Русские мюзиклы — постановки в жанре бродвейского мюзикла, рок-оперы и т. п., идущие на российских сценах. Осуществляются как оригинальные постановки на русском материале, так и постановки иностранных мюзиклов (как с изменениями, так и «по лицензии» — с точным соблюдением режиссуры, хореографии и сценографии материала).
Предыстория
Летом 1975 года в оперной студии при Ленинградской консерватории состоялась премьера зонг-оперы ВИА «Поющие гитары» «Орфей и Эвридика» композитора Александра Журбина. В то время слово «рок» было запрещено. Завуалировать роковый стиль пришлось обратившись к стилю и драматургии Бертольта Брехта, где в ткань повествования вписываются песни-зонги, которые, подводя итог происшедшего, являются поучением, наставлением.
Позже на основе этого коллектива в Ленинграде был создан театр Рок-опера и в 1979 году им была поставлена авангард-опера «Фламандская легенда» (о Тиле Уленшпигеле), но сложность музыкального восприятия предопределила «некассовый» характер спектакля, поэтому в 1981 году он сошёл со сцены.
В 1982 году выпустили оперу «Гонки», которая просуществовала всего 3 месяца, поскольку в Советском Союзе, как утверждала культурно-комсомольская пресса, отсутствовало то, что стало темой этого произведения — проституция, наркомания, валютные махинации и прочие мафиозные дела.
В 1981 году на сцене Ленкома прошла премьера «современной оперы» «Юнона и Авось» Алексея Рыбникова. Через несколько дней, по воспоминаниям Рыбникова, на Западе были опубликованы скандальные статьи о спектакле, оценивающие его как антисоветский, что осложнило жизнь его авторам:
Западная пресса среагировала так, будто мы делали премьеру на Бродвее, а не в советской Москве. После этого меня очень надолго подвинули в тень. Спектакль играли, но не выпускали за рубеж, очень долго не выходила пластинка (на спектакль ведь ходит 800 человек 2-3 раза в месяц, а пластинка — это массовая известность). Меня даже не признавали автором, не подписывали со мной договор, и я судился с Министерством культуры СССР, на суд приходили иностранные корреспонденты… Выиграв суд, я попал в категорию людей, с которыми лучше вообще не связыватьсяИнтервью А. Рыбникова, «Новая газета» № 47, 09 июля 2001 г. (http://www.novayagazeta.ru/data/2001/47/06.html , http://www.alexeyrybnikov.ru/int/int_3.shtml ).
В 1985 году на сцене ДК им. Капранова в Ленинграде состоялась премьера «Юноны и Авось» в исполнении ВИА «Поющие гитары» (театр Рок-опера) в видоизмененном варианте.
Один из создателей российских мюзиклов по бродвейским рецептам так характеризует эти произведения: «„Метро“ было первым мюзиклом, сделанным по всем мировым законам жанра. Все что делалось в России до этого, включая легендарную „Юнону и Авось“, было музыкальными спектаклями. Дело в том, что главное средство воздействия музыкального спектакля на зрителя — актерская игра и драматическое действие, которое усиливается музыкальной составляющей. Никто не требует от Николая Караченцова, чтобы он хорошо пел. Достаточно того, что он, как большинство актеров драматического театра, поет душой. Мюзикл же строится на музыкальной драматургии, усиленной драматическим действием, и пользуется совсем другими выразительными средствами. Часто он вообще лишен прозаического текста — так было в „Notre Dame“. Главным инструментом воздействия артистов на зрителя является вокал. Для мюзикла необходимы в первую очередь блестящие вокалисты и прекрасная музыка. Мурашки должны появляться не от слов, а от нюансов голоса. Кроме того, драматический спектакль должен быть зрелищным. На сцене могут быть четыре стула, талантливый артист, и этого достаточно. А мюзикл — жанр развлекательный, обязанный быть высокотехнологичным шоу. Впрочем, любой театр независимо от жанра бывает только двух видов — хороший и плохой».
