Фриц Фишер (, 5 марта 1908, Людвигсштадт, Бавария, Германская империя — 1 декабря 1999, Гамбург, Германия) — немецкий историк, известный своими работами по анализу причин Первой мировой войны.

Биография Фриц Фишер родился в Людвигсштадте в Баварии. Высшее образование получил в Берлинском университете и Университете Эрлангена, где он изучал историю, педагогику, философию и теологию. В 1935 году получил степень доктора богословия, в 1937 году — докторскую степень по истории за работу «Мориц Август фон Бетман-Гольвег и немецкий протестантизм»Geiss, Imanuel, Wendt, Bernd Jürgen (Hrsg.). Fritz Fischer zum 65. Geburtstag.//Deutschland in der Weltpolitik. — Düsseldorf 1973. — S. 10..

Уже в первые годы существования Веймарской республики Фишер был вовлечён в националистическое молодёжное движение: в 1922 году он, будучи старшеклассником, вступил в праворадикальную организацию Große Kracht, Klaus. Fritz Fischer und der deutsche Protestantismus.// Zeitschrift für Neuere Theologiegeschichte 10, Heft 2 (2003), S. 224—252.. В 1933 году вступил в СА, в 1937 году — в НСДАП. Под влиянием своего учителя, берлинского историка Эриха Зееберга, симпатизировавшего национал-социализму, Фишер в 1933 году принял участие в  — кампании за подчинение церкви государственной власти, поддержав движение «Немецких христиан» и идею создания единой «Имперской церкви» на национальной основеUllrich, Volker. Griff nach der Wahrheit. Der berühmte Historiker Fritz Fischer im Zwielicht. // Die Zeit, №. 4, 15. Januar 2004..

В это время нацисты проводили реформу исторической науки. Из университетов увольнялись старые профессора, их места занимали члены партии или сочувствующие. , возглавляемая , была расформирована, вместо неё учреждён , которым руководил нацистский историк . В 1939 году Фишер стал стипендиатом Имперского института истории новой Германии, возглавляемого Франком, с которым он поддерживал тесные отношенияKlee,Ernst. Das Personenlexikon zum Dritten Reich. Wer war was vor und nach 1945. 2. Auflage. — Fischer Taschenbuch Verlag, Frankfurt am Main 2005. — S. 152.. Стипендия была предоставлена Фишеру за его работу о протестантских течениях и немецком национальном движении XIX века. В ней он обвинял религиозные движения лютеран-конфессионистов и пиетистов в том, что они отвергли идеи национального объединения в 1860-х годов и стали врагами «недавно пробудившегося народного сознания». Фишер пришёл к выводу, что протестанты сначала выступали против отцов-основателей немецкого национального движения, затем — против Бисмарка и, наконец — против Гитлера как «исполнителя воли народа»Petzold, Stephan. The social making of a historian: Fritz Fischer’s distancing from bourgeois-conservative historiography, 1930-60.//Journal of Contemporary History. 2013 — S. 271—289.. Стипендия Имперского института истории новой Германии стала важным шагом в интеграции Фишера в нацистскую историческую науку.

Фишер активно поддерживал экспансионистскую политику Третьего рейха. В 1938 году он записался добровольцем в вермахт и участвовал в оккупации Судетской области. В октябре 1941 года в письме к Эриху Ботценхарту, заместителю Вальтера Франка, Фишер сожалел о том, что не может принять участие в «Великом походе на Восток», но счастлив, что может «снова прочесть несколько лекций перед батареями зимой». Темами лекций были «Проникновение иудаизма в культуру и политику Германии за последние 200 лет», «Проникновение еврейской крови в высший класс Англии» и «Роль иудаизма в экономике и государстве США».

По словам историка Хартмута Погге фон Страндмана, Фишер покинул НСДАП в 1942 годуStrandmann, Hartmut Pogge von. Obituary: Professor Fritz Fischer.// The Independent, № 13. Dezember 1999.. Однако в том же году, по инициативе Адольфа Рейна (ректора Гамбургского университета в 1934—1938 гг.), Фишер был назначен на должность экстраординарного профессора Гамбургского университета. В письме от марта 1943 года Фишер поблагодарил Вальтера Франка за активное содействие его назначению.

В период Сталинградской битвы Фишер высоко оценивал действия политических и военных нацистских лидеров за «дерзость и последовательность, с которыми [они] используют все доступные ресурсы для обеспечения победы и, следовательно, существования Рейха». В начале 1943 года он также задался вопросом, действительно ли германское вторжение в Советский Союз было мотивировано желанием противостоять «угрозе военной и политико-пропагандистской мощи Советской России» или, возможно, существовали «насущные экономические потребности, которые заставили нас цепляться за ресурсы России». Эти сомнения, тем не менее, не заставили Фишера дистанцироваться от нацистских идей, поскольку он опасался «подчинения [со стороны] Азии, господства крови над ведущими классами, их истребления или порабощения американскими банкирами и евреями».

Ученик Фишера Фолькер Ульрих в 2004 году оценивал его сотрудничество с нацизмом как «моральную беспринципность» ради карьеры, тем не менее, Ульрих не верил, что Фишер был убеждённым национал-социалистом.

По мнению английского историка Стефана Петцольда, к началу 1940-х годов Фишер уже был сформировавшимся нацистом и эти убеждения сохранял до конца Второй мировой войны. Лишь после окончания войны, когда Фишер — в период с 1945 по апрель 1947 года — являлся военнопленным американских вооружённых сил, «которые стремились способствовать политическому перевоспитанию и переориентации», его взгляды радикально изменились. В январе 1946 года Фишер был переведён в лагерь для военных преступников в Дахау, что, как считает Петцольд, окончательно утвердило его в желании пересмотреть ход германской истории.

