…And Justice for All () — четвёртый студийный альбом американской трэш-метал-группы Metallica, выпущенный 7 сентября 1988 года на лейбле Elektra Records. Это был первый полноформатный альбом группы, в записи которого участвовал бас-гитарист Джейсон Ньюстед, сменивший трагически погибшего в 1986 году Клиффа Бёртона. Музыкальное содержание альбома представляет собой материал с более прогрессивной структурой, базирующийся на длинных и сложных мелодиях композиций, исполненных в быстром темпе и содержащих небольшое количество классических куплетных форм, нежели в двух предыдущих (Ride the Lightning и Master of Puppets). Впоследствии многие эксперты критиковали «сухое» звучание и «стерильный» продакшн альбома, а также сетовали на почти полностью заглушенный бас и «странное» звучание ударных, продюсер записи — Флемминг Расмуссен (принимавший участие в создании двух предыдущих дисков группы) — объяснял это своим отсутствием на этапе микширования. Лейтмотив альбома объединён единой концептуальной основой, базирующейся на теме политической и правовой несправедливости, которая формируется благодаря сюжетам отдельных песен: войне, цензуре и ядерному противостоянию. В песнях …And Justice for All участники коллектива критиковали политическую систему США за её лицемерие, ложь и двуличность.

Обложка альбома была создана художником Стивеном Горманом по эскизу Джеймса Хэтфилда и Ларса Ульриха, на ней изображена статуя Богини Юстиции, которую свергают с постамента при помощи тросов, её грудь обнажена, а весы переполнены долларовыми банкнотами. Название пластинки — …And Justice for All — цитата из клятвы верности американскому флагу, оно размещено в нижней части обложки и стилизованно под граффити. В поддержку альбома было выпущено три сингла: «Harvester of Sorrow», «Eye of the Beholder» и «One»; заглавный трек был издан в формате промосингла.

Альбом получил высокие оценки со стороны музыкальных критиков. Впоследствии он был включён в число лучших записей года специализированного опроса «Pazz & Jop», а сингл «One» стал лауреатом премии «Грэмми» в категории «Лучшее метал-исполнение», которая была первой статусной наградой для музыкантов Metallica. На момент выпуска …And Justice for All являлся самым коммерчески успешным альбомом коллектива, кроме того, он был первым андеграундным метал-альбомом, который добился крупного успеха в мейнстримовых чартах США, добравшись до 6-го места в Billboard 200. По состоянию на 2017 год, продажи пластинки в США составляют более 8 миллионов копий, тем самым, размер его тиража занимает второе место среди всех лонгплеев Metallica, что делает его одной из самых популярных записей группы у себя на родине.

Предпосылки и запись

…And Justice for All был первым полноформатным альбомом Metallica, в записи которого принимал участие бас-гитарист Джейсон Ньюстед, сменивший Клиффа Бёртона, трагически погибшего в 1986 году. Несмотря на то, что музыканты планировали начать работу над новой пластинкой гораздо раньше, им пришлось перенести свои планы из-за большого количества концертов, согласованных на лето 1987 года, в числе которых был фестиваль Monsters of Rock, проходивший в Западной Германии. Ещё одной причиной вынужденной творческой паузы была травма руки Джеймса Хэтфилда, полученная гитаристом во время катания на скейтборде. В то же время, музыкантам нужно было заключать контракт с новой фирмой звукозаписи, так как у группы истекал договор с лейблом Music for Nations, рассчитанный на три альбома. По мнению менеджера «Металлики», Питера Менша, коллектив должен был подписать соглашение с новым европейским дистрибьютором — британской фирмой , чей руководитель, Мартин Хукер (), выражал крайнюю заинтересованность в заключении этой сделки. Чтобы убедить группу выбрать свой лейбл, Хукер предложил Metallica крупнейший контракт в истории Phonogram Records: «в размере более 1 миллиона фунтов стерлингов, на тот момент это было самой большой сделкой, которую мы кому-либо предлагали». Причиной такого ажиотажа послужили продажи предыдущих дисков коллектива, общий тираж которых (британский и европейский) превысил более 1,5 миллиона экземпляров. Название нового альбома было объявлено в апреле 1988 года: фраза «…And Justice for All» () представляла собой заключительные слова из Клятвы верности американскому флагу. Создателем обложки выступил художник Стивен Горман (), его рисунок основывался на концепции придуманной Хэтфилдом и Ларсом Ульрихом, ударником группы. Он демонстрирует изображение потрескавшийся статуи Богини Юстиции, которая свергается с постамента при помощи тросов, её грудь обнажена, а весы переполнены долларовыми банкнотами. Название, расположенное в нижнем углу обложки, было стилизованно под граффити.

