Князь (1861Его отцу 8 апреля 1861 было высочайше разрешено носить княжеский титул без представления соответствующих документов, которые повелено считать утерянными во время Польской войны 1831 года.) Пётр Дми́триевич Святопо́лк-Ми́рский (1857, Владикавказ — 1914, Санкт-Петербург) — русский государственный деятель из рода Святополк-Мирских, генерал-адъютант (30 июля 1904), генерал от кавалерии (14 апреля 1913). Занимал должность министра внутренних дел Российской империи (1904—1905). В январе 1905 года подал в отставку после непринятого императором манифеста, который содержал предложения реформ. Отец литературоведа Дмитрия Мирского.
Биография
Начало служебной карьеры
Родился 18 августа 1857 годаД. Н. Шилов. Государственные деятели Российской империи. СПб., 2002, стр. 661. в семье генерала князя Дмитрия Ивановича Святополк-Мирского (1825—1899) и княжны Софьи Яковлевны Орбелиани (1831—1879). Родителям принадлежало в Харьковской губернии имение Гиёвка (теперь в черте города Люботин), обустройством которого впоследствии много занимался Пётр Дмитриевич. Учился в Пажеском корпусе; начал службу в лейб-гвардии Гусарском Его Величества полку. В 1876 командирован в распоряжение командующего Кавказской армией вел. кн. Михаила Николаевича.
Участвовал в русско-турецкой войне 1877—78 годов, отличился в бою под Карсом, имел несколько боевых наград. В 1877 назначен флигель-адъютантом императора Александра II. В 1881 окончил курс в Николаевской академии генерального штаба, затем командовал разными воинскими подразделениями, был начальником штаба 3-й гренадерской дивизии. На 1885 год — штаб-офицер для особых поручений при штабе 10-го армейского корпуса. 19 января 1886 года женился на графине Е. А. Бобринской, вышел в отставку и поселился в своём имении Гиевке Харьковской губернии. Женитьба дала ему большие средства. В 1894 избран Харьковским уездным предводителем дворянства. В 1895 назначен Пензенским губернатором, в 1897 — Екатеринославским губернатором.
В 1900 году, при министре внутренних дел Д. С. Сипягине, назначен 20 апреля командиром Отдельного корпуса жандармов и 8 мая — товарищем министра внутренних дел. Уже при Сипягине Мирский хотел уйти в отставку, упрекая того в ненужных мерах, напрасно раздражающих общественное мнение. В 1902 году, после прихода к власти нового министра , Мирский имел с ним откровенный разговор, в котором заявил, что знает его взгляды и не разделяет их, а потому просит об отставке. Плеве попросил его не спешить с отставкой. Святополк-Мирский был назначен виленским, ковенским и гродненским генерал-губернатором. На этом посту Мирский отличился мягким, благожелательным отношением к местному населению, чем заслужил общее уважение и симпатию. Помимо прочего, являлся почётным старшиной Виленского дворянского клубаПамятная книга Виленской губернии на 1904 год. — Вильна: Типография А. Г. Сыркина, 1904. — С.172..
После убийства Плеве в августе 1904 года, Мирский был вызван в Петербург и назначен министром внутренних дел.
На посту министра внутренних дел
В назначении Мирского на пост министра решающую роль сыграла вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, которая не сочувствовала репрессивной политике Плеве и противопоставляла ей мягкую политику Мирского в Виленском крае. Будучи принятым императором Николаем II, Мирский откровенно заявил, что совершенно не разделяет взглядов Плеве и поэтому просит не назначать его министром. Несмотря на это, император настоял на принятии им должности, и 26 августа Мирский был назначен на пост министра внутренних дел. Первым действием нового министра было увольнение ближайших помощников Плеве — товарищей министра А. С. Стишинского и Н. А. Зиновьева, командира Корпуса жандармов В. В. фон Валя и директора Департамента общих дел Б. В. Штюрмера.
16 сентября, при вступлении в должность министра, Мирский произнёс речь, в которой, в частности, заявил: «Административный опыт привел меня к глубокому убеждению, что плодотворность правительственного труда основана на искренно благожелательном и истинно доверчивом отношении к общественным и сословным учреждениям и к населению вообще. Лишь при этих условиях работы можно получить взаимное доверие, без которого невозможно ожидать прочного успеха в деле устроения государства». Эта речь дала повод называть время правления Святополк-Мирского «эпохой доверия», а также «весной русской жизни».
Речь Мирского была сочувственно встречена общественностью, которая увидела в словах нового министра предвестие широких либеральных реформ. На имя министра посыпались адреса и поздравления со стороны частных лиц и учреждений; земства и городские думы высказывали надежду, что слова министра о доверии найдут воплощение в конкретных преобразованиях. Сразу после вступления в должность Мирский распорядился ослабить надзор за прессой и вернуть из ссылки неблагонадёжных лиц, подвергшихся репрессиям в эпоху Плеве. Чтобы подчеркнуть своё несочувствие репрессивным мерам, он особым указом от 22 сентября отделил от себя всю чисто полицейскую работу и возложил её на товарища министра, командира Отдельного корпуса жандармов К. Н. Рыдзевского.
Действия нового министра вызвали оживление в кругах либеральной общественности. Земцы решили устроить в ноябре большой земский съезд, на который должны были съехаться земские деятели со всей России. После речи нового министра о доверии организационное бюро съезда включило в его повестку вопрос о необходимых реформах государственного строя. Узнав о готовящемся съезде, Мирский пытался испросить на него Высочайшего соизволения, но не получил согласия императора. Несмотря на это, Земский съезд состоялся 6—9 ноября 1904 года как «частное совещание земских деятелей». За деятельностью съезда следила вся Россия. Съездом была принята резолюция, провозглашавшая необходимость коренных реформ государственного устройства. В ней, среди прочего, содержались требования свободы слова, союзов, собраний и вероисповеданий, равенства всех перед законом и созыва народного представительства. Делегаты съезда ознакомили с резолюцией Святополк-Мирского, который высказал с ней полное согласие и обещал представить её императору.
