Абба́с I, Шах Аббас, Аббас Бахадур ХанR. Savory. The history of Shah Abbas the Great. — Vol. I. (; ; Mazzaoui Michel B. Islamic Culture and Literature in Iran and Central Asia in the early modern period // Turko-Persia in Historical Perspective. — Cambridge University Press, 2002. — P. 86-87. — ISBN 0-521-52291-9, ISBN 978-0-521-52291-5 Safavid power with its distinctive Persian-Shi’i culture, however, remained a middle ground between its two mighty Turkish neighbors. The Safavid state, which lasted at least until 1722, was essentially a «Turkish» dynasty, with Azeri Turkish (Azerbaijan being the family’s home base) as the language of the rulers and the court as well as the Qizilbash military establishment. Shah Ismail wrote poetry in Turkish. The administration nevertheless was Persian, and the Persian language was the vehicle of diplomatic correspondence (insha'), of belles-lettres (adab), and of history (tarikh).Пигулевская Н. В., Якубовский А. Ю., Петрушевский И. П., Строева Л. В., Беленицкий А. М. История Ирана с древнейших времён до конца XVIII века. — , 1958. — С. 274, разд. «Реформы шаха Аббаса I»: «Языком войска и двора остался тюркский (азербайджанский) язык».; , Герат — , Казвин) — шах Персии из династии Сефевидов, правивший в 1588—1629 годахʿAbbās I // Энциклопедия Британника.
Крупный реформатор и полководец, Аббас провёл административные, политические, военные и экономические реформы, в корне изменив государственное устройство, создал регулярную армию и вёл успешные войны с турками и узбеками, отвоевав ранее потерянные территории, по сути восстановив доставшуюся ему в наследство фактически разваленную Сефевидскую державу, превратив её в централизованную абсолютистскую монархию. При Аббасе Сефевидская империя достигла наибольшего расцвета и могущества, простираясь от реки Тигр на западе до города Кандагар на востоке.
Аббас поощрял строительство дорог, мостов, каналов, заботился об украшении городов и развитии ковроделия. При нём в 1598 году столица была перенесена из Казвина в Исфахан. Хотя Аббас был жестоким и деспотичным государем, ещё при жизни подданные стали именовать его Великим.
Биография {| class="с collapsible collapsed" !colspan="2" style="background-color:икшпре"|Генеалогическое древо предков Шаха Аббаса
Аббас I родился в афганском городе Герат в семье шахиншаха Мухаммада Худабенде (1531—1596) и Махди Ульи (?—1579), дочери (губернатора) области Мазендаран, Мир Абдулла-хана. Писал стихи на персидском и тюрко-азербайджанском языкахВо времена Аббаса азербайджанский вариант общетюркского языка слабо отличался от других идиомов своей группы тюркской языковой семьи (см. ). Его сторонники заняли Казвин, отец отрёкся от престола, принц короновался во дворце 1 октября 1588 годаDavid Blow. Chapter 2. A Turbulent Childhood and the Seizure of Power / Shah Abbas: The Ruthless King Who Became an Iranian Legend. — London, UK : I. B. Tauris, 2009. P. 30. — ISBN 978-1-84511-989-8. . Когда Аббас возглавил Сефевидскую империю в возрасте 17 лет, кызылбашские племенные вожди рассматривали его как марионетку, потому что кызылбаши имели большое влияние на шаховJ. S. Turley, J. B. Souza, «The Commentaries of D. García de Silva y Figueroa on his Embassy to Shāh ʿAbbās I…», — С. 16. Шах Аббас вёл кочевой образ жизни, треть своего правления он провёл в путешествии, треть находился в своей столице и треть — в других местах на отдыхе. Из-за кочевой жизни столица фактически перемещалась туда, где находился АббасCh. Melville, «From Qars to Qandahar: The itineraries of Shah Abbas I».