Запись …And Justice for All проходила в период с января по май 1988 года на студии One On One Recording в Лос-Анджелесе. Продюсировать альбом, как и в случае с предыдущим релизом коллектива, должен был Флемминг Расмуссен, однако, на этот раз музыканты решили также выступить в роли сопродюсеров. Тем не менее из-за плотного рабочего графика Расмуссен не смог присоединиться к группе в запланированный срок — 1 января 1988 года — поэтому Metallica были вынуждены искать ему замену, в итоге остановив свой выбор на Майке Клинке, который привлёк их внимание благодаря работе над пластинкой Guns N' Roses Appetite for Destruction (1987). Потратив на запись нового материала около трёх недель, группа осталась недовольна результатом, по этой причине Ульрих вновь позвонил Расмуссену, уговорив его приехать в студию. Флемминг отправился в Лос-Анджелес 14 февраля, во время перелёта он ознакомился с черновыми миксами Клинка, после чего посоветовал группе уволить продюсера. По словам Хэтфилда, запись, сделанная с Клинком получилась не столь хорошей, как они хотели, и Расмуссен сменил его практически в последнюю минуту. Тем не менее Клинк был отмечен как звукоинженер двух барабанных дорожек в песнях «The Shortest Straw» и «Harvester of Sorrow». Во время ожидания приезда Расмуссена группа записала две кавер-версии: «Breadfan» (Budgie) и «The Prince» (Diamond Head) — «настраиваясь на нужное звучание, пока они привыкали к атмосфере студии». Эти песни были выпущены в качестве би-сайда сингла «Harvester of Sorrow», а также как самостоятельные би-сайды синглов «Eye of the Beholder» и «One» соответственно. Кроме того, впоследствии они были включены в состав сборника Garage Inc. (1998).

Первичная задача Расмуссена заключалась в корректировании и аранжировке гитарного звука, которым были особо недовольны музыканты. Для создания нужного темпа записи и ритма ударных были использованы специальные . Группа исполняла материал в одном помещении — все вместе, однако, запись инструментов происходила по отдельности. В каждой песне использовались по три звуковые дорожки: одна для ударных, вторая для баса и гитары, а третья для всего остального. Хэтфилд сочинил тексты всех песен во время студийных сессий, некоторые из них были закончены уже в процессе записи. По словам Расмуссена, фронтмен «не проявлял интереса к пению», стремясь вместо этого «создать тяжёлую атмосферу». Методика работы музыкантов Metallica была нехарактерна для новичка группы — Джейсона Ньюстеда, впоследствии он скептически отзывался о своём влиянии на общее звучание диска, а также сетовал на отсутствие его участия в обсуждения музыкальной концепции со своими коллегами. Так, бас-гитарист отмечал, что опыт работы с его предыдущим коллективом — Flotsam and Jetsam, где «в основном, все играли одну и ту же мелодию подобно стене звука», кардинально отличался от творческого процесса Metallica. По словам Ньюстеда, его музыкальные партии, которые были записаны отдельно от остальной группы, находились в той же , что и гитара Хэтфилда, из-за чего произошёл «[конфликт] одинаковых частот».. Впоследствии, Стив Томпсон (), занимавшийся микшированием пластинки, утверждал, что виновником неслышного баса и необычного звучания ударных был Ларс Ульрих. По словам Томпсона, он хотел отказаться от дальнейшей работы, когда Ульрих предложил ему свои идеи для финального микса, однако группа настояла на его участии — в итоге он получил бо́льшую часть критики за плохое качество звучания альбома.

