Боево́й транс — термин, обозначающий изменённое состояние сознания людей, участвующих в боевых действиях. В этом состоянии боец не чувствует страха («афобия») и боли («анальгезия»). Кроме этого, в состоянии боевого транса все члены группы теряют свою индивидуальность и действуют как единое целое.
В состоянии боевого транса человек способен проявить крайние формы альтруизма (например, пожертвовать своей жизнью для спасения товарищей), но также и крайние формы агрессивности (например, участвовать в массовых убийствах). Состояние боевого транса может возникнуть спонтанно, в экстремальной ситуации (например, у матери, защищающей своего ребёнка) или быть вызвано с помощью особых приёмов. Примером этих приёмов являются строевой шаг, пение хором и барабанный бой. Иногда также применяются психотропные вещества.
Термин
Термин «боевой транс» () был предложен этнографом Иосифом Миндиевичем ЖорданиейJoseph Jordania, 2011. :en:Why do People Sing? Music in Human Evolution, p. 98—102.
Роль в эволюции Иосиф Жордания предположил, что способность входить в состояние боевого транса появилась у гоминид благодаря естественному отбору. Эта способность стала решающим фактором, помогающим группам гоминид защищаться от крупных хищников.
С точки зрения И. Жордании, когда гоминиды стали расселяться на открытых пространствах Африки, они были слишком малы и слабы и не могли в одиночку противостоять крупным африканским хищникам. Однако находясь в состоянии боевого транса, они могли напугать даже большое и сильное животное, поскольку в этом изменённом состоянии сознания в их поведении не проявлялось боязни, а их синхронные жесты и крики вызывали страх у хищника. Находясь в состоянии боевого транса, они теряли ощущение своей индивидуальности, забывали о личной безопасности и действовали исключительно в интересах группы.
Боевой транс и происхождение искусства
Предполагается, что ритуализированное введение в состояние боевого транса было основано на хоровом пении, танцах и особой раскраске тела. И. Жордания предполагает, что это может служить объяснением возникновения и развития различных видов искусства. Возможно, боевой танец вводит воина в состояние транса отчасти благодаря тому, что круговые движения головой и учащённое дыхание имеют легкий гипнотический эффектChristine Le Scanff. La conscience modifée. Paris: Editions Payot et Rivages, 1995, p. 103. Синхронные танцевальные движения также способствуют возникновению группового транса. Английский психолог Хэвлок Эллис писал в 1923 году:
«Все, кто наблюдал жизнь диких племён, замечают, что танцоры, принимающие участие в пляске, действуют в удивительной гармонии; они в каком-то смысле сливаются в единое существо, одушевлённые общим порывом. Так проявляется социальное объединение. Вне войны, танец является важнейшим способом создать эту социальную солидарность в жизни племени; с другой стороны, это лучший метод подготовки к войне.»Havelock Ellis, The Danse of Life, Boston, 1923, p.63
В истории
В древнегреческом эпосе состояние боевого исступления обозначалось словом λύσσα («лисса») от λύκος — «волк», то есть «ярость воителя, который благодаря ей становится неуязвимым и уподобляется волку или псу»Иванчик А. И. Накануне колонизации. Северное Причерноморье и степные кочевники VIII—VII вв. до н. э. в античной литературной традиции: фольклор, литература и история. Москва, Берлин: Палограф, 2005, глава «Другие свидетельства о воинах-псах». Позже смысл этого слова изменился, оно больше не обозначало воинскую доблесть, но продолжало относиться к священному исступлению. Это состояние исступления сопровождалось не только «бешенством», но и потерей осознания своего «Я» и ощущением подчинения чужой (божественной) воле: «Отвагу, позволявшую воину совершать столь блестящие подвиги, он черпал в своего рода экзальтации, воинском неистовстве (λύσσα), в которое он был ввергнут помимо своей воли, вдохновленный богом (μένος)» Вернан Жан-Пьер,Происхождение древнегреческой мысли, стр.12.
