Хурри́тский язы́к — ныне мёртвый язык хурритов, использовавшийся ими во II—I тыс. до н. э. в северной Месопотамии, на юге Армянского нагорья и сопредельных областях. По своему строю — эргативный и агглютинативный язык.

Генетические связи Ближайшим родственником хурритского языка был урартский язык, с которым они образуют хуррито-урартскую семью.

По мнению С. А. СтаростинаДья­ко­нов И. М., Ста­рос­тин С. А. Хур­ри­то-урарт­ские и вос­точ­но­кав­каз­ские язы­ки // Древ­ний Вос­ток. Эт­но­куль­тур­ные свя­зи. , 1988, поддержанному И. М. Дьяконовымсначала с сомнением, позже — уверенно и некоторыми другими специалистамиКрупнов Е. И. «Древнейшая культура Кавказа и кавказская этническая общность» // «Советская археология». М.: Издательство АН СССР, 1964. № 1. С. 26—43., хурритский язык находится в отдалённом родстве с современными северокавказскими (нахско-дагестанскими) языками.

Дьяконов и Старостин также утверждали, что грамматика хурритского языка имеет значительное сходство с грамматикой этрусского языка, а также указывали на некоторые общие слова в этих двух языках. Говорить об их родстве, однако, затруднительно ввиду малой изученности обоих языков. Прямые морфологические и (особенно) лексические совпадения между двумя языками весьма малочисленны и могут быть либо случайными, либо говорить об очень дальнем родстве.

В издании РАН «История Востока. Восток в древности» указывается, что язык хурритов (и близких им урартов) входил в число восточнокавказских, как и ряд современных нахско-дагестанских языков (чеченский, аварский, лакский, лезгинский, удинский и др.). Там же делается замечание, что степень его изученности пока еще недостаточнаИстория Востока. Т. I. Восток в древности. М.: «Восточная литература» РАН, 2002. С. 105.

Как утверждал в 2011 году А. С. Касьян, обнаружение новых текстов на хурритском языке, а также развитие северокавказского сравнительно-исторического языкознания сделали эту гипотезу менее признанной. В 2014 году, однако, он же полагал возможным включение хуррито-урартских языков в гипотетическую синокавказскую макросемью, предложенную С. А. Старостиным в 1980-х годах, что делало бы хуррито-урартские языки дальними родственниками северокавказского, енисейского и сино-тибетских протоязыков.

Дьяконов полагал, что древнеармянский язык (грабар) содержал огромный пласт субстратной лексики, сохранённой местным населением Армянского нагорья при его переходе на индоевропейский протоармянский язык — по его мнению, хуррито-урартское происхождение могло иметь несколько сот неэтимологизированных слов древнеармянского языка. Эти слова, однако, не относятся к основному словарному фонду, и поэтому древнеармянский, по его убеждению, не может считаться родственным хуррито-урартским языкам. Дьяконов также отмечал, что фонетика древнеармянского языка в значительной мере была похожа на фонетику урартского языка.

Дискуссионными остаются связи хурритского языка с этеокипрскимTh. Petit, La langue étéochypriote ou l"amathousien", in Archiv für Orientforschung 44/45, 1997/8, p. 244—271Emilia Masson: Cyprominoica — Repertoires, Documents de Ras Shamra, Essais d’Interpretation. Studies in Mediterranean Archaeology. Bd 31,2. Studies in the Cypro-Minoan Scripts 2. Åström, Göteborg 1974. ISBN 91-85058-41-6, ISBN 91-85058-43-2, S. 47-53 и касситскимTh. Schneider, Kassitisch und Hurro-Urartäisch: Ein Diskussionsbeitrag zu möglichen lexikalischen Isoglossen, in Altorientalische Forschungen 30, 2003, p. 372—381.

Франкфор и ТранблеFrancfort H.-P., Tremblay X. Marhaši et la civilisation de l’Oxus // Iranica Antiqua, vol. XLV (2010), pp. 51-224. doi: 10.2143/IA.45.0.2047119. на основании аккадских текстовых и археологических свидетельств предложили отождествлять Древнюю Маргиану с царством Мархаши. Мархашийские личные имена указывают на восточный вариант хурритского или другой язык хуррито-урартской семьи.

