Сиднейский оперный театр () — оперный театр, дом номер 21 по в Сиднее, Новый Южный Уэльс, Австралия. Описание Одно из наиболее известных и легко узнаваемых зданий мира, символ и «визитная карточка» крупнейшего города страны, а также одна из главных туристических достопримечательностей континента. Представления в театре посещают около двух миллионов человек в год (по данным на 2013 год), а даётся их больше 3000. Само же здание — от 8 до более чем 10 миллионов 900 тысяч туристов и жителей города, среди них до человек в год посещают экскурсию по зданию с гидом.
Здание является всемирно признанным шедевром австралийской и мировой архитектуры. Оно имеет уникальную серию парусообразных оболочек, образующих крышу, которые делают театр не похожим ни на одно другое здание в мире. Его планировалось построить за три года, потратив около семи миллионов австралийских долларов, однако строительство затянулось на десять лет, а итоговые затраты составили около 100 миллионов.
Оперный театр открыт 20 октября 1973 года королевой Соединённого королевства и других государств содружества Елизаветой II. 28 июня 2007 года он был внесён ЮНЕСКО в список объектов всемирного наследия, является единственным зданием 1970-х годов с таким статусом. Помимо этого здание было кандидатом на внесение в список «Семи новых чудес света», но уступило в финале.
История создания Выбор местоположения
Сиднейский оперный театр находится в гавани Порт-Джэксон на . Это место получило своё название по имени австралийского аборигена из племени , Вуллараварре Беннелонга, друга первого губернатора колонии. Ранее на этом месте находилось небольшое строение, которое занимал его дом. Затем тут был построен форт, который в 1902 году был снесён, после чего здесь возвели трамвайное депо.
Местоположение было выбрано Юджином Гуссенсом, он настаивал именно на нём, вопреки мнению премьер-министра Нового Южного Уэльса , который считал, что его лучше всего возвести в районе на северо-западе от города (ныне находится в черте), что облегчило бы доступ. Там находилось трамвайное депо, установленное после сноса Форта, которое также было разрушено, когда совет принял сторону Гуссенса.
Поиск проекта
До постройки здания оперы в Сиднее была только одна известная достопримечательность — мост Харбор-Бридж, открытый в 1932 году. А правительство Нового Южного Уэльса давно планировало сделать город туристическим курортом. Требовалось что-то новое, чего не было ранее, желательно не только в Сиднее, но и в мире. В 1952 году Гуссенс, скрипач и композитор, посетив Сидней, заметил у горожан «необычайно горячий интерес» к музыкальному искусству и классической музыке, который практически негде было удовлетворить.
В 1954 году был объявлен конкурс проектов нового здания оперы, которое должно было стать «визитной карточкой» Сиднея. В нём приняло участие 220 работ (хотя было зарегистрировано около 1000) из 32 стран мира, однако никакая из них не вызывала явного интереса среди членов комиссии. Но когда тридцативосьмилетний датский архитектор Йорн Утцон прислал свой, в международном жюри разгорелись жаркие споры. Данный дизайн был причудлив, но при этом впечатлял: с крайне характерной крышей, он напоминал структуру храмов Майя. По мнению жюри они отлично подходили для гавани, «смотрясь настолько же естественно, насколько и паруса яхт, стоящих в ней».
Наибольшие споры вызвала амбициозность проекта, которая ярче всего проявлялась в расположенных друг на друге десяти сводах, которые достигали высоты 60 метров. В довершении почему-то они накрывались странной оболочкой, напоминающей птичье крыло. Однако именно это, по мнению Утцона, и должно было превратить здание в самое узнаваемое произведение архитектуры в городе. Говоря о концепции здания он приводил слова финского архитектора Алвара Аалто о вишне: «Каждый цветок на одной и той же ветке уникален, хотя все они состоят из одинаковых частей… в этом основа многих моих проектов».
Второе и третье места заняли проекты из США и Англии. Группа американских архитекторов, занявшая второе место, расположила театры «спина к спине», объединив их сцены в одной центральной башне. В британском проекте, получившем третье место, заметно сходство с нью-йоркским Линкольн-центром — здесь театры стоят один за другим на огромной замощённой площади. Однако все они меркли по сравнению с проектом Утцона.
Дискуссии по этому поводу проходили долго. Проект был трижды отклонён судьями, но в 1957 году, благодаря американскому архитектору Ээро Сааринену, объявившему Утцона «самым выдающимся из конкурсантов» была принята именно идея датчанина. За разработку проекта он получил 5000 фунтов стерлингов.
После избрания проекта Утцона в британском журнале The Builder вышла критика проекта, в которой его называли слишком ненадёжным. Один из судей конкурса, Кобден Паркс, младший сын отца-основателя австралийской федерации Генри Паркса и правительственный архитектор Нового Южного Уэльса, представляя правительство страны опровергал эту критику. Он говорил, что лишь настолько ненадёжный на первый взгляд и действительно амбициозный проект и должен был быть принят комиссией, желающей построить «новое чудо света».
Строительство при руководстве Утцона
Как и многие из архитекторов, приславших свой проект, Утцон никогда не видел, а лишь знал по фотографиям место, где должен был быть построен оперный театр. Но это не помешало ему, прибыв на место, сразу войти в курс всех дел. Добро на строительство дали ещё до принятия плана датчанина, 17 мая 1955 года, поставив при этом условие, что для его реализации не должны использоваться дополнительные бюджетные деньги. Реализовать данный проект было очень сложно из-за того, что он сильно отличался от уже существующих. Сама идея, её нетрадиционность, амбициозность и стоимость её реализации вызывали жаркие дискуссии не только среди жюри и архитекторов, но и среди жителей города. К проекту было очень много претензий от сиднейцев, которые не понимали, на что расходуются деньги из их налогов. Архитектору приходилось защищаться от многочисленных нападок.
