Числи́тельное в праиндоевропе́йском языке́ — система лексем праиндоевропейского языка, использовавшихся для счёта. Числительные являются одним из самых устойчивых элементов индоевропейской лексики. Праиндоевропейцы употребляли десятичную систему счисления. Для образования всех числительных использовалось всего 12—15 корней. Хорошо этимологизируются числительные «один» и «сто», удовлетворительно «восемь» и «девять», гипотетически (через ностратическую гипотезу) — «два», этимология остальных пока остаётся неясной. Вероятно, система числительных в праиндоевропейском имеет долгую предысторию, и не представляется возможным определить время её формирования.
Количественные числительные Склонялись числительные «один», «два», «три», «четыре» и «сто», остальные были несклоняемыми. Числительные 1—4 изменялись по атематическому склонению и так же, как прилагательные, изменялись по родам.
Один На базе (), , , «одно очко на игральной кости», , , , , восстанавливается форма *h1oɪ̯nos/*h1oɪ̯kos/*h1oɪ̯wos (в традиционной реконструкции *oɪ̯nos/*oɪ̯kos/*oɪ̯wos). Все три формы представляют собой суффиксальные расширения одного и того же корня *h1oɪ̯- (в традиционной реконструкции *oɪ̯-), который, по одной из версий, представляет собой анафорическое местоимение. Данное числительное изменялось по -o-склонению. В праславянском *eɪ̯nos (аблаутный вариант *oɪ̯nos) развилось в *jьnъ «иной», а значение «один» получила форма *edinъ/*edьnъ, восходящая к тому же корню, но расширенная при помощи усилительной частицы *ed-.
Ещё одна лексема, которая, возможно, означала «один», реконструируется на основании () «один раз», (< *sems) «один», (< *smija или *smijə) «одна», (< *sem) «одно», (где из *sm̥-) «один раз, однажды», (< *sm̥plos) «простой», (< *smiɪ̯os) «один», «однажды, однократно», «простой», тохар. B ṣeme «один», как *sem-. А. Мейе считал, что именно эта лексема означала в праиндоевропейском языке «один», в то время как *oɪ̯- значило «единственный». О. Семереньи полагал, что *sem- обладала семантикой «один в значении совместности, единства».
В. Мажюлис полагал, что в праиндоевропейском не было числительного «один», приводя в качестве типологической параллели некоторые языки Новой Гвинеи, в которых такого числительного нет, хотя есть названия бо́льших чисел. Т. В. Гамкрелидзе и В. В. Иванов присоединяются к этой позиции, указывают на то, что числительное «один» отсутствовало также в шумерском и хурритском языках, оно не реконструируется для пракартвельского и прасемитского языков. По мнению учёных, это объясняется тем, что счёт начинается с «двух» и более, в то время как «один» изначально предполагает не счёт, а особый способ называния предмета, и лишь позднее включается в ряд числительных.
Два На базе (), , , , , , , тохар. А wu, we, , восстанавливаются формы *dwoh3(u)/*dwoh1 (в традиционной реконструкции *duwo/*dwō, по глоттальной теории, *t’wo-) мужского рода, *dwoih1 (в традиционной реконструкции *duwoi/*dwoi) женского и среднего. Возможно, первоначальной формой было *du, которое позднее получило суффиксы, маркирующие двойственное число.
В словосложениях использовалась форма *dwi-.
Существуют попытки возведения данного числительного к указательному местоимению со значением «тот (более далёкий)», однако Д. Адамс и Дж. Мэллори полагают, что разумнее выглядит обратное этимологизирование.
Сторонники ностратической гипотезы указывают на соответствия индоевропейскому *dwoh3(u) в других ностратических языках (праалтайск. *ti̯ubu «два, второй», прауральск. *to-ńće «второй», пракартвельск. *ṭq̇ub- «двойня») и реконструируют праностратическую форму *tuʔV/tuq̇V «два, второй», имеющую, по-видимому, борейское происхождение (ср. прасинокавк. *(t)xq̇wV̄ «два», прааустрич. *dVXa «два, пара»).
Три На базе хеттск. tēri-, (), , , , , , , тохар. В trai, tarya, , восстанавливаются формы *trejes мужского рода, *t(r)is(o)res женского, *trih₂ (в традиционной реконструкции *trī) среднего. Данное числительное изменялось по -i-склонению (во множественном числе).
