Сталини́зм (по партийному псевдониму Иосифа Джугашви́ли; также известен как сталинщина) — термин, используемый рядом историков, политологов, публицистов, государственных и общественных деятелей для обозначения и характеристики политической системы, сложившейся в СССР (а затем и в зависимых от него государствах) после окончания внутрипартийной борьбы в конце 1920-х — начале 1930-х годов и существовавшей до XX съезда КПСС в феврале 1956 года.
Политическая система характеризуется диктатурой Сталина, тоталитарным режимом, сталинскими репрессиями, сращиванием государственных органов и правящей коммунистической партии, цензурой, пропагандой, продвигающей культ личности Сталина.
Установление Формирование сталинизма как тоталитарной системы власти и идеологии обычно связывают с фактическим завершением внутрипартийной борьбы за власть, окончательным разгромом всех оппозиционных течений и началом «большого скачка» — взятым в конце 1920-х годов курсом на форсированную индустриализацию и сплошную коллективизацию сельского хозяйства для осуществления модернизационного проекта колоссальных масштабов — перехода от традиционного аграрного общества к индустриальному, — что потребовало всемерной мобилизации внутренних ресурсов, сверхцентрализации экономической жизни и, в конечном счёте, привело к формированию в СССР целостной командно-административной системы. В 1930-е годы в условиях утверждения монополии на мысль, создания культа вождя, образа врага и массовых репрессий произошло окончательное утверждение режима личной власти Сталина и перерождение партии в структуру командно-административной системы управления.
Предпосылками тоталитаризма в СССР стали необходимость форсированного экономического развития, необходимость в течение четверти века мирного времени удерживать жизненный стандарт миллионов людей на уровне содержания в годы войны и катастроф, особый тип политической культуры на всём протяжении истории (пренебрежение к закону, насильственная власть, отсутствие оппозиции и так далее). Эти факторы стали причиной формирования в СССР в 30-е годы тоталитарного режима, системы личной диктатуры Сталина.
Общая характеристика Политическая система характеризуется: диктатурой (личной властью) Сталина; тоталитарным режимом (абсолютным контролем государства над всеми аспектами общественной и частной жизни); массовыми политическими репрессиямиСтепанов М. Г. Политические репрессии в СССР периода сталинской диктатуры (1928—1953 гг.): обзор современных историографических исследований // Вестник Челябинского государственного университета . — 2009. — № 12. — С. 145—149.; сращиванием государственных органов и правящей коммунистической партии; цензурой; пропагандой «Политическая лингвистика», 2007 «Вестник Новгородского государственного университета им. Ярослава Мудрого», 2012, с. 1, культом личности Сталина «Наука. Общество. Оборона», 2018, вождизмом «Человек и культура», 2019, с. 1 и демонизацией врага; борьбой с религией в период 1929—1942 годов «Философия права», 2011, с. 3; фальсификацией истории; изоляционизмом в науке «Проблемы деятельности ученого и научных коллективов», 2016; борьбой с космополитизмом в период 1948—1953 годов.
Обзор Некоторые исследователи трактуют сталинизм шире. Так американский историк Шейла Фицпатрик, кроме вышеперечисленных черт добавляет «различные неформальные, личные сделки и договоренности, помогающие людям на всех уровнях защитить себя и добыть дефицитные блага», подчеркивая, что сталинизм, как особая жизненная среда, окончательно сформировался в 1930-е годы и в основных своих чертах просуществовал всю послесталинскую эпоху вплоть до горбачёвской перестройки 1980-х гг.
Согласно выводам главного специалиста Госархива О. В. ХлевнюкаСм. обзор: Khlevniuk O. Stalinism and the Stalin Period after the «Archival Revolution» // Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. 2001. Vol. 2, No. 2. P. 319. , сталинизм представлял собой крайне централизованный режим, который опирался прежде всего на мощные партийно-государственные структуры и формирование прагматичных стратегий. Из архивных материалов следует, что Сталин принимал принципиальные решения и был инициатором всех сколько-нибудь значимых государственных мер. Каждый член Политбюро должен был подтверждать своё согласие с принятыми Сталиным решениями, в то же время ответственность за их исполнение Сталин перекладывал на подотчётных ему лиц. При этом сам процесс принятия решений был закрытым. Из принятых в 1930—1941 годов постановлений Политбюро менее 4 тыс. были публичными, более 28 тыс. — секретными, из них 5 тыс. настолько секретными, что о них было известно только узкому кругу посвящённыхDavies R. W. Making Economic Policy // Behind the Façade of Stalin’s Command Economy: Evidence from the State and Party Archives / Ed. P. R. Gregory. Standford: Hoover Institution Press, 2001. P. 61—80..
