Втора́я чече́нская война́ (Вторая чеченская кампания; официально — часть контртеррористи́ческих опера́ций на террито́рии Се́веро-Кавка́зского регио́наФедеральный закон от 12.01.1995 N 5-ФЗ «О ветеранах», приложение, раздел III; ) — боевые действия и контртеррористические мероприятия на территории Чечни и приграничных регионов Северного Кавказа.
Началась 7 августа 1999 года с вторжения боевиков в Дагестан. Контртеррористическая операция (КТО) на территории Чечни была объявлена вскоре после этого, в сентябре 1999 года.
Активная фаза боевых действий продолжалась по конец февраля 2000 года и завершилась взятием федеральными силами под контроль Шатойского района Чечни. Затем, после завершения в апреле того же года боевой части контртеррористической операции, контртеррористические силы осуществили перегруппировку для долгосрочного проведения разведывательных и оперативно-розыскных мероприятий. Полномочия по руководству проведением контртеррористической операции были возложены сначала на Министерство обороны, с 22 января 2001 года — на ФСБ России, а с 1 сентября 2003 года — на МВД России. По мере установления контроля силовыми структурами Российской Федерации над территорией Чеченской Республики, территория Чечни переходила в ведение местных чеченских сил самоуправления и самообороны.
Вторая чеченская война официально завершилась с отменой в полночь 16 апреля 2009 года режима КТО.
Борьба с террористическим подпольем на территории Северного Кавказа продолжалась с 2009 года по 2017 год, когда, в соответствии с заявлением директора ФСБ России Александра Бортникова, бандитское подполье было окончательно разгромлено. Вместе с тем последние группировки вооружённого подполья, по данным властей Чеченской Республики, были уничтожены в начале 2021 года. При этом, на законодательном уровне Вторая чеченская война и последовавшая борьба с терроризмом на Северном Кавказе (2009—2017) рассматриваются вместе как контртеррористические операции на территории Северо-Кавказского региона с августа 1999 года; их окончание не установлено.
Предыстория
Ситуация после Хасавюрта Во время первой чеченской войны в августе 1996 года боевики в ходе операции «Джихад» захватили Грозный, но вскоре были блокированы в нём федеральными войсками. Однако, на фоне прошедших президентских выборов, ввиду непопулярности в российском обществе чеченской кампании, российское руководство решило начать работу по скорому прекращению военных действий в Чечне. Возражения со стороны командования Объединённой группировки войск России (Г. Н. Трошева, К. Б. Пуликовского и др.) и сил Чеченской Республики (правительства Д. Г. Завгаева), настаивавших на уничтожении взятых в плотное кольцо боевиков, были проигнорированы, и 31 августа того же года полномочным представителем президента по политическому урегулированию в Чечне А. И. Лебедем с лидером самопровозглашённой Чеченской Республикой Ичкерия А. А. Масхадовым были подписаны Хасавюртовские соглашения, по результатам которых российские войска выводились из Чечни, а вопрос о её статусе откладывался до 31 декабря 2001 года. В значительной степени те соглашения обусловили самостоятельное развитие Чечни вне правовых рамок Российской Федерации.
27 января 1997 года в Ичкерии прошли президентские выборы. На пост главы государства было выдвинуто более 20 кандидатур, но реальными претендентами считались 3 человека: и. о. президента ЧРИ Зелимхан Яндарбиев, начальник Главного штаба армии ЧРИ Аслан Масхадов, полевой командир Шамиль Басаев. Масхадов провозглашал своей целью создание независимого демократического светского чеченского государства. Этому должны были способствовать, на его взгляд, как установление мирных добрососедских отношений с Россией, так и укрепление взаимовыгодных контактов с Западом. Басаев и Яндарбиев позиционировали себя как радикальные исламисты, сторонники построения шариатского государства и дистанцирования от России. Победу на выборах одержал Масхадов, набрав более 59 % голосов избирателей, принявших участие в голосовании. Второе место (23,5 %) занял Басаев, и. о. президента Яндарбиев набрал 10 %. Заняв пост председателя правительства, Масхадов пытался консолидировать вокруг себя вчерашних оппонентов. Он назначил первыми вице-премьерами Шамиля Басаева и Мовлади Удугова. Зелимхан Яндарбиев отказался работать с администрацией Масхадова и вскоре перешел в оппозицию. Это был момент наибольшей консолидации чеченского общества за весь межвоенный период. У Масхадова практически не было серьёзных политических противников, парламент также поддерживал линию президента. Но, как показали дальнейшие события, масштаб и сложность стоявших перед чеченским президентом задач оказались несовместимы с его реальными возможностями.
После того, как завершилась первая чеченская война, экономическая ситуация в сумевшей отстоять фактическую независимость, но не получившей юридического признания Чеченской Республики Ичкерии была сложная, резко упал уровень жизни населения. В межвоенный период практически полностью исчезло нечеченское население. Абсолютное большинство чеченцев практически не имело законных средств к существованию, жило нередко в разрушенных войной домах. В то же время значительное количество оружия оказалось на руках у населения самопровозглашённой республики; произошла активизация преступных группировок. Во многих селах стали создаваться никому не подчинявшиеся местные отряды ополчения. Бывшие полевые командиры стали создавать собственные банды, которые занимались рэкетом, работорговлей, распространением наркотиков, насилием и похищением людей. В частности, в Надтеречном районе в ноябре 1997 года были захвачены два гражданина Украины, приехавшие на похороны матери, в 1998 году в соседних республиках Северного Кавказа регулярно похищались и вывозились в Чечню турецкие строители и бизнесмены, в январе 1998 года во Владикавказе (Северная Осетия) похищен гражданин Франции, представитель Верховного комиссара ООН по делам беженцев Венсент Коштель. Он был освобождён в Чечне 11 месяцев спустя. 3 октября 1998 года в Грозном похищены четыре сотрудника британской фирмы «Грейнджер телеком» (в декабре они были жестоко убиты и обезглавлены). Процветал нелегальный нефтяной промысел, выпуск и распространение фальшивых денежных купюр. Восстановление экономики республики и привлечение иностранных инвестиций были невозможны в условиях уголовного беспредела.