Форму женского рода объясняют из сложения корня *tri- с корнем *sor- «женщина» с последующей диссимиляцией *trisor- > *tisor-.
В словосложениях использовалась форма *tri-.
Данное числительное этимологизируют как восходящее к *ter- «дальше», то есть «следующее (после двух)» или *ter- «средний», то есть «средний (палец)». Обе этимологии Д. Адамс и Дж. Мэллори считают недостоверными.
Четыре На базе (), , , атт. , гомер. , , , (м. р.), (ж. р.), , (м. р.), (ж. и ср. р.) восстанавливается форма *kwetwores мужского рода, *kwetesres женского и *kwetworha (в традиционной реконструкции *kwetwōr) среднего. Германское f- вместо ожидаемого hw- объясняют влиянием числительного «пять» (). Изначально второй гласный был долгим только в форме среднего рода, однако в праславянском, прагерманском и санскрите эта долгота была перенесена в формы мужского рода.
А. Эрхарт полагает, что индоевропейское числительное «четыре» было несклоняемым, как в латыни, и в остальных индоевропейских языках склоняться оно началось уже после распада праязыка. Однако более распространено мнение, что именно утратило склонение.
В словосложениях использовалась форма *kwtur-.
В общей сложности в лингвистике было предложено свыше десятка различных этимологий данного числительного: У. Леман полагал, что *kwetwores была заимствована индоевропейцами из хурритского или какого-то из кавказских языков, в то время как исконной формой было *meju-, которое обнаруживается в анатолийской группе. Однако другие исследователи указывают, что во всех граничащих с индоевропейскими языками семьях нет похожего числительного «четыре»; К. Шилдз () пытается разложить данное числительное на *kwe- «этот», *-t показатель неединственного числа, *-u показатель двойственного числа, *-or показатель собирательного неединственного числа. Чешский лингвист В. Блажек считает эту этимологию неубедительной; О. Бремер (:de:Otto Bremer) думал, что названия «четырёх» и «восьми» в праиндоевропейском были родственными и якобы восходили к названию глаза. Блажек полагает, что данная этимология неубедительна как с фонетической, так и с семантической точки зрения; Б. Чоп видел в элементе *-wor- суффикс, параллельный *-sr- в форме женского рода *kwetesres. Критики указывают на отсутствие каких-либо доказательств наличия такого значения у суффикса *-wor-; Г. Гюнтерт (:de:Hermann Güntert) предполагает исходное значение «верхушка креста» на основании «треугольный»; В. Махек раскладывает *kwetwores на *kwe-twor-es, связывая второй элемент с «творить», то есть «образования пар». Блажек оценивает эту этимологию как искусственную; А. Эрхарт () и В. Блажек возводят числительное «четыре» к *kwet- «пара» (возможно, родственному прауральскому *k(w)et, юкагирскому *kit и ительменскому katxan «два»), *Hwo показатель двойственного числа и *-r показатель гетероклитического склонения; Дж. Коэн (), также основываясь на прафинноугорском *kwet «два», видит в данном числительном редупликацию *kwet+kwet «два плюс два»; В. Шмид (:de:Wolfgang P. Schmid) выделяет в *kwetwores суффикс *-wor, сопоставляя его с *-wr (), и корень *kwet- (как в «раздвигать, распростирать, растопыривать»); Э. Хопкинс (:en:Edward Washburn Hopkins) делит это числительное на *kwe-tur-, полагая, что оно означало «(1) плюс три». А. ван Виндекенс (:de:Albert Joris van Windekens), как и В. Махек, членит на *kwe-twor-es, но связывает второй корень с «огораживать, прикреплять», «иметь».
Есть версия, что более ранним праиндоевропейским обозначением четвёрки было *ok̂t-, сохранившееся в «ширина четырёх пальцев», а также заимствованное в картвельский праязык в виде *otxo- «четыре». От этого корня в форме двойственного числа происходит индоевропейское название числа восемь (см. ниже)Климов Г. А. Картвельское *otxo- ‘четыре’ ~ индоевропейское *ok̂to- // Этимология 1975. М., 1977. С. 162–163..
