Грузино-добровольческий конфликт — военно-политический конфликт между Добровольческой армией (затем ВСЮР) и Грузинской Демократической республикой в сентябре 1918 — начале 1920 года.
Первые контакты добровольцев с Грузией Преследуя Таманскую армию, добровольцы узнали, что в районе Туапсе стоят грузинские части генерала Г. И. Мазниева, при которых находятся шесть сотен кубанцев. Генерал М. В. Алексеев направил грузинам продовольствие, в котором они испытывали нехватку, а 29 августа послал грузинскому правительству письмо, в котором выражал надежду на союз и сотрудничество, и предлагал наладить обмен продовольствия на оружие и боеприпасыДеникин, т. 3, с. 398—399. Между тем таманцы выбили Мазниева из Туапсе, и 8 сентября конный полк добровольцев занял городДеникин, т. 3, с. 399. По другим сведениям, передовые части отряда А. П. Колосовского подошли к Туапсе только 13 сентября, и к тому времени город вновь был занят грузинамиМарковцы, с. 73.
Мазниев уступил добровольцам северную часть Туапсе. Боеспособность грузинских войск, уже разбитых таманцами при штурме города, была, по мнению белых, настолько низкой, что слабый отряд Колосовского мог бы без труда занять юг Черноморской губернии. Враждебных действий, однако, было решено не предпринимать, поскольку обзаводиться новым врагом добровольцам было ни к чему. Грузинские солдаты, в массе своей, против русских сражаться также не желали, а к службе относились настолько беспечно, что как-то ночью артиллеристы-марковцы похитили у них два орудия и зарядные ящики. А через несколько дней генерал Мазниев, под предлогом развала своих частей, передал русским бронепоезд, получивший название «Витязь»Марковцы, с. 74—75.
Сотрудничества не получилось. Грузия заняла враждебную белым позицию. Генерал Мазниев был отозван, как человек пророссийской ориентации, и заменен генералом Кониевым. Грузинские войска были отведены на 30 километров от Туапсе, и образовали фронт, к которому были стянуты части народной гвардии (до 3 тыс. при 18 орудиях). На побережье у Сочи, Дагомыса и Адлера грузины начали возводить укрепления, а в последних двух пунктах даже высадился небольшой немецкий десант.
Помимо дискриминации русского населения и других национальных меньшинств в самой Грузии, Деникин обвинял грузинские власти в разграблении Сочинского округа (в состав которого до конца 1917 входил и Гагрский участок).
В сочинском округе грузины, по-видимому, не особенно надеялись удержаться, а потому с первых же дней оккупации приступили к разорению его, отправляя все, что возможно, в Грузию. Так была разграблена Туапсинская железная дорога, причём увозились рельсы, крестовины, материалы, даже больничный инвентарь; распродано с аукциона многомиллионное оборудование Гагринской климатической станции, разрушено лесопромышленное дело в Гаграх; уведен племенной скот, разорены культурные имения и т. д. Все это делалось не в порядке «обычаев гражданской войны», а в результате планомерной тифлисской политики.
Переговоры в Екатеринодаре По приглашению добровольческого командования грузинское правительство направило в Екатеринодар делегацию во главе с министром иностранных дел Е. П. Гегечкори, которого сопровождал Мазниев. 25—26 сентября состоялись переговоры с грузинами при участии представителей кубанского правительства и радыДеникин, т. 3, с. 400.
Добровольческую армию представляли Алексеев, Деникин, А. М. Драгомиров, А. С. Лукомский, И. П. Романовский, В. А. Степанов и В. В. Шульгин, начавший в Екатеринодаре издавать газету «Великая Россия». Со стороны Кубанского правительства в переговорах участвовали атаман А. П. Филимонов, глава правительства Л. Л. Быч и Н. И. Воробьев, член правительства по делам здравоохранения.
Важнейшим вопросом была судьба военного имущества бывшего Кавказского фронта. Основные склады располагались на грузинской территории и добровольцы рассчитывали получить вооружение и боеприпасы если и не безвозмездно, в виде союзнической помощи, то хотя бы в обмен на продовольствие.