История языка Древнейшие памятники хурритского языка — личные имена и топонимы конца 3-го тысячелетия до н. э. Первые тексты относятся к правлению царя Тишатала из Уркеша (начало 2-го тысячелетия до н. э.). Многочисленные эпосы, заклинания, пророчества и письма археологи обнаружили при раскопках городов Хаттуса, Мари, Туттуль, Вавилон, Угарит и др. Однако наиболее важным для понимания языка является длинное письмо (так называемое «письмо из Митанни»), обнаруженное в г. Амарна (Египет). Хурритский царь Тушратта написал его фараону Аменхотепу III.

В XIII в. до н. э. хетты с запада, а Ассирия с юга всё дальше продвигались вглубь Митанни, которое в конце концов было разделено между этими двумя царствами. Народы моря в XII в. до н. э. окончательно прекратили существование хурритского народа — с этого времени полностью исчезают надписи на хурритском языке, как и ряд других письменных языков — хеттский, угаритский и др. С этого времени хурритский засвидетельствован только в личных именах и топонимах, которые встречаются в аккадских или урартских текстах. Сколько времени хурритский продолжал существовать как разговорный язык, неизвестно.

Письменность

Хурриты использовали для записи своих текстов аккадскую клинопись. Из-за большего разброса носителей языка по области проживания (от столицы хеттов Хаттусы до южной Месопотамии) в разное время и в разных местах хурритские тексты записывались различными системами правописания: староаккадской, вавилонской, хуррито-хеттской, митаннийской.

В связи с использованием большого количества шумерских логограмм до сих пор неизвестно звучание многих хурритских слов, а тексты возможно истолковать лишь с трудом.

Незначительное число текстов из Угарита записаны угаритской квазиалфавитной клинописью, которая состояла из 3 особых графем для выражения ’а, ’i , ’u и 27 знаков, обозначавших согласный + любой гласный или ноль гласного. Из них в хурритских текстах не использованы только 5 знаков для семитских фонем, не известных хурритскому (h, ḥ, ṭ, ẓ и s), и нерегулярно использовались q и ' (айн), что говорит об отсутствии этих фонем или их коррелятов в хурритском.

Подобно тому, как в Угарите для написания хурритских текстов применялось местное письмо, так и на Кипре, по-видимому, хурритские поселенцы могли использовать кипро-минойское письмо, если верно выдвинутое Э. Массон и В. М. Сергеевым предположение о том, что за написанными одной из разновидностей кипро-минойского слогового письма текстами из Энкоми (о. Кипр, XIII в. до н. э.) скрывается хурритский языкValério M. F. G. Investigating the signs and sounds of Cypro-Minoan / Doctoral dissertation. University of Barcelona, 2016. Сергеев B. М. Структурно-статистический анализ кипро-минойского текста из Энкоми // Античная балканистика. Карпато-балканский регион в диахронии. Предварительные материалы к международному симпозиуму. М.: Наука, 1984. С. 40-41.. С критикой гипотез о хурритском языке кипро-минойских надписей выступил А. А. Молчанов.

Диалекты Насчитывается не менее 6 диалектов хурритского языка.

Язык «письма Митанни» довольно заметно отличается от языка текстов из Хаттусы. Если в письме из Митанни проводится чёткое различие между i и e, между u и o, в языке Хаттусы эти звуки обозначаются только как i и u соответственно. Кроме того, имеются и морфологические различия. Несмотря на это, считается, что речь идёт о диалектах одного и того же языка.

Засвидетельствован также смешанный хурритско-аккадский язык в надписях из Нузи, столицы Аррапы, провинции царства Митанни.