Главным же процессом в межвоенной Чечне, фактически давшем толчок к новой войне, стал конфликт между правительством Масхадова — с одной стороны и радикальными исламистами (т. н. ваххабитами) — с другой. Так, сразу после избрания Масхадова президентом страны, они стали обвинять его в сговоре с Москвой. Ваххабиты не считали чеченскую войну оконченной и в любой момент были готовы начать боевые действия и совершать теракты. Многие известные чеченские полевые командиры (Салман Радуев, Хаттаб, Арби Бараев) открыто заявляли о том, что конечной целью противостояния является полное вытеснение России из региона и создание на Северном Кавказе независимого исламского государства. На территории Чечни были созданы лагеря для обучения боевиков — молодых людей из мусульманских регионов России. Сюда направлялись из-за рубежа инструкторы по минно-подрывному делу и исламские проповедники. Значительную роль в жизни Чечни стали играть многочисленные арабские добровольцы. Главной их целью стала дестабилизация положения в соседних с Чечнёй российских регионах и распространение идей сепаратизма на северокавказские республики (в первую очередь Дагестан, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария).
Попытки Масхадова усмирить ваххабитов только усугубили ситуацию. В марте 1998 года произошли бои между отрядами ваххабитов и войсками ЧРИ в Урус-Мартановском районе, в июне бои проходили в Грозном, в июле вспыхнул мятеж радикалов в Гудермесе, который был подавлен. Имели место провокации, направленные на дискредитацию чеченской власти в глазах мирового сообщества. Сам президент Чеченской Республики Ичкерия пережил несколько покушений, ответственность за которые была возложена на российские спецслужбы. После вооружённого мятежа в Гудермесе Масхадов объявил ваххабизм вне закона, однако за ваххабитов вступились вице-президент Чечни Ваха Арсанов и председатель правительства Шамиль Басаев, уговорившие Масхадова не углублять междоусобный конфликт. Масхадов опасался полноценной гражданской войны и возможного вторжения российской армии в случае обострения ситуации по сценарию конца 1994 года. В феврале 1999 года в качестве уступок радикальным исламистам власти Чеченской Республики Ичкерия ввели право шариата и начали осуществлять публичные казни.
Обострение обстановки В начале марта 1999 года в аэропорту Грозного террористами был похищен полномочный представитель МВД России в Чечне генерал-майор милиции Геннадий Шпигун«Месяцем мы здесь не отделаемся» // Коммерсантъ-Власть, 17.08.1999. Для российского руководства это было свидетельством того, что президент ЧРИ Масхадов не в состоянии самостоятельно бороться с терроризмом«Военные хотели взять реванш» // Inopressa.Ru, 22 февраля 2000. Федеральный центр предпринял меры по усилению борьбы с чеченскими бандформированиями: были вооружены отряды самообороны и усилены милицейские подразделения по всему периметру Чечни, на Северный Кавказ были отправлены ведущие оперативные сотрудники подразделений по борьбе с этнической организованной преступностью, со стороны Ставрополья были выставлены несколько ракетных установок «Точка-У», предназначенных для нанесения точечных ударов. Была введена экономическая блокада Чечни, приведшая к тому, что денежный поток из России стал резко иссякать.
Из-за ужесточения режима на границе всё труднее стало переправлять в Россию наркотики и захватывать заложников. Бензин, изготавливаемый на подпольных заводах, стало невозможно вывезти за пределы Чечни. Была также усилена борьба с чеченскими преступными группировками, активно финансировавшими боевиков в Чечне. В мае-июле 1999 года чечено-дагестанская граница превратилась в милитаризованную зону. В результате доходы чеченских полевых командиров резко сократились, и у них возникли проблемы с закупкой оружия и платой наёмникам.
В апреле 1999 года главкомом внутренних войск МВД России был назначен Вячеслав Овчинников, успешно руководивший рядом операций во время Первой чеченской войны. В мае 1999 года российские вертолёты нанесли ракетный удар по позициям боевиков Хаттаба на реке Терек в ответ на попытку бандформирований захватить заставу внутренних войск на чечено-дагестанской границе. После этого глава МВД Владимир Рушайло заявил о подготовке крупномасштабных превентивных ударов.
Тем временем чеченские бандформирования под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба готовились к вооружённому вторжению в Дагестан. С апреля по август 1999 года, проводя разведку боем, они только на Ставрополье и в Дагестане совершили более 30 вылазок, в результате которых погибли и получили ранения несколько десятков военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и гражданских лиц. Поняв, что на кизлярском и хасавюртовском направлениях сосредоточены наиболее сильные группировки федеральных войск, боевики решили нанести удар по горной части Дагестана. При выборе этого направления бандформирования исходили из того, что там нет войск, а в кратчайшие сроки перебросить силы в этот труднодоступный район не удастся. Кроме того, боевики рассчитывали на возможный удар в тыл федеральных сил со стороны Кадарской зоны Дагестана, с августа 1998 года контролируемой местными ваххабитами.
Как отмечают исследователи, дестабилизация обстановки на Северном Кавказе была выгодна многим. Прежде всего исламским фундаменталистам, стремящимся к распространению своего влияния на весь мир, а также арабским нефтяным шейхам и финансовым олигархам стран Персидского залива, не заинтересованным в начале эксплуатации нефтегазовых месторождений Каспия.
Вторжение боевиков в Дагестан