Музыка и тематика песен

Музыкальное содержание альбома представляет собой материал с прогрессивной структурой, базирующийся на длинных и сложных мелодиях композиций, исполненных в быстром темпе и содержащих небольшое количество классических куплетных форм. Во время записи группа решила расширить свой звуковой диапазон, сочиняя песни с многослойными секциями, а также используя тяжёлые гитарные арпеджио и специфические музыкальные размеры. Впоследствии Хэтфилд объяснял: «Это был позёрский подход, [этот альбом] представлял собой наше хвастовство и стремление показать на что мы способны. „На репетиции мы смогли сыграть шесть риффов в одной песне? Давайте в следующей сделаем восемь. Давайте сходить с ума“». По мнению критика Саймона Рейнольдса, эпический формат композиций демонстрирует стремление музыкантов к экспериментам с риффами и : «Изменения темпа, смена ритма, паузы, замедления и резкие остановки». В свою очередь, обозреватель BBC Music Имонн Стэк отмечал, что: «„…And Justice for All“ звучит иначе, нежели предыдущие альбомы группы, с более длинными песнями, более скудными аранжировками и более суровым вокалом Хэтфилда». По словам журналиста Мартина Попоффа, лонгплей был менее мелодичным, чем его предшественники из-за частых изменений темпа, необычных композиционных структур и многослойных гитарных партий. Он утверждал, что звучание альбома было ближе к прогрессивному металу, нежели трэшу, из-за сложного формата музыки и мрачного звучания. Тем не менее музыкальный публицист Джоэл Макайвер назвал музыку альбома достаточно агрессивной, чтобы Metallica сохранила свою нишу в «первых рядах [исполнителей] экстремального метала». В свою очередь, писатель заявил, что на …And Justice for All музыканты «довели концепцию трэша до его логического апогея».

Впоследствии, многие музыкальные эксперты сетовали на «сухой и стерильный» продакшн альбома. По словам Расмуссена, такой результат получился без его участия, так как продюсер, который стремился создать звук, схожий с двумя предыдущими дисками Metallica, не присутствовал на сведе́нии альбома. Микшированием занимались Стив Томпсон и Майкл Барбиро (), которые были наняты группой заранее. По мнению Расмуссена, во время сведе́ния они использовали записи только , не задействовав ни одного дальнего (т. н. комнатного), из-за чего звук ударных получился «щелкающим» и слабым. В свою очередь, Мартин Попофф сетовал, что из-за странного продюсирования был практически не слышен бас, а гитары звучали «безжизненно-механически». Также публицист отметил «синтетическую» перкуссию, которая являлась «ещё одной причиной плоского звучания альбома». По словам Расмуссена, бас-гитара получилась настолько тихой из-за требований Хэтфилда и Ульриха, которые настояли на таком звуке после того, как услышали первые миксы альбома. Продюсер выражал уверенность, что «Джейсон Ньюстед, [звукоинженер] Тоби Райт () и я, вероятно, единственные люди, которые знают, как в действительности звучали басовые партии на этой пластинке». Томпсон так же обвинял Ульриха в неразборчивом звучании баса, заявив, что барабанщик приказал ему удалить его из микса. В свою очередь, Хэтфилд и Ульрих утверждали, что большинство партий Ньюстеда до такой степени копировали партии ритм-гитары, что звучали неразличимо друг от друга. Отчасти нареканию подвергалось отсутствие координатора творческого процесса; поскольку, по большей части, альбом записывался группой самостоятельно, в студии не было никого, кто мог бы проинструктировать нового басиста и объяснить ему его задачи — функции, которые выполняет продюсер. В итоге Ньюстед остался недоволен финальным миксом: «„…And Justice for All“ не является тем [диском], который мне импонирует, так как на нём совершенно не слышно баса».