Мэри Джейн Келли (1863 — 9 ноября 1888, также известна как «Мэри Жанет» Келли, «Белая Эмма», «Рыжая» и «Чёрная Мэри») — английская проститутка; по общим предположениям, пятая и последняя жертва Джека Потрошителя, убивавшего и увечившего проституток в районе Уайтчепела с конца августа по начало ноября 1888 годаBegg, p. 267. На момент смерти ей было 25 лет, она жила в бедности. Согласно докладам того времени, её рост составлял 170 см. Цвет её волос остался неопределённым (как и подразумевают различные её прозвища).
По различным сообщениям, она была блондинкой или рыжей, прозвище «Чёрная Мэри» подразумевает, что она была тёмной брюнеткой. Её глаза были синего цвета. Детектив Уолтер Дью в автобиографии пишет, что знал её и описывает её как «весьма привлекательную» и «красивую и весёлую девушку». Он заявляет, что она всегда надевала чистый белый фартук и никогда не носила шляпы. Сэр из полиции метрополии, не видевший её вживую, писал, что по меркам того времени она обладала «значительной личной привлекательностью». В выпуске газеты «Daily Telegraph» от 10 ноября 1888 года Келли описывалась как «высокая, стройная, белокурая [девушка] со свежим лицом и привлекательной внешностью»Evans and Skinner, p. 336. Сообщалось, что она бегло говорила по-валлийски.
Ранние годы По сравнению с другими жертвами Потрошителя происхождение Мэри Келли неясно, документов нет, возможно, что большая часть сведений о ней приукрашена. Согласно Джозефу Барнету, с которым она жила незадолго до гибели, Келли говорила ему, что появилась на свет в Лимерике (Ирландия) в 1863 году, хотя округ города неизвестен; когда она была маленькой, семья перебралась в УэльсEvans and Rumbelow, p. 177; Fido, p. 84. Барнет сказал, что Келли говорила ему, что её отца звали Джон Келли, он работал на металлургическом заводе в Карнарвоншире или в КармартенширеBarnett’s statement, 9 November 1888, quoted in Evans and Skinner, p. 364. По воспоминаниям Барнета Келли упоминала, что у неё было семеро братьев и, по меньшей мере, одна сестраEvans and Skinner, p. 368. Один брат по имени Генри предположительно служил во 2-м батальоне . Однажды она сказала, что её личная подруга Лиззи Элбрук (также бывшая другом семьи) выступает на театральной сцене Лондона. Квартирный хозяин Келли Джон Маккарти сказал, что Келли иногда получала письма из ИрландииEvans and Skinner, p. 344, но Барнет отрицал это.
Барнет и её бывшая соседка по комнате миссис Карти говорили, что Келли была из семьи «зажиточных людей». Карти сказала, что Келли была «прекрасной ученицей и посредственной художницей», однако Барнет на следствии сказал коронеру, что она часто просила его прочитать статьи в газетах об убийствах, это говорило о её неграмотности.
В 1879 году Келли по сообщениям вышла замуж за угольного шахтёра по имени Дейвис, два или три года спустя он погиб от взрыва в шахте. Она говорила, что восемь месяцев пребывала в больнице города Кардиффа, а потом уехала вместе с двоюродным братом. Считается, что именно в этот момент она начала свою деятельность в качестве проститутки. Записей, сохранившихся до современности, о том, что она была в Кардиффе, нет. По-видимому, она переехала из Кардиффа в Лондон в 1884 году и нашла себе работу в борделе в более богатом Вест-Энде. По сообщениям, один из клиентов пригласил её во Францию, но она незамедлительно вернулась, поскольку ей не понравилось там житьEvans and Rumbelow, p. 177; Evans and Skinner, pp. 368—369; Fido, p. 85. Келли нравилось французское имя Мари Жанет, и она могла приукрасить историю своей ранней жизни, тем более, что не сохранилось ни подтверждающих, ни опровергающих документальных свидетельствFido, p. 87. Автор Тони Уильямс в своём «Uncle Jack» (2005) заявляет, что, согласно данным переписи 1881 года, Келли вернулась в близ Урексема (Уэльс). Согласно Джою Барнету, сосед семьи Келли Джонатан Дейвис мог жениться на Мэри Джейн, когда ей было 16 лет. Это предположение входит в противоречие с фактом, что муж Келли погиб 2-3 года спустя, а Дейвис был жив в 1891 году, что показала перепись, поэтому он не мог быть мужем Келли. В любом случае вряд ли, что сведения Барнета совпадают с фактами о проживании семьи Келли в Бримбо в 1881 году, так как Бримбо находится в графстве Денбишир, а не близ Кармартена или Карнарвона, и её отца звали Хуберт, а не Джон. Предположения о том, что дневники сэра , послужившие базой исследований Тони Уильямса, были в любом случае изменены, ставят под сомнение всю теорию.
