В первые годы после прихода большевиков к власти в 1917 году их религиозная политика несколько раз меняла своё направление. Устойчивым оставалось желание покончить, в первую очередь, с Русской православной церковью, как главенствующей на момент революции религиозной организацией в стране. Для достижения этой цели большевики пытались, в числе прочего, использовать и другие религиозные конфессии. Однако в целом религиозная политика была последовательно направлена на искоренение религии, как несовместимой с марксистской идеологией.
1917—1920 годы С одной стороны, ряд законодательных актов, принятых сразу после Октябрьской революции, соответствовал модели светского европейского государстваНикольская Т. К. «Русский протестантизм и государственная власть в 1905—1991 годах». — СПб.: Изд-во Европейского университета, 2009. — С. 59. ISBN 978-5-94380-081-8. Так, «Декларация прав народов России» предусматривала отмену «всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений». Позднее эта норма была закреплена в первой советской Конституции 1918 года. Также был узаконен институт гражданского (нецерковного) брака, церковь отделена от школы.
С другой стороны, большевики с самого начала не скрывали своего враждебного отношения к религии вообще и к Православной церкви, в частности. Так, в ст. 65 той же Конституции 1918 года, исходя из принципа разделения общества на «близкие» и «чуждые» классы, «монахи и духовные служители церквей и культов» лишались избирательных прав. Церковный историк протоиерей Владислав Цыпин пишет: «Православная Церковь была отделена от государства, но при этом не получила прав частного религиозного общества. Принципиальное отличие советского законодательства „о культах“ от правового режима отделения Церкви в таких государствах, как США или Франция, заключалось в последних параграфах „Декрета“, положения которых неизменно воспроизводились в более поздних актах: „Никакие церкви и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют. Все имущества существующих в России церквей и религиозных обществ объявляются народным достоянием“. Храмы, святые иконы, священные сосуды отнимались у Церкви. Церковь лишалась всякой собственности.»протоиерей Владислав Цыпин. Русская Православная Церковь и государство в 1917—1990 годах: правовой аспект
Светлана Лурье пишет"Штурм небес" как зеркало русской смуты// Отечественные записки 2002, №2: Жестокость в отношении духовенства, разрушения и осквернения церквей менее всего были делом организованной антирелигиозной политики большевистской партии. Мало того — чаще всего они не были следствием разгула красных «комиссаров, инородцев и уголовников», как это представляла себе «белая» общественность. Наиболее последовательным и жестоким антицерковником того времени был… русский крестьянин. Происходившее в деревне в 1917–1921 годах было продолжением традиций крестьянского бунта XVII — начала XX века, когда и в церковь на лошадях въезжали, и в иконы стреляли, и над священниками издевались — водили их голыми по деревне, пока они не замерзали насмерть (это в годы революции 1905–1907-го). Крестьянам показалось, что священники скрывают от них волю царя, повелевшего, дескать, совершать Черный передел, и они обрушили на «попов» весь своей гнев. В 1918 году духовенство тоже противилось совершению того, что крестьяне приняли за «Черный передел» — реализации «Декрета о земле» и разграблению помещичьих усадеб, а потому «попы» были в это время у крестьянства не в чести. И мужики мстили как могли. Указания Ленина о недопустимости оскорбления чувств верующих в ходе борьбы с «религиозными предрассудками» В. И. Ленин, несмотря на проводимую им политику борьбы с «религиозными предрассудками», в 1918—1921 годах периодически давал указания против оскорбления чувств верующих. Выступая на I Всероссийском съезде работниц 19 ноября 1918 года, он отметил: «Бороться с религиозными предрассудками надо чрезвычайно осторожно; много вреда приносят те, которые вносят в эту борьбу оскорбление религиозного чувства». Аналогичная установка была включена Лениным в проект Программы РКП(б) в 1919 году: «осуществлять фактическое освобождение трудящихся масс от религиозных предрассудков, добиваясь этого посредством пропаганды и повышения сознания масс, вместе с тем заботливо избегая всякого оскорбления чувств верующей части населения…». В «Предложениях к проекту постановления Пленума ЦК РКП(б) о пункте 13 Программы партии» (1921 г.) он указал, что следует: «не выпячивать вопроса о борьбе с религией»Смирнов М. Ю. Религия и Библия в трудах В. И. Ленина: новый взгляд на старую тему // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. № 2. 2011. С. 106—125. Более того, Ленин поддержал просьбы верующих из Ягановской волости Череповецкого уезда содействовать достройке местного храма, заложенного ещё в 1915 году, послав записку председателю Афанасьевского сельсовета В. Бахвалову от 2 апреля 1919 года со словами: «Окончание постройки храма, конечно, разрешается».
РПЦ По мнению историка Дмитрия Поспеловского, первоначально Ленин «находясь в плену марксистских представлений, согласно которым религия есть не более чем надстройка над неким материальным базисом», надеялся покончить с РПЦ, просто отняв у неё собственностьПоспеловский Д. В. Русская Православная Церковь в XX веке. М., 1995. С. 48. Так, Декретом «О земле» 1917 года были национализированы монастырские и церковные земли.
Большевики не приняли определения Поместного Собора РПЦ от 2 декабря 1917 года, устанавливающего привилегии РПЦ перед другими конфессиями (первенствующее публично-правовое положение, сохранение ряда государственных постов только за православными, освобождение от повинностей священников и монахов и т. д.)Данилушкин М. и другие — История Русской Православной Церкви. Новый патриарший период. 1917—1970. Том 1. СПб. Воскресение. 1997 С.119, что ещё более усилило взаимный антагонизм. Однако не все православные поддерживали идею продолжения привилегированного положения РПЦ в новом государстве — были те, кто надеялся на духовное обновление церкви в условиях равноправия.