Внутренняя политика Шах Аббас I не ограничился приведением под контроль государствообразующего элемента — кызылбашей. Он также покончил с местными феодальными правителями Гиляна, Мазендарана, Систана, Лара и Луристана и укрепил власть Сефевидов в этих областях. Он даже переселил в некоторые из них тюркское население. Главным языком двора Аббаса I оставался его родной азербайджанскийDavid Blow, «Shah Abbas: The Ruthless King Who Became an Iranian Legen»Willem Floor, Hasan Javadi, «The Role of Azerbaijani Turkish in Safavid Iran», p. 4-5. Шах Аббас очень сильно увеличил количество конников в своей личной гвардии из числа кызылбашей. Эти люди отличались от своих соплеменников своей абсолютной преданностью шаху: они покидали свои племенные земли, прибывали ко двору и становились членами имперского двора. В правление Аббаса их число возросло до 10-15 тыс. человек, и к концу его правления их высшие чины занимали посты губернаторов провинций и их командир — горчубаши превратился в самого важного функционера государстваStephen P. Blake, «Time in Early Modern Islam», p. 24. Для уменьшения влияния кызылбашей он создал корпус придворных рабов, состоявших из обращённых в шиитский ислам армян, грузин и черкесов (взятые в плен во время ожесточённых войн на Кавказе в 1603—1604 и 1616 годах). Усиливая практику назначения гулямов на высокие должности, он дал им более заметное место в рядах военных, с целью уравновесить кызылбашей как членов постоянной армии, но эти рабы-солдаты зависели от Аббаса еще больше, чем кавалерия кызылбашейStephen P. Blake, «Time in Early Modern Islam», p. 25. Однако большинство государственных должностей оставались за тюркамиО. Жигалина, «Этносоциальная революция иранского общества», с. 37. В период Аббаса I эшикагасыбаши (хранитель дворца) были следующие людиMoḥammad Rafiʿ Anṣāri, «Dastur al-Moluk», p. 167—168:
Махдигулу Хан Шамлы (1591-1592) Манучехр Бек (1598-1599) Махдигулу Хан Шамлы (1602-1603) Алигулу Хан Шамлы (1611) Келбали Бек (1627-1629)
Итальянский путешественник Пьетро делла Валле, посетивший Сефевидскую империю в период правления Аббаса I, писал, что единственной знатью в государстве была туркоманская военная элита, монополизировавшая все посты провинциальных губернаторов и большинство важных должностей со дня установления правления Сефевидов в начале XVI века. Он также описывал, что персы жили под невыносимым порабощением туркомановJ. D. Gurney, «Pietro Della Valle: The Limits of Perception», p. 108. Также Валле описывает его как «крайне смышлёного, очень живого и храброго», говорившего на азербайджанском и персидском языкахA. Amanat, «Iran. A Modern History», p. 94 . Шах Аббас имел очень прочную связь с кызылбашами, которые были сильнее остальных связейБ. П. Балаян, «К вопросу об общности этногенеза шахсевен и кашкайцев». В период правления шаха Аббаса, из 89 главных эмиров 74 были кызылбашами и 15 — гулямамиD. Morgan, «Medieval Persia, 1048—1797», p. 142. Также число кызылбашских племён во власти значительно выросло при нём и главенствующими стали Шамлы и ЗулькадарTadhkirat al-mulūk. A manual of Ṣafavid administration, circa 1137/1725. Persian text in facsimile-B.M. Or. 9496. Translated and explained by V. Minorsky, p. 17-18. Аббас был самым успешным правителем из Сефевидов. Он отличался энергичной деятельностью и известной политической прозорливостью, способствовал экономическому подъёму страны, строил дороги и мосты, заботился об украшении городов, особенно Исфахана, куда он перенёс свою резиденцию из Казвина в 1598 году, и старался оживить торговлю с Индией и Европой. Переехав в Исфахан, преданные шах Аббасу войска (среди них в основном шахсевены) последовали за ним. Уже в 1603 году, кызылбашские войска Аббаса находились в Исфахане. Помимо военной реформы, Аббас совершил попытку провести денежную реформу, поскольку за 11 лет безвластия в Иране по стране начало хождение огромное количество валюты, не имевшей твёрдого курса. Аббас ввёл монету «аббаси», достоинство которой равнялось одному мискалю4,67 г серебра.