Резолюция Земского съезда была напечатана во многих газетах и вызвала большой общественный резонанс. По инициативе нелегальной организации «Союз освобождения» сразу после съезда по всей стране начались общественные собрания, или «банкеты», выносившие резолюции, разъяснявшие и дополнявшие постановление Земского съезда. В этих резолюциях требования общественности были выражены в более яркой и решительной форме; в них уже прямо говорилось о необходимости конституции и созыве Учредительного собрания. На банкетах произносились горячие речи с критикой самодержавия и требованием радикальных реформ государственного строя. Полиция не предпринимала против этих собраний никаких мер. На некоторые банкеты проникали представители революционной интеллигенции и превращали их в митинги. Все эти события вызвали большой общественный подъём и возбудили в широких кругах общественности надежды на близкие перемены.
Тем временем, 2 декабря, Святополк-Мирский обратился к императору Николаю II с просьбой созвать правительственное совещание под своим председательством для обсуждения предложенной им программы реформ. Эта программа была изложена в особой записке, составленной по поручению Мирского С. Е. Крыжановским, и в проекте высочайшего указа, ключевым пунктом которого было введение в Государственный совет «выборных представителей от общественных учреждений». Этот пункт означал участие выборных представителей в законодательной деятельности, и Мирский видел в нём первый шаг к конституционному строю.
Однако не будучи опытным политиком, Мирский совершил ошибку, не подготовив почву для своих предложений и не заручившись предварительно согласием других министров. В беседе с императором он просил не приглашать на совещание К. П. Победоносцева, известного своим негативным отношением ко всяким реформам. Это привело к прямо противоположному результату: Николай II не только пригласил Победоносцева, но вызвал его особой запиской, в которой написал: «Мы запутались. Помогите нам разобраться в нашем хаосе».
На совещании, которое состоялось 4 декабря, Победоносцев выступил с уничтожающей критикой предложений Мирского, указав на то, что приглашение выборных представителей означает ограничение самодержавия. При этом он заявил, что самодержавие имеет не только политический, но и религиозный характер, и потому император не вправе ограничивать свою власть, возложенную на него свыше. Победоносцева поддержал министр финансов В. Н. Коковцов, указавший, что нельзя позволить представителям общественности распоряжаться ресурсами государства. С решительной поддержкой предложений Мирского выступили только Д. М. Сольский и Э. В. Фриш. Председатель комитета министров С. Ю. Витте, на которого рассчитывал Мирский, говорил уклончиво. На следующем совещании, 7 декабря, помимо министров присутствовали великие князья Владимир, Алексей и Сергей Александровичи. На этот раз с критикой предложений Мирского выступили генерал-губернатор Москвы Сергей Александрович и министр юстиции Н. В. Муравьёв. Последний, в частности, заявил, что на основании действующих законов император не вправе изменить существующий государственный строй. После совещания Мирский вернулся в министерство расстроенным и мрачно сказал своим сотрудникам: «Всё провалилось! Будем строить тюрьмы».
В итоге предложенный Мирским указ о реформах был подписан императором, но из него был выброшен ключевой пункт о выборных представителях. Указ этот, под названием «О мерах к усовершенствованию государственного порядка», был обнародован 12 декабря 1904 года и вызвал в обществе глубокое разочарование. Одновременно с указом было опубликовано правительственное сообщение, в котором осуждались происходившие в последнее время общественные собрания и сообщалось, что впредь подобные собрания и «противоправительственные сборища» будут разгоняться полицейскими мерами. Земским собраниям было запрещено обсуждать вопросы политического характера. В обществе всё это было расценено как наступление новой эпохи реакции. Сразу после опубликования указа 12 декабря Святополк-Мирский подал в отставку, но его отставка не была принята.
Святополк-Мирский и события 9 января 1905 года
3 января 1905 года на Путиловском заводе началась забастовка, которая перекинулась на другие заводы и фабрики Петербурга и превратилась во всеобщую. Забастовкой руководила легальная рабочая организация «Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга», во главе которой стоял священник Георгий Гапон. Власти были встревожены тем, что забастовкой руководит легальное общество, устав которого утверждён министерством внутренних дел. 7 января стало известно, что священник Гапон составил на имя императора Петицию о рабочих нуждах, в которой, помимо экономических, содержались «дерзкие требования политического свойства». На многотысячных собраниях Гапон и его помощники зачитывали петицию и приглашали всех рабочих, с жёнами и детьми, явиться в воскресенье на площадь Зимнего дворца, чтобы представить её царю. Чтобы обеспечить успех своего предприятия, священник Гапон 7 января пытался встретиться с представителями власти. На встрече с министром юстиции Н. В. Муравьёвым он просил его обратиться к царю и убедить того выйти к народу и принять петицию. Но Муравьёв встретил его холодно и ничего не обещал. Тогда Гапон обратился к Святополк-Мирскому, с которым связался по телефону из приёмной министра юстиции. Однако Мирский отказался с ним говорить. Гапону не оставалось ничего другого, как бросить трубку. «Это чёрт знает, что такое!» — сказал Гапон, уходя из приёмной. Впоследствии Мирский объяснял свой отказ говорить с Гапоном тем, что не знал его лично. А в частных разговорах признавался, что не сделал этого потому, что не умеет разговаривать «с ними».