В строительстве здания было задействовано рабочих. Изначально было решено построить подиум. Его строили с катастрофическим отставанием из-за ненастной погоды (всё время лили ливневые дожди, из-за чего возникали большие трудности с отводом воды) и проблем с технической документацией. Окончательно работы над ним были завершены лишь к 3 августа 1962 года.
Ещё одной сложновыполнимой задачей стала разработка парусов. В самой первой версии они были спроектированы по типу параболы. Однако инженерам так и не удалось найти возможности их создания. В середине 1961 года, когда подиум ещё строился, Утцон нашёл своё решение проблемы: парабола была преобразована в сферу и крепилась на так называемых «рёбрах-ракушках». Это позволило значительно упростить сборку: благодаря данному решению стало возможно собирать черепицу на земле и крепить целыми листами, а не по отдельности. Лучи теперь начинались из одной точки и открывались как веер, а их трассировка проводилась по меридианам сферы, поэтому они имели одинаковый радиус. Однако это не давало окончательного решения. Затем Утцон придумал систему ребристых оболочек, основанных на геометрии сферы, а подрядчик разработал стальную арку, удерживающую их. Позже арка из стали была заменена на панели из железобетона. Это позволило успешно завершить работы. В память об этом на здании висит табличка с цитатой Утцона. Изначально строительство парусов планировалось закончить к 1965 году, однако с каждым годом оно затягивалось. Окончательно паруса были завершены лишь к концу строительства в 1972 году.
В 1965 году произошла смена правительства Нового Южного Уэльса — премьером был избран . Он заявил, что проект отныне находится в ведении Министерства общественных работ и потребовал регулярных отчётов. Невозможность уложиться в график и постоянный сдвиг окончания работ на более поздний период привели к тому, что новый министр общественных работ Дэвис Хьюз отказал в разрешении строительства фанерных прототипов для интерьеров. В итоге это привело к ссоре Аскина с Утцоном и уходу последнего из проекта, что вызвало массовый протест среди архитектурной группы, а также протесты со стороны политической оппозиции Аскину в парламенте штата. 20 февраля 1966 года Утцон, крайне опечаленный таким исходом, всё же отошёл от дел. В марте того же года ему была предложена должность архитектора-дизайнера с сокращёнными функциями без каких-либо надзорных полномочий, но датчанин отказался от неё. После ухода, по пути домой он прислал открытку со словами «У меня всё хорошо. Иду на Юкатан. Руины в любом случае прекрасны, так чего мне волноваться? Оперный театр тоже однажды превратится в руины».
Несмотря на то, что Утцон театр так и не достроил, он всё равно был награждён за него множеством наград, среди которых орден Австралии, высшая награда страны, которую он получил в 1985 году. Помимо этого за строительство театра Утцону вручили символические ключи от города. В 2003 году датчанин получил почётную степень доктора архитектуры от Сиднейского университета и Прицкеровскую премию, которая является наиболее значимой архитектурной наградой в мире.
Строительство после ухода Утцона После ухода Утцона новым главным архитектором (в основном интерьера и оформления) стал Питер Холл. Сформированная им команда выдала свою программу. Вместо того, чтобы следовать указаниям датчанина, они стали прислушиваться к инструкциям будущего владельца здания — Австралийской радиовещательной корпорации, — что негативно сказалось на итоге, внеся 4 значительных изменения в проект:
Облицовка подиума и тротуара (по плану Утцона подиум не должен был быть облицован, также отличался материал); Строительство внутренних прозрачных витражных стен вместо обшивки их фанерой. Изначально создатели хотели сделать такими все стены, чтобы вокруг здание казалось прозрачным, похожим на известное японское сооружение «Дом без стен», однако им не удалось найти столь прочного стекла, чтобы оно смогло удержать массивную крышу; Переработано назначение залов (главный зал из оперно-концертного стал просто концертным, а малый зал, который изначально предполагалось использовать лишь для небольших постановок, стал ещё и оперным. Это полностью изменило систему установки оборудования); Внутреннее оформление (были отменены оформление коридоров с помощью листов фанеры и акустические расчёты Утцона. Вместо этого для акустики применяются пластиковые кольца, свисающие с потолка).
Проект стал одним из первых, где массово применялись тогда ещё несовершенные компьютерные расчёты, чтобы решить все проблемы изначальной задумки. Этим опытом позже будут пользоваться строители многих известных архитектурных сооружений мира.
Несмотря на применённую концепцию сферических оболочек, решавшую все проблемы строительства и удачно подходящую для массового производства, точного изготовления и простоты монтажа, — строительство затянулось, в основном из-за внутренней отделки помещений. Планировалось, что оно займет четыре года, будет стоить семь миллионов австралийских долларов и таким образом закончится уже к 1963 году. Однако театр строили на семь лет дольше — около десяти лет (не считая проектирования, которое затянулось ещё на 4 года), а его окончательная стоимость составила свыше 100 миллионов долларов. К счастью, большую часть этих денег удалось получить через гранты и лотереи (за исключением первоначального взноса в 100 тысяч долларов от правительства штата). В современном эквиваленте общая стоимость создания оценивается в 2 миллиарда австралийских долларов. Все отчёты о строительстве сооружения были открыты общественности 28 марта 1997 года по указу премьера Нового Южного Уэльса.
Открытие и последующие события