Вскоре после выхода определения Поместного собора РПЦ (от 2 декабря 1917 года) большевики приняли Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви (23 января (5 февраля) 1918 года), закреплявший светский характер государства. В то же время этот Декрет лишал религиозные организации права юридического лица и права собственности. Все здания, ранее принадлежавшие религиозным организациям, перешли в собственность государства, а сами организации с этого времени стали пользоваться ими на правах бесплатной аренды. Таким образом, религиозные организации лишились юридической и экономической самостоятельности, а государство получило мощный рычаг для давления на них. Такая модель экономических взаимоотношений церкви и государства существовала до самого падения Советского строя.
Однако в самые первые годы своей власти, принимая во внимание Гражданскую войну и религиозность населения, большевики не вели активной кампании по отъему зданий у религиозных организаций.
В марте 1919 года в Новгородской губернии сотрудниками местного ЧК был арестован священник Василий Пятницкий. Ему вменялись в вину неподчинение Советской власти, избиение должностных лиц и т. п. Брат священника Константин Пятницкий написал Ленину подробное письмо, в котором, в частности, отмечал, что «…для многих ношение рясы есть уже преступление». В результате священник остался жив и вскоре вышел на свободуВ. И. Ленин и ВЧК… 1987. С. 136—137.
Осенью того же года Ленин получил телеграмму с просьбой освободить из-под ареста калужского епископа Михея. По поручению Ленина проверкой этого факта занимались ответственные должностные лица. Выяснилось, что он был арестован как заложник и ни в чем не повинен. После вмешательства главы советского правительства епископ был отпущенАлексеев В. А. Иллюзии и догмы. М., 1991. С. 103.
11 апреля 1919 года Президиум ВЦИК разрешил православной церкви провести пасхальное богослужение в Успенском соборе Московского Кремля.
Кампания по вскрытию мощей
Кампания по вскрытию мощей имела пропагандистский характер и началась осенью 1918 г. со вскрытия в Олонецкой губернии мощей Александра Свирского. Пик кампании пришёлся на 1919—1920 годыОтчет VIII-го Отдела Народного Комиссариата Юстиции Съезду Советов // Отрывки из журнала «Революция и церковь», № 9—12. 1920 г., хотя отдельные эпизоды имели место и в 1930-е годы.
16 февраля 1919 года коллегия Наркомата юстиции приняла постановление об организации вскрытия мощей святых на территории России, был определён «порядок их инспекции и конфискации государственными органами»16 февраля (Документы истории) на сайте Православие.Ru. Вскрытие мощей (снятие с них покровов и облачений) осуществляли священнослужители в присутствии медицинских экспертов, представителей местных органов советской власти, Наркомата юстиции. По итогам вскрытия предписывалось составлять акт. После вскрытия и осмотра мощей подписывали акты о внешнем виде мощей и их сохранности: медицинские эксперты, сами священнослужители и представители власти.
Вскрытие мощей сопровождалось фото и киносъёмкой, иногда имело место грубое кощунство со стороны членов комиссий (при вскрытии мощей преподобного Саввы Звенигородского один из членов комиссии несколько раз плюнул на череп святого)Вскрытие мощей // Русак В. История российской церкви. Некоторые ковчежцы и раки после освидетельствования с участием представителей церкви попали в государственные музеи, о судьбе многих, изготовленных из драгоценных металлов, больше ничего не было известно (например, 29 марта 1922 года из Донского монастыря была разобрана и изъята многопудовая серебряная рака святителя Алексия МосковскогоЛюбартович В. А., Юхименко Е. М. Собор Богоявления в Елохове. История храма и прихода ). Мощи, как артефакты, затем помещались под стеклянные витрины различных музеев, как правило, музеев атеизма или местных краеведческих музеев.
Протестанты Российских протестантов уравнивание в правах с РПЦ полностью устраивало, тем более, что принцип отделения церкви от государства является одним из ключевых для баптистов и родственных им евангельских христиан. Собственности, пригодной для большевистских экспроприаций, у них было немного. А опыт выживания и развития в атмосфере гонений и дискриминации, приобретённый до свержения монархии, в новых условиях давал им определённые преимущества перед РПЦ.
К тому же часть большевистских руководителей во главе с В. И. Лениным и главным большевистским «экспертом по сектантам» В. Д. Бонч-Бруевичем по выражению советско-российского религиоведа Л. Н. Митрохина «заигрывала»Митрохин Л. Н. Баптизм: история и современность (философско-социологические очерки). — СПб.: РХГИ, 1997. — С. 361 с протестантами, стараясь использовать их в своих целях.
«В первые годы главной была задача удержания власти, достижения победы в разгоревшейся гражданской войне. — отмечал Митрохин. — Поэтому мишенью номер один оставалась Русская православная церковь, открыто осудившая Октябрьскую революцию и жестокость Советской власти.<…> Соответственно, официальные публикации о православии были пронизаны непримиримой враждой и классовой ненавистью. В них особый упор делался на „контрреволюционной“ деятельности церкви — часто весьма тенденциозно. Такой тон сохранился и после того, как церковь объявила о своей лояльности. По иному выглядели статьи о сектантах. Хотя попытки привлечь „возмущённых сектантов“ на сторону социал-демократии серьёзных результатов не дали, в обстановке жесточайшей борьбы за выживание большевистское руководство не могло пренебречь „элементами демократического протеста“ и старалось их использовать, особенно в кооперативном строительстве»Митрохин Л. Н. Баптизм: история и современность (философско-социологические очерки). — СПб.: РХГИ, 1997. — С. 48—49.