В апреле 1918 года находившийся под арестом бывший российский император Николай II и его семья были перемещены большевиками из Тобольска в Екатеринбург.

Император Николай II, в ходе Февральской революции 15 марта 1917 года отрёкшийся от престола, через два дня, 17 марта, был помещён под арест вместе с членами своей семьи. Первоначально местом содержания под арестом царской семьи был Александровский дворец в Царском Селе, затем в августе 1917 года решением Временного правительства Николай II вместе со своей семьёй был отправлен в Тобольск. Пришедшие к власти большевики весной 1918 года решили перевезти царскую семью в Екатеринбург.

Причины Историк А. Н. Боханов писал, что существует множество гипотез, почему Николая II и его семью перевезли из Тобольска в Екатеринбург, собирался ли он «бежать», утверждают разное, однако со всей определённостью сегодня можно констатировать лишь тот факт, что переезд в Екатеринбург вытекал из стремления большевиков ужесточить режим и подготовить ликвидацию царя и его семьиБоханов А. Н. Николай II / А. Н. Боханов. — М.:Вече, 2008. — 528 с.: ил. — (Императорская Россия в лицах). ISBN 978-5-9533-2541-7, стр. 400.

Предыстория

После своего отречения царь прибыл 9 марта 1917 года в Царское Село, где его заключили под домашний арест. После июльских событий в Петрограде, Временное правительство России решило переправить Николая в какое-либо более спокойное место, для чего был избран Тобольск. Ближайшая железная дорога находилась в 260 верстах, и потому Николаю было бы труднее оттуда бежать. «Триумфальное шествие Советской власти» после Октябрьской революции 1917 года распространялось по железным дорогам (см. также Эшелонная война), и потому дошло до Тобольска только в марте 1918 года, на зиму 1917/1918 ограничившись Екатеринбургом, Омском и Тюменью.

Вплоть до весны 1918 года большевики были слишком поглощены ожесточённой борьбой за власть, и им было не до царя. Однако в марте — апреле несколько Советов независимо друг от друга вспомнили о существовании Николая, и начали предпринимать попытки перевезти его из Тобольска в какое-либо другое место. При этом вспыхнуло несколько конфликтов между отрядами разных Советов.

Историк В. М. Хрусталёв писал, что к этому моменту лидерами большевиков был составлен план по сбору всех представителей династии Романовых на Урале, подальше от внешних опасностей — в лице Германской империи и Антанты — с одной стороны, но в таком месте, где, с другой стороны, у большевиков были сильные политические позиции и они могли бы держать ситуацию с Романовыми под своим контролем. В таком месте, как писал историк, Романовых можно было бы уничтожить, лишь найдя для этого подходящий повод. Первым, 9 марта 1918 года, по решению Советского правительства, из Петрограда в Пермь был сослан великий князь Михаил Александрович. Вслед за Михаилом 26 марта 1918 года из Петрограда в Вятку были высланы князья Сергей Михайлович, три брата Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи (дети великого князя Константина Константиновича) и Владимир Павлович, а спустя месяц переведены в Екатеринбург. В начале апреля 1918 года из Москвы в Тобольск во главе вооружённого отряда отбыл комиссар Яковлев с приказом от большевистского руководства доставить Николая II в «красную столицу Урала» — Екатеринбург. Проезжая через Екатеринбург в восточном направлении, он вручил Ф. И. Голощёкину записку, написанную собственноручно Я. М. Свердловым, следующего содержания, обнаруженную в Государственном архиве Российской Федерации:Дорогие товарищи!Сегодня по прямому проводу предупреждаю Вас о поездке к Вам подателя т. Яковлева. Вы поручите ему перевести Николая на Урал. Наше мнение пока находиться ему в Екатеринбурге. Решите сами, устроить ли его в тюрьме или приспособить какой-либо особняк. Без нашего прямого указания никуда не увозите.…Задача Яковлева доставить Николая в Екатеринбург живым и сдать или председателю Белобородову или Голощёкину. Яковлеву даны самые точные и подробные инструкции.Всё, что необходимо, сделайте. Сговоритесь о деталях с Яковлевым.С товарищеским приветом. Я. Свердлов9.IV.1918 г.