Фонетика и фонология

Согласные Билабиальные Лабиодентальные Альвеолярные Палатальные Велярные Глухие Звонкие Глухие Звонкие Глухие Звонкие Глухие Звонкие Глухие Звонкие Взрывные p t k Аффрикаты ts Фрикативные f s x Назальные m n Вибранты r Боковые аппроксиманты l Центральные аппроксиманты w j

Как видно из таблицы, в хурритском языке не проводилось различие между звонкими и глухими согласными. У звонких согласных нет глухих пар, и наоборот. И тем не менее, из клинописных надписей видно, что у глухих согласных (кроме /ts/) существовали звонкие парные формы, которые возникали в определённых звукосочетаниях, например, между двумя гласными. В таких сочетания писался звонкий согласный, а именно b (вместо p), d (вместо t), g (вместо k), v (вместо f) и ž (вместо š), изредка также ĥ (вместо h/ĥ). Все согласные, за исключением /w/ и /j/, могли быть долгими или краткими. Долгие согласные (геминаты) встречаются только между двумя гласными. Как в клинописном письме, так и в латинской транскрипции длина согласных передаётся его двойным написанием: в слоговом письме это выглядит как …VC-CV… (V — гласный, C — согласный). Краткие согласные писались …V-CV…, например, mānnatta («я (есмь)») писалось ma-a-an-na-at-ta.

Поскольку в шумерском клинописном письме отсутствовала передача звука /f/, вместо него хурриты использовали слоговые знаки со звуками /p/, /b/ или /w/. Наличие /f/ можно распознать в случаях, когда в написании того или иного слова варьируются данные согласные. Если же слово засвидетельствовано только формами, содержащими звук p, то невозможно судить однозначно, идёт ли речь о соответствующем звуке или об /f/. В конце слога после гласного a согласный /f/ превращался в [u], например, в слове tānōšau (<*tān-ōš-af) «я сделал (это)». /s/ традиционно передаётся через š, поскольку в клинописном письме эти звуки не различались. Звук /ts/, как правило, передаётся через z, /x/ через ĥ или h. В начале слова никогда не встречаются звуки /l/ и /r/.

Гласные Передние Средние Задние Неогубленные Огубленные Неогубленные Огубленные Неогубленные Огубленные Верхние (закрытые) i u Средние e o Нижние (открытые) a

Как и согласные, все гласные в хурритском языке могли быть краткими или долгими. При передаче клинописным письмом между двумя слоговыми знаками CV-VC (C — согласный, V — гласный) дополнительно вставлялся знак гласного. Таким образом, краткие гласные передавались так: CV-VC, а долгие так: CV-V-VC. В транскрипции долгие гласные обозначаются надстрочным знаком «макрон»: ā, ē, ī, ō и ū. Для /o/, отсутствовавшего в шумерской клинописи, использовался знак U, тогда как для собственно /u/ использовался знак «двойного u», Ú.

Тонирование, интонация Поскольку о хурритском произношении свидетельства современников не найдены, невозможно достоверно судить ни об ударении, ни о просодии, ни о том, имелись ли в языке тона. Записанные тексты также не позволяют выдвинуть никаких гипотез по этому поводу. Так называемые «знаки акцентов» (´ или `), используемые в транслитерации, на деле обозначают лишь различные клинописные знаки с одинаковым звучанием.

Грамматика

Словообразование В отличие от таких языков, как русский или (особенно) немецкий, в хурритском слова не образовывались путём соединения двух и более корней (как, например, «вертолёт», «долгоиграющий» и т. п.). Вместо этого, в хурритском использовались многочисленные суффиксы, при помощи которых из корней образовывались новые слова. Примеры: attardi (предки) от attai (отец), Putki (сын) от Put (свидетельствовать), aštoĥĥe (женский) от ašti (жена), šenippuzzi (по мнению моего брата) от šenippu (мой брат).

Большое количество суффиксов существовало и для глаголов, например, для выражения их переходности-непереходности.

Морфология

Падеж и число Все хурритские существительные оканчивались на гласный. Из них лишь немногие оканчивались на /a/ или /e/. Все прочие существительные оканчивались на /i/. Этот гласный исчезал при наличии определённых окончаний — в частности, падежных окончаний, которые начинались на гласный, а также артикля. Примеры: kāz-ōš («как бокал»), ср. kāzi («бокал»), awar-ra («поля»), ср. awari («поле»).

Падежная система хурритского чрезвычайно богата — 13 падежей. Один из них, экватив, имел различные формы в обоих основных диалектах. Окончание -ōš, использовавшееся в надписях гг. Хаттуса и Мари, обозначается как экватив I, а форма -nna, использовавшаяся в «письме Митанни», обозначается как экватив II. Так называемый «e-падеж» встречается очень редко, чаще всего в значении генитива или аллатива.