Другой проблемой был Сочинский округ, оккупированный грузинскими войсками. Добровольцы требовали очистить эту территорию, на которую Грузия не имела никакого права. По сведениям Деникина, из 50 сел этого округа 36 были русскими, 13 — со смешанным населением, и только одно грузинское. Грузины составляли всего 10,8 % населения. Был также поднят вопрос и об Абхазии, которая, по мнению белых, была насильственно присоединена к Грузии, но никаких требований на её счёт предъявлено не былоДеникин, т. 3, с. 402—403. Деникин и Алексеев давали грузинам понять, что если те оставят Сочинский округ, то на Сухумский Добровольческая армия претендовать не будет.
Гегечкори заявил в ответ, что, по его сведениям, в Сочинском округе грузины составляют 22 % населения, а в ходе начавшегося затем жаркого спора заявил, что Добровольческая армия не может представлять интересы русского населения, так как является частной организацией. На это ему было сказано, что независимой Грузии было бы лучше заниматься своими внутренними проблемами и не вмешиваться в дела русских, которые сами решат, какие у них организации частные, а какие нет. Напоследок грузинскому представителю ещё раз напомнили о существовании абхазского вопросаДеникин, т. 3, с. 403.
Кубанский представитель Быч не поддержал добровольцев на переговорах, и вскоре выяснилось, почему. Одновременно с официальными переговорами кубанцы заключили с Грузией тайное соглашение, о котором Быч рассказал 24 ноября на заседании Рады. По его словам, грузины пообещали передать Сочинский округ КубаниДеникин, т. 3, с. 403—404.
Обосновавшаяся в Сочи революционная демократия была с этим несогласна. Признавая, что округ экономически тяготеет к Кубани, «Сочинский объединённый совет демократических партий» тем не менее отказался входить в её состав, не желая оказываться под властью военной диктатуры. 1 октября он постановил, что грузинское правительство должно немедленно особым декретом временно присоединить округ к своей республике, а также упомянутое правительство должно установить товарообмен с Кубанью, чтобы обеспечить население продовольствиемДеникин, т. 3, с. 404Авалиани, с. 7—8.
Деникин по этому поводу ехидно заметил:Итак, «свободы» — грузинские, а хлеб — русский.
После провала переговоров Деникин закрыл границу с ГрузиейДеникин, т. 3, с. 405.
По мнению белых генералов, враждебная позиция Грузии была следствием её зависимости от Германии.
Сочинский конфликт Деникинские войска встали южнее Туапсе, заняв передовыми частями (батальон кубанских стрелков и взвод 1-й батареи марковцев) село Лазаревское. Против них у станции Лоо стояли грузинские войска генерала КониеваДеникин, т. 4, с. 280. Белые опасались столкновения с немецкими войсками, а потому некоторое время в Сочинском округе сохранялось положение «ни мира, ни войны». Продолжалось разграбление округа грузинами и притеснения русского и армянского населения. Блокада и натуральный налог, введённый грузинами, усилили начавшийся в округе голод. Жители округа направляли добровольцам послания и депутации с просьбой освободить их от грузинской оккупации. При этом меньшевики и эсеры продолжали поддерживать ГрузиюДеникин, т. 4, с. 281.
Наступление белых 22 декабря из-за начавшейся грузино-армянской войны начался отвод грузинских войск из Сочинского округа. Деникин воспользовался ситуацией и приказал своим частям, не вступая в бой с грузинами, занимать оставляемые ими территории. 29 декабря грузины оставили станцию Лоо, которую тотчас заняли добровольцы. Затем отступление грузин приостановилось и в течение месяца стороны занимали позиции на реке Лоо.
22 января Деникин получил от командующего английскими силами на Кавказе генерала Форестье-Уокера сообщение с требованием остановить продвижение в сочинском округе до получения согласия британского командования. 27 января Деникин направил протест британскому командующему на Балканах и Чёрном море генералу Дж. МилнуДеникин, т. 4, с. 282.