Конфликты между большевистскими отрядами Власть большевиков в Тобольске фактически была установлена в марте 1918 года с прибытием из Омска 24 марта (н. с.) Дуцмана Василия (Вильгельма) Карловича, комиссара Тобольска и комиссара над царской семьёй. Дуцман не имел никаких связей в Тобольске, и предпочитал никак не вмешиваться в события, ограничиваясь наблюдением за царской семьёй.

Через несколько дней в Тобольске происходит конфликт между несколькими большевистскими отрядами: 26 марта (н. c.) прибывает отряд красногвардейцев из Омска, 28 марта (н. с.) вдвое меньший из Екатеринбурга, покинувший Тобольск 4 апреля (н. c.) по требованию первого отряда. Омский отряд находился под командованием Демьянова и Дегтярёва, которые сами происходили из Тобольска, и были в нём хорошо известны. Этот отряд разгоняет местную земскую и городскую управу, и переизбирает Совет.

Сам Николай упоминает в своих дневниках в записи от 22 марта (4 апреля н. с.) о прибытии и изгнании ещё одного отряда, из Тюмени: «Утром слышали со двора, как уезжали из Тобольска тюменьские разбойники-большевики на 15 тройках, с бубенцами, со свистом и с гиканьем. Их отсюда выгнал омский отряд!»

13 апреля (н. с.) прибыл второй отряд из Екатеринбурга под командованием делегата Уралсовета комиссара Заславского С. С., 28-летнего слесаря, дважды судимого за революционную деятельность, и с началом войны мобилизованного на Балтийский флот, где он окончил школу гардемаринов. Заславский требует немедленно заключить царя в «каторжную тюрьму».

21 апреля (н. с.) военный комиссар Уральской области Ф. И. Голощекин направил председателю Тобольского совдепа П. Д. Хохрякову телеграмму о подчинении всех отрядов В. В. Яковлеву присланному из Москвы со специальным распоряжением ВЦИК об охране и перевозе царской семьи в Екатеринбург: 'Высылаю три отряда, один под командой Гузакова. Общая численность войска тысяча человек. Объявите всему городу: за малейшее сопротивление и неподчинение распоряжениям Яковлева направить артиллерию и беспощадно снести гнездо контрреволюции.' - из телеграммы Телеграмма военного комиссара Уральской области Ф. И. Голощекина председателю Тобольского совдепа П. Д. Хохрякову о подчинении отрядов комиссару В. В. Яковлеву, 21 апреля 1918

Во время этого конфликта в Тобольск во главе ещё одного отряда численностью 150 человек прибывает 22 апреля (н. с.) комиссар ВЦИК Яковлев, которому в течение двух дней удалось взять под свой контроль ситуацию с отрядами. В тот же день Яковлев проводит собрание с охраной Дома Свободы, где проживает Николай Романов с семьей, и проясняет недоразумения, вызванные разногласиями в отрядах: Недоразумение возникшие в связи с нашествием отрядов и комиссаров с требованиями, улажено, так как все отряды Тобольска подчиняются всецело лишь мне. Для того, чтобы было для нас яснее что это путаница — плод недоразумения я пригласил т. 3аславского и членов Тобольского исполкома.' - из протокола общего собрания комиссара В. В. Яковлева и особой охраны бывшего царя в Тобольске, 22 апреля 1918 г.

Отбытие из Тобольска

10 апреля 1918 года прибывший в Тобольск комиссар ВЦИК Яковлев заявил, что его миссией является увоз царя из Тобольска, возможно, одного, без семьи. К этому времени Яковлеву удалось, в целом, склонить на свою сторону оба находившихся в Тобольске большевистских отряда, екатеринбургский и омский, несмотря на их конфликты друг с другом. В своей речи перед солдатами он рассказал, что привёз им суточные деньги и пообещал, что скоро их распустят по домам. Окончательно подозрение солдат рассеялось после беседы с большевистским председателем Тобольского Совета, бывшим кочегаром броненосца «Александр II» матросом Павлом Хохряковым, который заявил, что «знает Яковлева как видного деятеля революции на Урале».

