Воробьёвский дворе́ц — одна из загородных резиденций великих князей Московских, русских царей и российских императоров, существовавшая на территории Москвы в XV—XIX веках на Воробьёвых горах, примерно в пятистах метрах западнее от пересечения современных улицы Косыгина и проспекта Вернадского.
Воробьёвы горы получили своё название по располагавшемуся здесь селу, которое являлось центром местности и находилось на высоком правом берегу Москвы-реки.
Поселение здесь впервые упоминается в духовной грамоте великой княгини Софьи Витовтовны 1453 года как «поповское село Воробьёво»Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в коллегии иностранных дел. ч.1 стр. 192. Москва, в типографии Н. С. Всеволожского, 1813Сытин П. В. Из истории московских улиц. Издательство: М., Московский рабочий, 1958. Воробьёво принадлежало потомкам московского боярина Юрия Воробьёва (который в 1352 году был отправлен великим князем Симеоном Гордым в Царьград для утверждения на московскую митрополичью кафедру святителя АлексияПолное собрание русских летописей: Т. 20. 1-я половина. Львовская летопись. Ч. 1. Под ред. С. А. Андианова. — СПб: Типография М. А. Александрова, 1910) и боярскому роду Воробьёвых, по имени которых и было названо (см. также здесь)Тихомиров М. Н. Труды по истории Москвы. Москва, Издательство: Языки славянской культуры, 2003 — ISBN 5-94457-165-9Борисов Н. С. Повседневная жизнь Средневековой Руси накануне конца света. Москва, Издательство: Молодая гвардия, 2004 — ISBN 5-235-02752-3, с.113Прим. В книге под ред. Аверьянова К. А. «История московских районов» (2005 г.) утверждается, что владельцем села Воробьёва был якобы Кирилл Воро́ба. Однако тогда село называлось бы Воро́бино (ударный второй слог) исходя из этимологии его прозвища (вороба — деревянное приспособление для наматывания пряжи, шёлка (), мотовило (). При этом настоящее название села Воробьёво (ударный третий слог) всегда имело «птичью» этимологию и ни с чем другим никогда не ассоциировалось. Кроме того, в книге не упоминается московский боярин Юрий Воробьёв (1352—1353 гг.) во избежание прямых ассоциаций с селом Воробьёво, что не даёт оснований считать версию автора книги убедительной.Прим. Село Воро́бино находилось на юго-востоке, а не на юго-западе Москвы недалеко от Новоспасского монастыря, который стоит на месте родовой вотчины бояр Романовых, родоначальником которых был Андрей Кобыла. Кирилл Воро́ба был племянником последнего и, следовательно, их родовые вотчины были рядом.На другом берегу Москвы-реки на Лужнецкой набережной напротив Воробьёвых гор расположена часовня в честь крестителя Руси равноапостольного князя Владимира Святославича, при дворе которого воспитывался вероятный родоначальник боярского рода Воробьёвых новгородский посадник Воробей Стоянович. Часовня князя Владимира, именем которого крайне редко называют храмы в России, очень хорошо видна с Воробьёвых гор..
После приобретения Воробьёва Софьей Витовтовной село на протяжении нескольких столетий оставалось в собственности великих князей Московских, затем — русских царей, а впоследствии — и российских императоров.
Дворец в конце XV — начале XVII веков
Вскоре после покупки в 1453 году село превращается в великокняжескую резиденцию; здесь перестраивается древняя деревянная церковь, существовавшая ещё при старых хозяевах — боярах Воробьёвых, и строится загородный деревянный дворец. В усадьбу, огороженную высокими заборами, вели большие пёстро расписанные ворота. Сами хоромы представляли собой обширную постройку, крытую тёсом, с многочисленными башенками; переходы окружали перила из точёных балясин, многочисленные окна имели стеклянные и слюдяные оконницы, вставленные в резные косяки. Внутри здания находились изразцовые печи, на стенах, обитых красным сукном, «в рамах золочёных и лазоревых» висели картины, образа, «писаны живописным письмом». Рядом была выстроена церковь, обставленная с исключительной роскошью. Вокруг хором теснились хозяйственные службы: бани, ледники, погреба, житницы, скотный и конюшенный дворы, зеленела берёзовая роща, заменявшая парк; тут же был пруд-садок, в котором держали осетров, стерлядей и другую рыбу. В роще на свободе разгуливали олени, по реке плавали лебеди. При усадьбе имелись пашенные земли, фруктовые сады, сенокосы, мельницы. Всё это хозяйство обслуживали многочисленные дворовые люди.