Композитор Геннадий Гладков рассказывает: «Мы же, родоначальники русского мюзикла — Рыбников, Дашкевич и я — начинали на пустом месте. И нас все время гоняли. Само слово „мюзикл“ раздражало. Мы стыдливо его избегали. Жанр „Бременских музыкантов“ на премьере был обозначен как „музыкальная сказка“. Но как бы то ни было, с американским мюзиклом, где все зажигательно танцуют и поют, мы состязаться не можем. Мы всегда тяготели к исследованию человеческих отношений».
В 1985 году на сцене Ленинградского государственного театра имени Ленинского комсомола состоялась премьера рок-мюзикла «Овод», поставленного Геннадием Егоровым. Спектакль был создан по мотивам одноимённого романа Этель Лилиан Войнич на либретто Алексея Яковлева и музыку композитора Александра Колкера.
Важной вехой стала постановка на русском языке в 1990 году на сцене Театра имени Моссовета легендарной рок-оперы Эндрю Ллойда Уэббера «Иисус Христос — суперзвезда», знакомой ранее советскому слушателю по англоязычным записям. Поскольку от передовых технологий мы были долго отлучены, в родных широтах на месте мюзикла жила шкодливая приживалка. В музыкальном театре её называли опереттой, в драматическом — музыкальной комедией. Билеты на весёлый кавардак никогда не были проблемой, однако оперетта, как мул, вывозила на себе кассу едва ли не всех провинциальных театров музкомедии. Пик бродвейской славы мюзикла отозвался у нас в кино: идейно правильными и бесконечно народными «Весёлыми ребятами» и «Волга-Волгой», и не менее идейно правильным, но все же «прозападным» «Цирком». Все остальное время оперетта-музкомедия тихо топталась на месте, чахла и хирела. Сегодня даже удивляет, что новая российская реальность так долго раскачивалась и повально «заболела» мюзикломанией только сейчас. Сначала Москва шепотом произнесла «Иисус Христос — Суперзвезда», увидела его в Театре им. Моссовета и откомментировала действо какой-то невнятицей про рок-оперу. Потом лениво посмотрела «Волосы» у Стаса Намина и грустно констатировала, что это, конечно, не Бродвей. А уж потом город запестрел пестрыми логотипами «Метро».
Постановки
оригинальные 1973 год Принц и нищий — музыка Александра Журбина Свадьба Кречинского — музыка Александра Колкера, либретто Кима Рыжова (Ленинградский театр музыкальной комедии)
1974 год Бумбараш — музыка Владимира Дашкевича Три мушкетёра — музыка Максима Дунаевского, либретто Марка Розовского, стихи Юрия Ряшенцева (МТЮЗ)
1975 год Орфей и Эвридика — музыка Александра Журбина, либретто Юрия Димитрина (Ансамбль «Поющие гитары»)
1976 год Звезда и смерть Хоакина Мурьеты — музыка Алексея Рыбникова, либретто Павла Грушко (Ленком) Алые паруса — музыка Андрея Богословского (Фирма «Мелодия»)
1979 год Пенелопа — музыка Александра Журбина (Свердловский театр музыкальной комедии)
1980 год Пеппи длинный чулок — музыка Владимира Дашкевича
1981 год Юнона и Авось — музыка Алексея Рыбникова, либретто Андрея Вознесенского (Ленком) О, милый друг! — музыка Виктора Лебедева, либретто Марка Розовского, стихи Юрия Ряшенцева (Свердловский театр музыкальной комедии)
1985 год Стадион — музыка Александра Градского, либретто Маргариты Пушкиной и Бориса Баркаса (Фирма «Мелодия») Овод — музыка Александра Колкера, либретто Алексея Яковлева (Ленинградский театр им. Ленинского комсомола)
1987 год Закат (Молдаванка) — музыка Александра Журбина (Рига)
1988 год Стакан воды — музыка Александра Журбина (Москва) Джордано — музыка Лоры Квинт, либретто Владимира Кострова (ГЦКЗ «Россия»)
1990 год Роковые яйца — музыка Владимира Дашкевича
иностранные 1956 год Порги и Бесс — гастроли театра «Эвримен опера» в Москве и Ленинграде
1960 год Моя прекрасная леди — гастроли театра «Марк Хеллигер» в Москве, Ленинграде и Киеве
1963 год Цветок Миссисипи (Плавучий театр) (Ленинградский театр музыкальной комедии)
1964 год Моя прекрасная леди (Ленинградский театр музыкальной комедии) Моя прекрасная леди (Московский театр оперетты)
1965 год Целуй меня, Кэт! (Ленинградский театр музыкальной комедии) Вестсайдская история (Московский театр оперетты)
1972 год Человек из Ламанчи (Театр им. В. Маяковского)
1973 год Как сделать карьеру (Ленинградский театр музыкальной комедии)
1979 год Обещания, обещания Б. Бакарака (Московский театр оперетты)
1987 год Скрипач на крыше Д. Бока (Московский театр оперетты)
1990 год Иисус Христос — суперзвезда (Театр «Рок-опера») Иисус Христос — суперзвезда (Театр имени Моссовета)
Первые шаги
«Метро» В 1999 году Московская оперетта перенесла на русскую сцену вариант польского мюзикла «Метро», который и стал первым воплощением бродвейского жанра мюзикл в России.
