского Союза».
19 августа 1941 года в районе Краснополья майор Кротов со своими кавалеристами прикрывал отход за реку Днепр двух кавалерийских полков, организовал оборону полка и отразил многократные вражеские атаки пехоты и танков.
20-22 августа 1941 года полк Кротова защищал главное направление в районе Сурско-Литовского шоссе Днепропетровской области Украины. 22 августа 1941 года в бою у села Сурско-Литовское майор Борис Кротов подорвал гранатой немецкий танк, был тяжело ранен и скончался от полученных ран, вечером, в тот же день.
К утру 21 августа штаб 255 сд установил, что справа занимают оборону Днепропетровское артиллерийское училище и 28-я кавалерийская дивизия, которая вела тяжелые бои.
Днепропетровское артучилище, образованное из школьников и учеников вузов города 30 июля 1941 года, вступило в бой с противником в 9.00 утра 20 августа. На протяжении нескольких дней курсанты вели беспрерывные бои с врагом. Их потери были огромны: на 26 августа от начального состава — 2674 курсанта и 256 командиров — осталось живыми 41 командир и 927 курсантов. К концу сентября их численность сократилась до 150 человек.Т. В. Недосєкіна. Навчальний посібник «Історія рідного краю». — Д., 2010. — с.140 «Это было суровое испытание стойкости и мужества курсантов и офицеров училища и они с честью и достоинством прошли его. Мы решили больше не посылать в бой эту горстку (из 3000 человек в строю осталось около 150) самоотверженных курсантов и в ближайшее время выпустить их офицерами. Они, безусловно, заслужили этого, ибо прошли необычный „полный курс“ обучения, которое не дало бы ни одно училище»."
Уступом слева на линии Мандрыковка, Запорожское шоссе и до Днепра оборонялись подразделения 11-й запасной бригады, имеющие несколько малокалиберных пушек.
21 августа, в полдень, немцы снова начали сильную артиллерийскую подготовку на участке 970-го и 972-го стрелковых полков. Весь день немцы пытались атаковать оборонявшихся. Только в середине дня 22 августа противнику силами до батальона пехоты и 12 — 15 танков удалось потеснить левый фланг 972-го стрелкового полка и вклиниться в оборону на глубину до одного километра.
24 августа от командующего армией генерала Н. Е. Чибисова поступил приказ, что в распоряжение 255 сд передаются Днепропетровское артиллерийское училище и запасная бригада, и что дивизия должна отходить на левый берег — для этого ей отводится железнодорожный мост.
Немцы, в то же время, упорно атаковали советские позиции. Потери частей Красной Армии в личном составе доходили до 50—60 процентов.