Бельгийская операция — военная операция германской армии, проведённая 10—28 мая 1940 года в ходе Второй мировой войны в рамках оперативного плана «Гельб» против бельгийских, французских, британских и голландских войск на территории Бельгии.

10 мая 1940 года Германия вторглась в Люксембург, Нидерланды и Бельгию согласно оперативному плану «Гельб». Союзники пытались остановить вермахт в Бельгии, полагая, что именно там немцы сосредоточат свой главный удар. После того, как французы 10—12 мая перебросили в Бельгию лучшие союзнические войска, немцы приступили к выполнению второго этапа плана «Рот»: прорвались через Арденны и за 5 дней вышли к Ла-Маншу, окружая Британский экспедиционный корпус и французские силы. Угроза окружения заставила союзников двигаться к морю. Впоследствии, британский флот во время Дюнкеркской операции эвакуировал британскую армию из портов Бельгии во избежание её полного уничтожения. Бельгия капитулировала 28 мая 1940 года и была оккупирована немцами до осени 1944, когда она была освобождена союзниками.

Во время Бельгийской операции произошло первое танковое сражение Второй мировой войны — Битва при Анню. В ходе Бельгийской кампании также была проведена первая стратегическая воздушно-десантная операция — высадка в Эбен-Эмале.

В немецкой историографии отмечается, что эти 18 дней жестоких боёв бельгийская армия была достойным противником, и сообщается о «чрезвычайной храбрости» её солдат.

Предпосылки Разрабатывая меры защиты от немецкой агрессии, бельгийцы столкнулись с политическими и военными проблемами. В военном отношении бельгийцы не желали просто оборонять бельгийско-германскую границу, расширяя, таким образом, линию Мажино, чему было несколько причин. Во-первых, такой шаг делал бы бельгийцев уязвимыми для немецкого наступления с тыла, через бельгийско-нидерландскую границу. Во-вторых, эта стратегия ставила их в зависимость от французской армии, которая, в соответствии с , должна была в таком случае выдвинуться в Бельгию для поддержки. Но бельгийцы не доверяли французам в политическом отношении, так как не хотели быть втянутыми в войну. Маршал Анри Петен предлагал, чтобы французы вторглись в немецкий Рурский промышленный район, используя Бельгию как коридор для операции в октябре 1930 года и в январе 1933 года, но из-за опасений Бельгии, что она будет втянута в войну, эти планы не были осуществлены. Бельгийцы также боялись быть вовлечёнными в войну в результате франко-советского договора в мае 1935 года. Франко-бельгийское соглашение предусматривало мобилизацию Бельгии в случае аналогичных действий Германии, но было неясно, должна ли Бельгия сделать это в случае вторжения Германии в Польшу, что также служило источником напряжения.

Бельгийцы были более склонны к союзу с Великобританией, вступившейся за них во время Первой мировой войны в ответ на нарушение Германией бельгийского нейтралитета. Кроме того, в случае оккупации Бельгии бельгийские порты и аэродромы могли быть использованы немецким флотом и люфтваффе, что создало бы угрозу Великобритании. Однако, хотя такие опасения существовали, британское правительство уделяло мало внимания проблемам бельгийцев. Из-за отсутствия реальных обязательств Бельгия разорвала соглашение с Францией в октябре 1936 года, открыто провозгласив нейтралитет. Это произошло за день до немецкой оккупации Рейнской области, которая убедила граждан Бельгии в том, что Франция и Великобритания не хотят бороться за свои собственные стратегические интересы, не говоря уже о стратегических интересах Бельгии. Несмотря на это, бельгийский Генеральный штаб был полон решимости, если потребуется, бороться за интересы страны и в одиночку.

Французов возмутила открытая декларация нейтралитета Бельгией в октябре 1936 года. Франция рассматривала это как срыв своих стратегических планов; теперь уже нельзя было ожидать тесного сотрудничества с Бельгией в защите восточных границ. Между тем, французы зависели от того, насколько тесным будет их сотрудничество с бельгийцами. Возникшая обстановка лишала французов подготовленных укреплённых позиций в Бельгии, которые помогли бы сдерживать атаки противника. Французы стремились избежать такой ситуации, потому что она создавала угрозу встречного сражения с манёвренными соединениями вермахта. Они стали рассматривать вариант немедленного вторжения в Бельгию, если на неё нападёт Германия. Бельгийцы, осознав эту опасность, тайно предоставили французскому военному атташе в Брюсселе доступ к своей собственной оборонительной политике, данным воздушной разведки, информации о передвижении войск, коммуникациях и укреплениях.

После того, как Бельгия официально покинула Западный союз, бельгийцы отказались участвовать в любых официальных встречах с французским и британским военными штабами из опасений, что их принудят к компромиссу. Бельгийцы не рассматривали немецкое вторжение как неизбежное и были убеждены, что, если вторжение всё-таки произойдёт, ему будут эффективно сопротивляться новые укрепления, такие как Эбен-Эмаль. Восстановление бельгийских укреплений на границе с Германией началось после прихода в Берлине к власти Адольфа Гитлера в январе 1933 года. Выход Германии из Лиги Наций, нарушение ей условий Версальского договора и Локарнских соглашений — всё это вызывало беспокойство бельгийского правительства. Бельгия увеличила расходы на модернизацию военных сооружений в Намюре и Льеже. Началось строительство новых линий обороны вдоль канала Маастрихт — Буа-ле-дюк, канала, соединявшего реки Маас и Шельда, и Альберт-канала.