Сообщение лондонской прессы о том, что Келли была матерью, дают части «рипперологов» основания предполагать, что юный Дейвис родился между 1879 и 1882. Тем не менее, в этой истории содержатся несколько фактических ошибок, включая заявление, что они жили на втором этаже. Возможно, что первоначально благодаря слухам журналисты сочли жертвой Лиззи Фишер (или Фрейзер), которая действительно проживала на втором этаже, у неё был 12-летний сын.
Возвращение в Лондон По некоторым сведениям, Келли была известна под прозвищем «Белая Эмма», почему ей дали такое прозвище, неизвестно: из-за её светлых волос, цвета кожи, её красоты или по другим её качествам. Некоторые газеты писали, что её называли «Рыжей» из-за её предположительно рыжих волос (хотя и по этому вопросу среди источников нет согласия, в результате чего ответ на вопрос о цвете её волос находится в широком диапазоне, начиная от светло-пепельных до тёмно-каштановых). Другие газеты писали, что её называли «Мэри Маккарти» (по фамилии хозяйки квартиры, в которой она проживала к моменту своей гибели). Она тяготела к более бедному району Ист-Энду и, по сообщениям, жила с человеком по имени Морганстоун близ Commercial Gas Works в районе Степни и позднее — со штукатуром по имени Джо ФлеммингEvans and Rumbelow, p. 177; Evans and Skinner, p. 369; Fido, p. 85.
Когда Келли бывала пьяной, она пела ирландские песни, часто бывала сварливой и даже оскорбляла окружающих, благодаря чему её прозвали «мрачной Мэри». Маккарти говорила, что «она была очень тихой, пока была трезвой, но выпив, становилась шумной». Впервые Барнет встретил Келли в апреле 1887 года. На следующий день они снова встретились и решили жить вместе. В начале 1888 они переехали в меблированную комнату по адресу 13 Миллерс-Корт позади , 26. Комната имела форму квадрата стороной 12 футов, в ней были кровать, три столика и стул. Над камином висела копия «The Fisherman’s Widow». Келли потеряла свой ключ от двери и открывала и закрывала дверь, просовывая руку через разбитое стекло рядом с дверью. Соседка Келли немка Джулия Вентурни сказала, что окно разбила сама Келли, когда была пьяной. Барнет работал грузчиком на , но вскоре потерял работу, и Келли вернулась к занятиям проституцией. 30 октября, за неделю до смерти Келли, Барнет съехал, поскольку произошла ссора с другой проституткой (Барнету было известно только её имя: Джулия). В то же время Барнет продолжал посещать Келли.
Последний раз Барнет был у Келли 8 ноября между 19:00 и 20:00. Барнет видел её в компании её подруги Марии Харви. Харви и Барнет ушли одновременно. Барнет вернулся в свою комнату, где играл в карты с другими обитателями, пока не отошёл ко сну в 00:30.
Мэри Энн Кокс, проститутка, проживавшая по адресу Miller’s Court, которая говорила о себе как о «несчастной вдове» заявила, что видела, как около 11:45 пьяная Келли возвращалась домой в компании тучного рыжего мужчины в котелке с банкой пива. Кокс и Келли пожелали друг другу доброй ночи. Келли прошла в свою комнату вместе с мужчиной, после чего оттуда донеслась её песня «A Violet I Plucked from Mother’s Grave When a Boy». Она всё ещё пела, когда Кокс вышла из дома в полночь и когда вернулась после 1:00. Элизабет Прейтер, проживавшая в комнате над Келли, показала, что, когда она легла спать в 1:30, пение прекратилось.