В «Илиаде» слово λύσσα и его производные трижды относятся к Гектору (I 239; 305; N 53) и однажды к Ахиллу (Ф 542—543), то есть к самым выдающимся героям обеих воюющих сторон. Лучшее описание состояния, называемого λύσσα, содержится в стихах 237—239 IX песни «Илиады»: «Гектор же, весьма кичась силой, ужасно неистовствует, уповая на Зевса, и ни во что не ставит ни мужей, ни богов, ведь его охватила мощная λύσσα.» В Древнем Риме это состояние воинственного исступления обозначалось выражением furor heroicus. При этом слово furor означает «бешенство», «ярость», или «неистовство».
Имя скандинавского бога Одина (Вотана или Водана), покровителя воинов-берсерков, предположительно происходит от слова wut или wuot («бешенство»)Либерман А. С. Германисты в атаке на берсерков. Источник: Древнейшие государства Восточной Европы — 2003. — М.: «Восточная литература» РАН, 2005. В «Саге об Инглингах» Снорри Стурлусона говорится: «О́дин (покровитель мужских союзов) сделал так, что его мужи сражались в битве без панцирей и были безумны (galnir), как псы или волки … это называлось свойством берсеркера Þat er kallaðr berserksgangr)». («Сага об Инглингах», гл. VI). Один был покровителем не только воинов, но и скальдов: «Экстатическая природа смерти сближает воина с вдохновенным поэтом, шаманом или провидцем»Мирча Элиаде, История веры и религиозных идей, том II, глава Глава XXI.
В древнейшей кельтской поэзии выдающийся воин тоже иногда именуется «яростным (бешеным) псом». Например, в отрывке из ранней ирландской генеалогической поэмы говорится: «три внука Байскне … яростные псы (condai fergga)». Кухулин также неоднократно называется «ярым псом».
В военном деле Феномен боевого транса находит применение главным образом в военном деле. То, что называется «боевым духом» солдат, зависит в первую очередь от того, насколько они способны входить в состояние боевого транса во время сражения. Эта способность развивается благодаря соответствующей психологической подготовке бойцов.
В традиционных обществах целью воинской инициации являлось радикальное изменение сознания путем погружения в состояние транса с помощью особых практик посвящения: нанесения болезненных ударов, целенаправленного голодания во время проведения ритуала и т.д.В. И. Добреньков, А. И. Кравченко, Фундаментальная социология, : ИНФРА-М, 2007, С. 903. Барбара Эренрейх пишет о том, что для превращения в воина необходимо полное изменение личности, потеря своего прежнего „я“ и превращения в совсем другого человека. Иногда воин даже называл себя новым именем. В небольших традиционных сообществах эта трансформация обычно сопровождалась ритуальным барабанным боем, плясками, воздержанием от еды и временным отказом от сексуальных отношений. Все это было предназначено для того, чтобы юноша стал способен войти в мир воинов.Barbara Ehrenreich, 1997, Le sacré de la guerre. Essai sur les passions du sang, Calmann-Levy, 1999.
Для входа в состояние боевого транса (например, у скандинавских берсерков) использовалось также самовнушение, предназначенное для отождествления себя с тем или иным сильным хищным животным (медведем, волком и т. д.). В этом смысле боевой транс берсерка (Berserkergang) близок к шаманическому трансу, поскольку в обоих случаях изменённое состояние сознания сопровождается ощущением «переселения в тело зверя»Claude Lecouteux, Fantômes et Revenants au Moyen Âge, IMAGO, 1986, p.178.
Субъективное восприятие состояния боевого транса Изменённое состояние сознания, возникающее во время боя, хорошо известно тем, кто участвовал в сражениях — как в традиционных сообществах, так и в современных западных странахChris Hedges, 2003, War Is a Force That Gives Us Meaning, Anchor. Вот одно из описаний субъективных ощущений боевого транса:
Я думаю, что многие ветераны войны, если они честны с самими собой, признают, что опыт совместного усилия в бою… был великим моментом в их жизни. Их «я» незаметно превращается в «мы», «мой» и «моя» становятся «нашими», и собственная участь перестает быть центром всего…. Может быть, я упаду, но я не умру, ведь то, что реально во мне, продолжается и живёт в моих товарищах, за которых я отдал мою жизньJesse Glen Gray, The Warriors : Reflexions on Men in Battle, New York, Harper and Row, 1973, p.52-55.