Как отмечает в своей работе В. Б. Чистяков, командно-административная система как «чрезвычайная система» общественной организации позволяла «сконденсировать» избыточную социально-психологическую энергию народа, направив её на решение ключевых задач. При этом мощное политико-идеологическое давление было призвано компенсировать слабость материального стимулирования. Экономика страны полностью огосударствлялась, партия окончательно сливалась с государством, а государство идеологизировалось. Каждый член общества вовлекался в иерархическую систему идеологизированных организаций (пионерская организация, комсомол, профсоюзы и др.), через которые осуществлялось партийно-государственное руководство. Функции по распоряжению огосударствленной собственностью и политическая власть оказались отчуждены от подавляющего большинства социума в пользу партийно-государственного аппарата и лично Сталина. Население поддерживалось в постоянной мобилизационной готовности при помощи массированных пропагандистских кампаний, волн массового террора, показательных судебных процессов над «врагами народа».
Анализ решений Политбюро, проведённый специалистами Гуверовского института Полом Грегори и Марком Харрисоном, показалGregory P., Harrison M. Allocation under Dictatorship: Research in Stalin’s Archives // Journal of Economic Literature. 2005. Vol. 43. P. 721., что их главной целью была максимизация фонда накопления — разности между объёмами производства продукции и её потребления. Сверхцентрализация ресурсов на направлениях, признанных ключевыми, требовала сверхущемления интересов других секторов, что постоянно создавало опасность социальных протестов. Для того, чтобы пресечь такую возможность, в стране была создана мощная разветвлённая карательно-осведомительная система. С другой стороны, рост валового накопления в экономике приводил к столкновению между различными административными и региональными интересами за влияние на процесс подготовки и исполнения политических решений. Конкуренция этих интересов отчасти сглаживала деструктивные последствия гиперцентрализации.
Историк, социолог, политолог и правовед А. Н. Медушевский называет идеологию сталинизма выражением социального конструктивизма, ведущего своё происхождение от Просвещения и Французской революции XVIII века. Он указывает, что сталинизм как идеология основывался на механистической концепции мира и на представлении о возможности его изменения с позиций разума посредством революции, которая, в свою очередь, рассматривалась как конструирование новой социальной реальности без учёта исторической традиции и цены вопроса. Именно такой подход обусловил масштабы сталинской программы модернизации и логику социальных процессовМедушевский А. Н. Сталинизм как модель социального конструирования // Вестник Европы, 2011, т. XXX. С. 147—168.
Как пишет А. Н. Медушевский, ключевыми параметрами проекта модернизации (строительства нового общества) стали: создание новой информационной картины мира и социально-психологической ситуации путём внедрения мобилизационной идеологии; унификация социальной структуры; подавление социальных и национальных противоречий там, где они представляют опасность для целей системы; создание политического режима, способного осуществлять эти цели вопреки сопротивлению общества и даже части элиты.
По определению А. Н. Медушевского, изменение информационной картины мира привело к «переформатированию социума по таким основополагающим координатам, как пространство, время и смысл существования индивида».
«Узурпация географического пространства» выразилась прежде всего в его сворачивании, изоляции от внешнего мира. В сознание населения внедрялись идеологизированные представления о географических границах системы и их расширении — концепцию «мировой революции» сменило «построение социализма в одной отдельно взятой стране», которую, в своё время, заменил «мир социализма» («мировая социалистическая система»). Одновременно было фактически реализовано стремление к воссозданию исторических границ бывшей Российской империи. Внутреннее пространство использовалось для осуществления идеологических целей режима — высылка «врагов» на необжитые земли, в Сибирь, на Крайний Север и Дальний Восток, в голые степи Казахстана как своего рода продолжение освоения новых территорий, создание новых городов на окраинах страны, «преобразование природы» через создание каналов и искусственных водохранилищ.
«Узурпация временно́го пространства» ставила своей целью вытеснение подлинной исторической памяти ради создания иллюзорной картины светлого коммунистического будущего, разрыв исторической преемственности — с одной стороны, уничтожение нежелательных воспоминаний, а с другой — восстановление той части истории, которая становилась полезной системе в изменившихся условиях (так, во время Великой Отечественной войны были восстановлены русские военные традиции, ослаблены антирелигиозные ограничения ради укрепления легитимности режима). Отличительной характеристикой сталинизма, как и других тоталитарных режимов, стало переписывание, фальсификация российской и мировой истории, а впоследствии — и радикальный пересмотр истории российского революционного движения.