Чернорабочий Джордж Хатчинсон, знавший Келли, показал, что встретил её около 2:00, она попросила у него взаймы шесть пенсов. Он утверждал, что дал ей взаймы и что, когда Келли пошла дальше, к ней подошёл мужчина «еврейской наружности». Позднее Хатчинсон дал полиции очень подробное описание внешности этого мужчины, даже упомянул о цвете его глаз. Он показал, что слышал, как они разговаривали на улице напротив здания суда, где проживала Келли. Она пожаловалась, что потеряла свой платок, и мужчина дал ей один из своих красных платков. Хатчинсон заявил, что Келли и мужчина пошли к ней в комнату, он последовал за ними и более никогда их не видел, а в 2:45 прекратил свои наблюдения. Прачка Сара Льюис частично подтвердила показания Хатчинсона, заявив, что, когда в 2:30 она зашла в здание (чтобы провести ночь с Кейлерами, своими друзьями), она видела мужчину, наблюдавшего за входом в здание Миллерс-Корт. Хатчинсон сказал, что подозревал этого человека, хотя казалось, что Келли с ним знакома, поскольку он со своим богатым видом выглядел довольно необычно для этого района, но доложил об этом полиции, только когда следствие по делу Келли было поспешно закончено. Детектив , возглавлявший расследование, полагал, что информация Хатчинсона очень важна, и послал с ним полицейских, чтобы тот указал на того мужчину, если ещё раз увидит его. Имя Хатчинсона более не появлялось в сохранившихся полицейских записях, поэтому невозможно сказать с определённостью, было его доказательство окончательно подтверждено, опровергнуто или отброшено. Главный инспектор Уолтер Дью в своих воспоминаниях не принимает в расчёт показаний Хатчинсона на основании того, что он видел это в другой день, а не в ночь перед убийством. Глава уголовного розыска позднее говорил, что единственный свидетель, который дал точное описание убийцы, был евреем. Некоторые современные исследователи полагают, что Хатчинсон сам был Джеком-потрошителем и пытался запутать полицию ложным описанием преступника. Другие считают, что он хотел привлечь внимание к истории, которую планировал продать прессе.
Кокс вернулась домой в 3:00. Она показала, что не слышала ни звука и не видела света в комнате Келли. Элизабет Прейтер, которую разбудил котёнок, ходивший по её шее, и Сара Льюис показали, что в 4:00 слышали слабый крик «Убийство!», но не отреагировали на него, поскольку такие крики часто слышались в Ист-Энде. Она заявила, что спала и в течение ночи слышала, как люди заходили в здание суда и выходили из него. Ей показалось, что она слышала, как некто выходил из здания в 5:45. Прейтер вышла из здания в 5:30, чтобы выпить рома в публичном доме «», и ничего подозрительного не видела.
Убийство
Утром 9 ноября 1888 года в ежегодно отмечаемый домовладелец Джон Маккарти послал своего помощника — отставного солдата Томаса Боуэра — собрать плату за жильё. Келли уже шесть недель не платила за жильё, общая сумма долга составляла 29 шиллингов. После 10:45 Боуэр постучал в её дверь, но никто не отозвался. Он заглянул в щель окна, отодвинув в сторону пальто, которое использовалось как занавеска, заглянул в комнату и увидел там чудовищно изуродованное тело Келли, лежащее на кровати.
Газета «Manchester Guardian» в выпуске от 10 ноября 1888 сообщила, что сержант Эдвард Бэдхем и инспектор Уолтер Бек отправились по адресу Miller’s Court, 13, как только перепуганный Боуэер сообщил им про убийство. Бек заявил, что он здесь старший полицейский офицер и Бэдхем может сопровождать его, но не должно остаться никаких записей, подтверждающих, что Бэдхем был с ним. 12 ноября Бэдхем должен был отправиться на полицейский пост на Коммерческой улице. Следствие по делу Келли было закончено в этот же день около 6 часов вечера. Джордж Хатчинсон явился на пост, чтобы дать свои показания Бэдхему.