В дальнейшем с начала XVI века Воробьёво становится самым любимым местом пребывания великого князя Василия III. При нём расширяется и перестраивается деревянный загородный дворец, для украшения которого великий князь прилагал большие усилия.
Как и все богатые постройки того времени, Воробьёвский дворец имел два яруса: жилым был только второй ярус с повалушами, в котором находились также и великокняжеские опочивальни, первый же использовался исключительно как склад для оружия, конской упряжи, одежды и проч. Известно, что дворец стоял на каменном фундаменте.
В 1521 году при внезапном нападении на Москву крымского хана Мехмеда I Герая один из передовых татарских отрядов занял великокняжеское село Воробьёво и вступил в Воробьёвский дворец, в котором в этот момент находился Василий III. Ничего не подозревающие татары разграбили Воробьёвский дворец и все дворцовые погреба, но великого князя, укрывшегося тогда в стоге сена, они не нашли.
В дальнейшем и село Воробьёво, и находящийся там загородный великокняжеский Воробьёвский дворец не раз попадают на страницы русских летописей. Так в 1533 году, за несколько дней до своей смерти, тяжелобольной Василий III, возвращаясь с охоты под Волоколамском, приказал остановиться в Воробьёвском дворце. Там он, жестоко страдая, пробыл два дня. Ещё через два дня он въехал в Кремль через Боровицкие ворота, а на другой день, 3 декабря 1533 года, скончался.
Во время пожара Москвы 21 июня 1547 года царь Иван IV Грозный вместе с домочадцами и боярами укрылся в селе ВоробьёвеПолное собрание русских летописей: Т.29. Летописец начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича. Александро-Невская летопись. Лебедевская летопись. М.: Наука. 1965. Около церкви Живоначальной Троицы, откуда открывался ужасающий вид на пылавшую Москву, произошла его знаменательная беседа с протопопом Сильвестром, который указал царю, что Всевышний явил к нему Свой гнев, спалив Москву. Беседа подействовала на царя самым благотворным образом.
Очень примечательно дошедшее до нашего времени обличение блаженным Василием царя Ивана IV Грозного, который, стоя на литургии в церкви, пребывал не в молении к Богу, а в рассеянии, «ходя мыслью по Воробьёвым горам и строя там себе дворец». Вероятно, царь прикидывал, каких размеров будет новый Воробьёвский дворец и во что обойдётся его постройкаОднажды царь Иван IV Грозный во время литургии размышлял о построении нового дворца на Воробьёвых горах. Блаженный Василий стоял в углу и наблюдал за ним. После литургии он сказал царю: «Я видел, где ты истинно был: не в святом храме, а в ином месте». — «Я нигде не был, только в святом храме», — отвечал царь. Но блаженный сказал ему: «Твои слова не истинны, царь. Я видел, как ты ходил мыслью по Воробьёвым горам и строил дворец». С тех пор царь стал ещё больше бояться и чтить святого..
В связи с тем, что село Воробьёво очень часто в средние века захватывалось внезапно появляющимися под Москвой татарами, Воробьёвский дворец неминуемо как великокняжеская и царская резиденция подвергался «разграблению, огню и мечу». Поэтому дворец вскоре после очередного татарского набега приходилось отстраивать вновь. Таким образом, в Воробьёве в средние века существовало несколько сменявших друг друга дворцов.