В 1948 году Фишер вернулся должность профессора в Гамбургском университете, которую получил ещё в 1942 году, и занимал её до выхода на пенсию в 1973 году. В 1974 году он получил Крест за заслуги перед ФРГ, а в 1987 году — Крест за заслуги перед ФРГ Первой степени. Умер в Гамбурге в 1999 году в возрасте 91 года.

«Полемика Фишера»

«Рывок к мировому господству» (1961) Уже в 1957 году Фишер начал систематически искать в национальных архивах информацию о военных целях Центральных держав. Он был одним из первых немецких историков, получившим доступ к документам Министерства иностранных дел Германской империи и Рейхсканцелярии, которые союзники держали под замком, а также — с разрешения правительства ГДР — был допущен в Потсдамский центральный архив. Первым результатом его исследования стала статья «Германские военные цели. Революция и сепаратный мир на Востоке 1914—1918», которую он опубликовал в 1959 году в журнале «Historischen Zeitschrift». В ней Фишер описывал военные цели германского правительства как установление гегемонии в Европе и создание «мировой державы», представляя их как продолжение предвоенной «мировой политики» ГерманииFrie, Ewald. Das Deutsche Kaiserreich. Wissenschaftliche Buchgesellschaft, 1. Auflage 2004, — ISBN 3-534-14725-1, — S.86-87..

Статья была критически воспринята многими исследователями, но ещё не рассматривалась как «объявление войны» западногерманскому научному сообществу, поскольку Фишер, как тогда казалось, лишь внёс неортодоксальный, но всё же заслуживающий обсуждения вклад в дискуссию о военных целях. Историк Герхард Риттер, вскоре ставший главным оппонентом Фишера, писал ему, что статья может оказаться «очень интересным аргументом»Cornelißen, Christoph. Gerhard Ritter. Geschichtswissenschaft und Politik im 20. Jahrhundert. — Düsseldorf 2001, — S. 599..

Свои тезисы Фишер развил в книге 1961 года «Griff nach der Weltmacht. Die Kriegszielpolitik des kaiserlichen Deutschland 1914—1918» (в русском переводе — «Рывок к мировому господству. Политика военных целей кайзеровской Германии в 1914—1918 гг.»), в которой отстаивал утверждение, что Первая мировая война была спровоцирована империалистическим стремлением Германской Империи стать «мировой державой». Книга вызвала в Германии огромный резонанс и спровоцировала дискуссию, названную впоследствии «полемикой Фишера» (нем. «Fischer-Kontroverse»). В последующие три года книга была дважды переиздана в ФРГ и стала бестселлером.

Идеи Фишера разрушили консенсус, установившийся в германской историографии до Второй мировой войны, согласно которому, цели Германии в Первой мировой войне были исключительно оборонительными и ни на одно из государств-участников войны нельзя возложить исключительную вину за события июля-августа 1914 года. Фишер, не только возлагал главную ответственность за «развязывание войны» на Германию, но и — сначала завуалированно, а в последующих публикациях всё более откровенно — проводил параллель между Германией кайзеровского периода и нацистской Германией, настаивая на политической и идеологической преемственности между Германской империей и Третьим рейхом. Сам Фишер охарактеризовал свою работу как «вклад в проблему преемственности в истории Германии от Первой до Второй мировой войны»Fischer, Fritz. Griff nach der Weltmacht. Die Kriegszielpolitik des kaiserlichen Deutschland 1914/18, — Düsseldorf 1964, — S. 12..

Это противоречило сложившимся в немецком обществе представлениям, согласно которым приход к власти нацистов воспринимался как «роковая случайность» и разрыв с историческими традициями германской государственности, обусловленный унизительными для Германии условиями Версальского мира, а также экономическими и политическими кризисами Веймарской республики.

Хотя книга охватывала весь период Первой мировой войны, интерес общественности вызвали в основном первые две главы, затрагивающие события Июльского кризиса 1914 года и начала войны. В них основное внимание Фишер уделял найденной им в Потсдамском архиве т. н. «Сентябрьской программе» — наименование, данное им письму канцлера Германии Теобальда фон Бетмана-Гольвега к статс-секретарю Имперского ведомства внутренних дел Клеменсу фон Дельбрюку от 9 сентября 1914 года, в котором канцлер излагал свой проект послевоенного устройства Европы. Фишер признавал, что «программа не представляла собой собственные требования канцлера, а отражала идеи ведущих фигур в бизнесе, политике и армии», но утверждал, что «руководящие принципы, изложенные в программе, были, по сути, основой всей политики Германии в части военных целей до конца войны»Fischer, Fritz. Griff nach der Weltmacht. Die Kriegszielpolitik des kaiserlichen Deutschland 1914/18. — Düsseldorf, 1964. — S. 119.. Затем Фишер интерпретировал эти цели войны как закономерное следствие германской империалистической «мировой политики», подчёркивая, что Германская империя стремилась к гегемонии в Европе ещё до войны.

Фишер возлагал на германское правительство ответственность не только за предвоенную внешнюю политику в целом, но и непосредственно за события июля 1914 года, доказывая, что убийство эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево 28 июня 1914 года приветствовалось руководством Германской империи, поскольку соответствовало их далеко идущим целям. По мнению Фишера, Берлин подталкивал Вену как можно скорее объявить войну Сербии и — вопреки официальным заявлениям — систематически препятствовал мирному урегулированию конфликтаFischer, Fritz. Griff nach der Weltmacht. — Düsseldorf, 1961. — S. 97..

Полемика и критика Оппоненты Фишера, такие как , Герхард Риттер, и , считали, что Германия в 1914 году действовала в целях самообороны и ни в коем случае не является главным виновником войны.