На основании данных анатолийских языков (, ) реконструируется форма *meyu- «четыре», не имеющая соответствий в других индоевропейских языках. По мнению А. С. Касьяна, это может свидетельствовать о существовании в индо-хеттском праязыке неразвитой системы счёта типа «1, 2, 3, много»Kassian A. Anatolian *meyu- ‘4, four’ and its cognates // Вопросы языкового родства. № 2 (2009). P. 65-78..
Пять На базе (), , , эол. , , , , , тохар. B piś, , восстанавливается форма *pénkwe. В италийской и кельтской группах произошла дистантная регрессивная ассимиляция: *p-kw > *kw-kw, в то время как в германской группе дистантная прогрессивная: *p-kw > *p-p. Праславянское *pętь образовано от порядкового *pętъ «пятый», континуант собственно *pénkwe в праславянском не сохранился.
Обычно данное слово связывают с «кулак» (), причём, по одной версии, *pn̥(kʷ)stis является производным от *pénkwe, а по другой — наоборот.
Э. Поломе сопоставлял *pénkwe с хеттским panku- «весь», отказываясь от традиционного этимологизирования последней лексемы как восходящей к «толстый». Однако данная гипотеза подвергается критике как несостоятельная с точки зрения фонетики и семантики.
Датский лингвист Х. Педерсен выводил *pénkwe из последовательности *kwetwores pen kwe «четыре и один», где *pen должно означать «один/большой палец». В. Пизани, соглашаясь с таким членением, считал, что *pen само по себе означало «пять». Критики данной гипотезы указывают на то, что нет никаких доказательств того, что *pen могло означать «один» или «большой палец».
Сторонники ещё одной гипотезы, также соглашаясь с членением Педерсена, утверждают, что элемент *pen идентичен глагольному корню *(s)pen- «растягиваться». В. Блажек считает, что проблематично вывести значение «пять» из «растягиваться».
Кроме того, предпринималось несколько попыток внешнего сравнения: А. Кюни сравнивал *pen-kwe с прасемитским *ḫam- ( «пятый»); А. Р. Бомхард связывал первый элемент данного числительного, которое он реконструировал как *kwenkwe, с восточно-кушитским *ken- «пять» и чадским *kwən- «три»; С. А. Старостин, исходя из той же формы, что и Бомхард, считал *kwenkwe заимствованием из правосточнокавказского *χwinḳwV «кулак»; А. Тромбетти сопоставлял *pénkwe с прауральским *piŋɜ «ладонь». В. Блажек считает, что всерьёз можно воспринимать только это внешнее сравнение.
Шесть На базе (), , , , , , , тохар. А ṣäk, , восстанавливается форма *(k)s(w)eḱsVirédaz R. «Six» en indo-européen // Indogermanische Forschungen, 102, 1997. — P. 112—150.. Праславянское *šestь образовано от порядкового *šestъ «шестой», континуант собственно *s(w)eḱs в праславянском не сохранился.
Реконструкция фонетического облика данного числительного наталкивается на определённые сложности. На наличие начального *k- указывают данные индоиранских и балто-славянских языков, а также греческое диалектное «шестирядный ячмень», в то время, как лексемы остальных языков восходят к праформе без *k-. По одной из гипотез, данное *k- возникло из слияния *pénkwe sweḱs > *pénkwsweḱs «пять, шесть» при быстром счёте. С другой стороны, только авестийские, греческие, кельтские и армянские формы дают основание реконструировать *-w-.
Т. В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Иванов считают, что индоевропейское название шести было заимствовано в пракартвельский в виде *ekŝw-, однако В. В. Шеворошкин думает, что по фонетическим причинам вероятнее заимствование из праармянского *weḱs-.
По одной из версий, данное числительное восходит к сложению *ǵhesr «рука» и *haeug- «расти», то есть здесь усматривается внутренняя форма «перерастающее руку» (числительное, при употреблении которого счёт переходит на вторую руку). Д. Адамс и Дж. Мэллори критикуют эту этимологию как несостоятельную ни фонетически, ни морфологически.
Семь На базе (), , , , , тохар. ṣpät/ṣukt, , , восстанавливается форма *septm̥. Праславянское *sedmь образовано от порядкового *sedmъ «седьмой», континуант собственно *septm̥ в праславянском не сохранился.