«…А уж потом город запестрел пестрыми логотипами „Метро“. Сразу стало понятно, что мюзикл под толстым-толстым слоем пиара у нас отныне не то, чтобы Большой театр, но где-то между ним и теннисом с карате. То есть приветствуется. К резвому тинейджерскому „Метро“ не хотелось придираться. Наконец-то продюсеры не стали изобретать паровой машины вместо всем известного велосипеда и собрали мюзикл по нормальной классической технологии. Шоу купили целиком, как и принято во всем мире: либретто, партитуру, режиссуру и авторский присмотр над тем, что получится. Мохнатые слова „кастинг“, „аудишн“ и „промоушн“ обрели вес, значение и признание, а агрессивная реклама и юные улыбающиеся физиономии артистов расположили публику. „Метро“ хорошо „промыл мозги“ зрителям, привыкшим к статичному хору-подпевке и смазанному балету-подтанцовке. Восклицательным знаком в финале стала присужденная национальная премия „Золотая Маска“».
Продюсер Катерина Гечмен-Вальдек начала активно работать над русскими проектами. По её словам, она с командой начинали делать «Метро» «сразу после кризиса, в сентябре 1998 года. Приехав в Москву, я занялась подготовкой многомиллионного проекта с полным отсутствием составляющих успеха, как всем тогда казалось (…) Мы понимали, что начинаем осваивать огромный новый рынок, гигантскую нишу, которая не может сразу стать прибыльной — это была инвестиция в будущее. То, что проект „Метро“ окупился, было для нас сюрпризом. При этом мы поняли парадокс российского рынка: если вы пытаетесь создавать чисто коммерческий продукт, то часто упускаете творческую составляющую, а именно она приносит успех, в том числе и коммерческий. Поняв это, легче работать. Поэтому мы вкладываем максимум сил, эмоций и денег в качество наших проектов. Само слово „мюзикл“ было в России совершенно дискредитировано и ассоциировалось скорее с мюзик-холлом. Поэтому мы сразу ушли от этого определения и придумали совершенно непонятное даже нам самим сочетание: „тотальный музыкальный проект“. Кроме того, мы твердо решили, что не станем приглашать в спектакль известных артистов. В этом был определенный риск, — в бродвейских мюзиклах все построено на одной-двух звездах. Для „Метро“ же впервые был объявлен открытый кастинг»Катерина фон Гечмен-Вальдек: «Театр — лучшая игрушка, какая только может быть у женщины!» // Ваш Досуг.
«Норд-Ост» В 2001 году состоялась премьера первого полностью русского мюзикла — «Норд-Ост», написанный российскими композиторами и либреттистами на основе романа Каверина «Два капитана». Он пользовался колоссальным успехом, и жанр мюзикла начал становиться крайне популярным. 23 - 26 октября 2002 года мюзикл стал местом действия ужасной трагедии - в доме культуры на ул.Мельникова, 7 в Москве был совершён захват заложников. В зале, заминированном террористами в течение 3 дней находилось более 800 человек, 130 - погибли, включая 9 детей и 9 сотрудников спецназа «Альфа».