Личность комиссара Яковлева до сих пор остаётся не вполне ясной; скорее всего, эта его фамилия не является истинной. Неизвестно также и содержание его мандата. По свидетельству начальника царской охраны полковника Евгения Кобылинского, этот мандат действительно существовал и был подписан Яковым Свердловым. Впоследствии Яковлев перешёл на сторону эсеро-белогвардейского Комуча под фамилией Крылов, с 1919 года его следы теряются (по некоторым источникам, бежал в Харбин под фамилией Стоянович). Большинство современных исследователей отождествляют комиссара Яковлева с Константином Мячиным, предположительно, бывшим морским офицером, в 1909 году под угрозой ареста и смертной казни бежавшего из России, после экспроприации на станции Миасс поезда с 50 тыс. рублей. Исследователь Эдвард Радзинский предполагает, что последующий переход Мячина-Яковлева-Крылова-Стояновича на сторону Комуча и бегство в Китай на самом деле являлся не изменой, а сложной двойной игрой в качестве агента ВЧК-НКВД. В то же время для большинства современников истинная фамилия Яковлева была загадкой, и с Мячиным он тогда, как правило, не отождествлялся. Белогвардейский следователь Соколов считал Яковлева германским агентом; другие исследователи считали его даже британским агентом.

Первоначально царь наотрез отказался куда-либо ехать, на что комиссар Яковлев заявил ему: «Если Вы отказываетесь ехать, я должен или воспользоваться силой, или отказаться от исполнения возложенного на меня поручения. Тогда могут прислать вместо меня другого, менее гуманного человека». После разговора с начальником охраны Кобылинским свергнутый царь, а затем царица приходят к выводу, что их собираются везти в Москву. По какой-то причине они решают, что большевикам нужна подпись царя на Брестском мирном договоре. Николай заявил: «Но я лучше дам отсечь себе руку, чем сделаю это». Бывшая императрица Александра Фёдоровна заявила, что «они хотят заставить его подписать мир в Москве. Немцы требуют этого, зная, что только мир, подписанный царём, может иметь силу и ценность в России». В действительности большевикам никакая подпись нужна не была, а ратификация договора была проведена съездом СоветовРичард Пайпс. Большевики в борьбе за власть..

По представлению же самого Яковлева, переезд царя в Москву требовался для того, чтобы устроить над свергнутым монархом суд по образцу английской и французской революций. Вопрос о том, действительно ли большевики планировали подобный суд, остаётся неясным. По свидетельству левого эсера Исаака Штейнберга, с декабря 1917 по март 1918 годов бывшего наркомом юстиции, такой вопрос действительно обсуждался на заседании ВЦИК, но против выступила эсерка Мария Спиридонова, опасавшаяся, что по пути из Тобольска над царём совершат самосуд.

В середине апреля в российских газетах появились сообщения о предполагаемом суде над «Николаем Романовым». Как отмечает Ричард Пайпс в работе «Большевики в борьбе за власть», согласно этим сообщениям предполагался суд под председательством главы Высшей следственной комиссии Николай Крыленко; на этом суде предположительно должны были рассматриваться «Третьеиюньский переворот», разбазаривание национальных ресурсов и прочие злоупотребления властью. Однако уже 22 апреля эти слухи были опровергнуты самим Крыленко, заявившем, что речь шла не о царе, а о провокаторе по фамилии Романов.

12 апреля наследник ушибся, что вследствие его гемофилии привело к серьёзным последствиям: обе его ноги распухли и были парализованы. Узнав о болезни наследника, Яковлев сообщает о ней в Москву шифрованной телефонограммой Свердлову, заявив: «Мой сын опасно болен. Точка. Распутица мешает взять весь багаж. Точка. Вы меня понимаете? Точка. Если понимаете, то отвечайте, правильно ли поступаю, если, не дожидаясь хорошей дороги, пущусь только с частью багажа». В ответ Яковлев получает инструкции «везти одну главную часть багажа».

В пути