Тем временем в прифронтовом и адлерском районе началось армянское восстание. Грузинское правительство 31 января приняло решение о карательной экспедиции. Несколько дней грузины при помощи артиллерии громили восставшие армянские села. Армяне обратились за помощью к Деникину и тот приказал войскам занять Сочинский округДеникин, т. 4, с. 283—284. Командующий войсками в Черноморье генерал М. Я. Бурневич предъявил Кониеву ультиматум с требованием сдать оружие и боеприпасыАвалиани, с. 8. 6 февраля белые с боем перешли реку Лоо и заняли Сочи, а затем за четыре дня заняли весь округ, дойдя до реки Бзыбь. Генерал Кониев и его начальник штаба были взяты в плен, в Сочи было интернировано 43 офицера и 700 солдат, которых затем отправили в Грузию. В ответ в Грузии усилили репрессии против русских.
Наступление белых вызвало восстания абхазов и армян в Сухумском округе. Их представители вновь просили помощи у Деникина. 14 февраля тот направил Милну и Уокеру телеграмму с предложением объявить Сухумский округ нейтральным, вывести оттуда грузинские войска и администрацию, и передать функции управления и поддержания порядка абхазским формированиямДеникин, т. 4, с. 284.
Англичане, выступившие в поддержку Грузии, пытались оказать давление на Деникина, в ультимативной форме потребовав очищения Сочинского округа, угрожая в противном случае прекратить военные поставки, но получили решительный отказДеникин, т. 4, с. 285. Дальнейшие переговоры ни к чему не привели, и британцам пришлось ограничиться вводом роты солдат в Гагру. Эта часть стала на реке Бзыби, разделив противоборствующие стороны, с которых было взято обещание не переходить рекуДеникин, т. 4, с. 288.
Наступление грузин Весной 1919 года Деникин перебросил большую часть войск с грузинского фронта на более важные направления. Англичане дали ему официальные заверения, что не допустят переправы грузин через Бзыбь. Тем не менее, к началу апреля грузины сосредоточили за Бзыбью 5 — 6 тыс. человек и 20 орудий, готовясь к наступлениюДеникин, т. 4, с. 290.
При поддержке Грузии 8 апреля в Сочинском округе началось восстание «зеленых»Деникин, т. 4, с. 291.
17 апреля грузины перешли Бзыбь и ударили по передовому отряду белых: Кавказскому офицерскому полку генерала Ушака. Белые отбили атаку, но оказалось, что высоты в тылу заняты зелеными. Войскам пришлось отходить за реку Мзымту с большими потерями. Только 20 апреля высланные из Сочи подкрепления овладели Адлером и Пластунским, базой восстания, после чего движение зеленых пошло на убыль. Грузины дошли до Мзымты, но затем отступили на МехадырьДеникин, т. 4, с. 293.
Стабилизация фронта Деникин вновь закрыл границу с Грузией и приказал войскам Черноморья перейти в наступление и занять Сочинский и Сухумский округа. Однако, к 3 мая на фронте удалось собрать только 2 800 человек при 13 орудиях. Флот также был слишком слаб для проведения десанта: имевшиеся корабли были заняты обороной керченских позиций.
Эти обстоятельства заставили белого командующего согласиться на просьбу генерала Ч. Бриггса отменить наступление и провести с Грузией переговоры при английском посредничествеДеникин, т. 4, с. 296. Бриггс встретился в Тифлисе с Н. Н. Жордания и дважды вел переговоры с представителями грузинского правительства, которых предупредил о том, что не следует игнорировать интересы русских, ибо «англичане уйдут, а Россия останется навсегда». Переговоры ни к чему не привели. Грузины категорически отказались отходить с Мехадыри, несмотря на формальные требования со стороны англичан в апреле и июне, так как надеялись, что Парижская мирная конференция установит выгодные для них границы,. По мнению грузинского правительства, территория между Мехадырью и Бзыбью была необходима как буфер против возможных враждебных действий Добровольческой армии.Авалов, с. 199