Аббас укрепил центральную власть в Иране путём военного давления на местную аристократию, которая в его правление наконец стала повиноваться шаху беспрекословно. В годы правления шаха Аббаса, Гянджа была отстроена зановоТ. Кутелия, «Грузия и Сефевидский Иран (по данным нумизматики)».
В 1604 году Аббас I Великий применил тактику выжженной земли против Османов в Армении (Великий сургун). Из Восточной (Закавказской) АрменииVahé Baladouni, Margaret Makepeace, East India Company. Armenian merchants of the seventeenth and early eighteenth centuries: English East India Company sources, xxi: в Иран были насильно переселены свыше 250 тыс. армянJames Stuart Olson, Lee Brigance Pappas, Nicholas Charles Pappas. An Ethnohistorical dictionary of the Russian and Soviet empires, p. 44: . Однако выселения делались без различия по религии и коснулись также мусульман (как указывает Петрушевский, азербайджанцев). В. Морин же считает, что в переселении армянского населения имело место желание Шах Аббаса предотвратить возможный османо-армянский сговор на окраинных территорияхV. Moreen, «The Status of Religious Minorities in Safavid Iran in 1617-61», p. 128. В 1610—1611 годах шах Аббас вырезал курдов из племени барадуст в Урмие и из племени мукри в Мараге. Аббас доверил управление Урмией представителю из шамлу (позже афшару). Марага была отдана Ага хану МугаддамуH. Maeda, «The Forced Migrations and Reorganisation of the Regional Order…». Шах Аббас вёл агрессивную политику против христиан, в отличие от Османов, и даже превращал их в мусульман«A Chronicle of the Carmelites in Persia», vol. I, p. 164—165. В период шаха Аббаса преследования христиан были на высоком уровне, по словам Эдмунда Хертцига, он также несёт ответственность за «большее количество случаев преследования христиан, чем какой-либо из его предшественников». Незадолго до своей смерти Аббас прибегнул к практике, уходящей корнями в исламскую юриспруденцию, издав указ, по которому любой «зимми», обратившийся в ислам, имел право наследовать «имущество всех своих родственников, вплоть до 7-го колена». Его любопытство по отношению к христианству и его символам было, несомненно, искренним, но его первой заботой было укрепление и расширение своей власти, и этому было подчинено всё — христианские миссионеры, религиозные меньшинства Ирана и его собственные клерики и их повестка дня. Его обольщение христианами не защитило армян и грузин от его ужасного гнева, последовавшего за восстаниями в 1616—1617 и 1619 годах, когда он опустошил большие пространства земли на КавказеR. Matthee, «Persia in Crisis. Safavid Decline and the Fall of Isfahan» .
Экономика В Исфахане, столице с 1598 года был квартал под названием Аббасабад, где поселились азербайджаноязычные выходцы из Тебриза, и двор, а также династия Сефевидов ежедневно общались на азербайджанском языкеFerenc Csirkés, «Popular Religiosity and Vernacular Turkic: A Qezelbash Catechism from Safavid Iran», p. 213.
Армия В книге автор изображает портрет мудрого правителя, прекрасного политика и грозного полководца, личность и харизма которого делают его идеальное воплощение современного государя. Он пишет, что благодаря своим политическим действиям Аббас смог подчинить элиты своей воле. В книге также воплощены идеи власти и величия, связанные с монархической фигурой. Это восхищение искусством правления шаха Аббаса также очевидно в трудах португальца , который служил послом в Сефевидском государстве в начале XVII века, и даже находит отражение в конце XVII века в словах . Переводчик трех отчетов о дипломатических миссиях в Сефевидском государстве, последний причисляет шаха Аббаса к числу величайших правителей своего времени как за его политический интеллект, так и за то, как он распоряжался своей властью.