Эрнст Юнгер в своих воспоминаниях также описывает состояние, напоминающее боевой транс:
Со смешанным чувством, вызванным жаждой крови, яростью и опьянением, мы тяжело, но непреклонно шагали, надвигаясь на вражеские линии. Я шел вдали от роты, сопровождаемый Финке и одним новобранцем по имени Хааке. Правая рука сжимала рукоять пистолета, левая — бамбуковый стек. Я кипел бешеным гневом, охватившим меня и всех нас самым непостижимым образом. Желание умерщвлять, бывшее выше моих сил, окрыляло мои шаги. Ярость выдавливала из меня горькие слезы. Чудовищная воля к уничтожению, тяжелым грузом лежавшая над полем брани, сгущалась в мозгу и погружала его в красный туман. Захлебываясь и заикаясь, мы выкрикивали друг другу отрывистые фразы, и безучастный зритель, наверно, подумал бы, что нас захлестнул переизбыток счастья Эрнст Юнгер, В стальных грозах. Перевод: Н. Гучинская, В. Ноткина. ISBN 5-93615-006-2 Год издания: 2000.
Методы создания состояния боевого транса Военные командиры издавна применяют различные методы, предназначенные для введения в состояние боевого транса. Использование «боевых кличей» является универсальным для всех человеческих сообществWiliam H.McNeill, L’art de marquer le temps. La danse et le drill dans l’histoire. Rodez : Le Royergue/Chambon, 2005, p.23. Китайские солдаты, сражавшиеся в армии Сунь-цзы (в VI или, по другим источникам, в IV веке до н. э.), входили в состояние транса, наблюдая, как танцоры вращают саблиSamuel B.Griffith, в предисловии к книге Sun Tzu, The Art of War, London: Oxford University press, 1971, p.37. .
По словам Плутарха, Ликург Спартанский использовал музыку для введения своих воинов в особое состояние сознания: Когда построение боевой линии заканчивалось, царь… флейтистам приказывал играть Касторов напев и одновременно сам затягивал походный пеан. Зрелище было величественное и грозное: воины наступали, шагая сообразно ритму флейты, твердо держа строй, не испытывая ни малейшего смятения — спокойные и радостные, и вела их песня. В таком расположении духа, вероятно, ни страх ни гнев над человеком не властны; верх одерживают неколебимая стойкость, надежда и мужество, словно даруемые присутствием божества.Плутарх, Ликург и Нума, Перевод С. П. Маркиша, Серия «Литературные памятники». М.: Издательство «Наука», 1994.
Мориц Оранский ввел в своей армии синхронный строевой шаг под ритмичную музыку. В дальнейшем этот прием распространился по всей Европе и стал обязательной частью военной подготовкиVan der Kolk, Bessel A., Le corps n’oublie rien : le cerveau, l’esprit et le corps dans la guérison du traumatisme. Paris : Albin Michel, 2018Wiliam H.McNeill, L’art de marquer le temps. La danse et le drill dans l’histoire. Rodez : Le Royergue/Chambon, 2005, p.23. Маршал Мориц Саксонский (1696—1750) писал:
«В чём заключается военное искусство? Заставьте солдат шагать в ногу. Здесь весь секрет: это военный шаг римлян. Для этого введены марши, и именно для этого используется барабанный бой… Кто из нас не видел, как люди танцуют всю ночь, беспрестанно подпрыгивая и подскакивая? Заставим человека танцевать без музыки хотя бы четверть часа и посмотрим, сможет ли он это сделать. Это доказывает, что музыка имеет тайную власть над нами, она подготавливает органы нашего тела к действию и уменьшает усталость во время действия».
Мориц Саксонский также отмечал, что любое ритмичное движение может синхронизировать поведение группы и заставить её вести себя как единое целое:
«Я часто видел, что когда знамя развевается на ветру, все солдаты идут в ногу, не стремясь сознательно к этому и не осознавая этого»Maurice compte de Saxe, Mes Rêveries, tome I, Amsterdam et leipzig, Arkstée et Merkus, 1757, p. 76-79.