К 1935 году Бельгия завершила строительство оборонительных сооружений, но к этому времени они оказались уже не вполне соответствующими обстановке. Были необходимы значительные мобильные резервы, чтобы охранять тылы, и было очевидно, что для защиты от внезапного нападения Германии этого недостаточно. Были необходимы также значительные трудовые резервы, но законопроект, предусматривающий увеличение срока военной службы и обучение армии, был отклонён общественностью на основании, что это увеличит военные обязательства Бельгии. Король Леопольд III 14 октября 1936 выступил с речью в Совете министров, в попытке убедить людей (и правительство) в необходимости направить усилия на повышение обороноспособности страны. Он отметил три основные причины для этого:

а) Перевооружение Германии, полная ремилитаризация Италии, СССР и других государств, даже тех, которые были заведомо пацифистскими (таких как Швейцария и Нидерланды), должно принудить нас предпринять исключительные меры предосторожности. б) Произошло значительное изменение методов ведения войны из-за технического прогресса, особенно в области авиации и механизации. Начальные операции вооружённых конфликтов могут теперь быть такой силы, скорости и масштабов, что это вызывает особую тревогу таких малых стран, как Бельгия. в) Наши тревоги усилились из-за молниеносной повторной оккупации Рейнской области и факта, что есть основания для начала возможного вторжения врага, появившегося недалеко от нашей границы.

24 апреля 1937 года французы и британцы сделали публичное заявление о том, что безопасность Бельгии представляет важность для западных союзников и что они надёжно защитят её границы от агрессии любого вида, будет ли она направлена только на Бельгию, или агрессор использует Бельгию как плацдарм для войны против «других государств». В этих условиях британцы и французы освобождали Бельгию от её обязательств в Локарно оказывать помощь в случае немецкой агрессии в Польше, в то время как свои военные обязательства перед Бельгией оставляли в силе.

В том же году французский Верховный совет национальной обороны, изучая вопрос о вступлении французских войск в Бельгию в случае немецкой агрессии, пришёл к выводу о необходимости создать непрерывный фронт союзнических армий, опирающийся на заблаговременно организованную позицию либо по рубежу Антверпен — река Диль — Намюр (план Д — «Диль»), либо западнее этого рубежа, по линии реки Шельды (план «Шельда»). Предварительные фортификационные работы на избранном рубеже в соответствии с согласованным планом обороны должна была произвести Бельгия. Оба плана базировались на предпосылке, что главный удар Германии будет нанесён в центральной Бельгии.

План «Шельда» предусматривал сооружение оборонительной линии ближе к Франции, по реке Шельда. Этот план был предложен французским командованием, поскольку имел следующее преимущество: в случае немецкой агрессии французские войска могли быстро, гораздо раньше немцев, занять рубеж и приготовиться к обороне. Но это значило отдать врагу почти всю территорию страны, поставить под угрозу полного разгрома бельгийскую армию на Альберт-канале, удалённую в таком случае от союзников в среднем на , допустить немцев непосредственно к побережью, к портам Бельгии и к северной границе Франции. Бельгия и Великобритания решительно выступили против этого плана.

В противовес этому плану Великобритания 18 сентября 1939 года выступила в поддержку бельгийской оборонительной стратегии. Бельгийцы были полны решимости удерживать пограничные укрепления вдоль Альберт-канала и Мааса, пока французская армия не прибудет, чтобы поддержать их. Морис Гамелен, французский командующий, не был заинтересован в продвижении французских войск настолько далеко. Он опасался, что бельгийцы будут вытеснены из их укреплений и отступят к Антверпену, как в 1914 году. Это создавало угрозу встречного сражения, которого французы стремились избежать.

В результате был разработан . План предусматривал создание главной оборонительной линии на рубеже Антверпен — река Диль — Намюр. Этот рубеж простирался от Конингсхойкта до Вавра, получив как следствие название «линия KB». Предполагалось, что союзные войска, которые включали французские бронетанковые подразделения, продвинутся к линии КВ в ответ на немецкое вторжение, пока бельгийские войска будут сдерживать врага, обороняя пограничные укрепления. Линия связывала французские укрепления на юге с бельгийскими силами, защищающими Антверпен, что казалось самой надёжной оборонительной стратегией. Преимуществом плана «Диль» было то, что вместо ограниченного наступления союзников к реке Шельда или встречи немцев на франко-бельгийской границе, движение к реке Диль уменьшило бы союзнический фронт в центральной Бельгии на 70 километров (43 мили), освободив больше сил для использования в качестве резерва. Предполагалось, что это защитит и больше бельгийской территории, в частности восточные промышленные регионы. Слабость плана была в том, что он ставил тыл французов под прямым углом к их пограничным укреплениям, в то время как тыл британцев располагался параллельно их коммуникациям, расположенным в портах Бискайского залива. Ещё более серьёзным недостатком было то, что данный план обеспечивал устойчивую оборону при ударе в центральной Бельгии, но становился проигрышным при другом направлении главного удара вермахта. Несмотря на необходимость переброски сил в центральную Бельгию и продвижения к «линии Диль», которая была уязвима для охватывающего движения с фланга, Гамелен одобрил план, и он оставался основой стратегии союзников вплоть до внезапного начала войны.

10 января 1940 года майор вермахта Хельмут Рейнбергер разбился на «Мессершмитте Bf 108» вблизи Мехелена-сюр-Мёз (). Рейнбергер вёз первые планы германского вторжения в Западную Европу, которые, как ожидал Гамелен, влекли за собой повторение плана Шлиффена 1914 года (немецкое наступление через Бельгию во Францию). Изначально план Шлиффена предусматривал только захват земель Бельгии, но в 1940 году туда были включены и Нидерланды как база для проведения морских, воздушных и наземных операций.