Дворец в конце XVII — начале XIX веков
Со временем Воробьёвский дворец уже давно нуждался в очередной перестройке. Известно, что царь Алексей Михайлович, также как и его предшественники, любил бывать на Воробьёвых горах: он ходил отсюда на молебен в патриаршее село Троицкое-Голенищево и поэтому решил сделать первый этаж дворца кирпичным.
Историки подмосковных сел Василий и Гавриил ХолмогоровыХолмогоров В. И., Холмогоров Г. И. Материалы для истории, археологии и статистики города Москвы. Ч.1 — 1884, Ч.2 — 1891 приводят дату строительства последнего царского дворца на этом месте: при царевне Софье Алексеевне в октябре 1684 г. «велено под деревянные хоромы сделать каменные подклеты в длину на 80 сажень без аршина, поперег на 6 саженей с полусаженью, пятьдесят житей, да под те хоромы проезд». Работы производил каменщик Архипка Данилов «со товарищи». Сооружённый дворец представлял собой здание высотой около 15 м и более 160 м длиной, стоявшее почти на бровке обрывистого холма. На каменном подклете находились два деревянных этажа, завершавшихся крутой крышей. Во дворце было 57 комнат.
Воробьёвский дворец, согласно модным архитектурным веяниям того времени, был построен в стиле так называемого «московского барокко». Известный исследователь И. Е. Забелин оставил достаточно подробные описания о назначении основных отделений Воробьёвского дворца, основанные на многочисленных документах.
Рядом с царским дворцом на Воробьёвых горах была построена и домовая дворцовая церковь, освящённая в честь иконы Богоматери «Живоносный источник». Была ещё и временная, так называемая полотняная церковь Воскресения Христова, упоминаемая с 1675 года, а под 1681 годом есть сведения о деревянной церкви во имя преподобного Сергия Радонежского в дворцовом саду.
Строительство дворца велось несколько лет и было завершено к 1690 году, когда на престоле был уже сын Алексея Михайловича Пётр I. Царь приезжал сюда и даже останавливался на несколько месяцев, развлекаясь потешными полками: как-то в Оружейную палату был прислан уже негодный, «из походу из села Воробьёва потешный большой барабан, верхняя кожа во многих местах пробита и снуры изорваны…». Здесь же на Воробьёвых горах родилась и ещё одна любимая петровская потеха — стрельба из пушек. Капитан Степан Зоммер, огнестрельный мастер, построил там небольшую крепость с пушками, стрельбой из которых Пётр отметил день своего рождения в 1683 году.
В дальнейшем в связи с переносом столицы из Москвы в Санкт-Петербург Пётр I практически не появлялся на Воробьёвых горах и отдал дворец своей сестре царевне Наталье Алексеевне, где она прожила некоторое время. Правда, в одну из своих поездок в Москву в декабре 1707 года царь всё же посетил Воробьёвы горы и Воробьёвский дворец для осмотра построенной там зеркальной фабрики Брокгаузена.
В 1732—1735 гг. был возведён новый дворец по проекту архитектора И. Ф. Мичурина в стиле так называемого «петровского барокко». По словам Корнелия де Бруина, который отсюда, «с высоты дворца Царского», нарисовал панораму Москвы, «в нижнем жилье этого дворца было 124 покоя, и я полагаю, что столько же было и в верхнем. Он обнесён был деревянною стеною; расположен же на высоте горы против Девичьего монастыря, по другую сторону Москвы реки в 3 верстах на запад от столицы».
При Анне Иоанновне за ветхостью Воробьёвского дворца было решено его снести, однако за неимением средств этого сделать не удалось. Через некоторое время в связи с идеей восстановления царской резиденции на Воробьёвых горах возникла острая необходимость всё осмотреть и снять «окуратные планы и профили с показанием на некоторое разстояние кругом ситуацы».
Известный архитектор и реставратор Н. В. Султанов случайно приобрёл эти обмерочные чертежи Воробьёвского дворца. Он опубликовал их, сопроводив своим исследованием по истории дворца.
Через несколько лет ветхий дворец привели в относительный порядок, предварительно снеся деревянные этажи, и посадили берёзовую рощу.