Михаи́л Миха́йлович Шишмарёв (, Двинск — , Москва) — в юные годы видный деятель партии социалистов-революционеров, член её «Боевой организации», соратник Бориса Викторовича Савинкова, участник подготовки несостоявшегося покушения на императора Николая II.
В последующем авиаинженер, крупный специалист в области авиационного оборудования, авиаконструктор, генерал-майор инженерной службы (1946), доктор технических наук, профессор.
Принадлежит третьей ветви старинного дворянского рода Шишмарёвых Новгородской и Тверской губерний, восходящего к XV веку.
Биография Родился в Двинске в 1883 году, в семье офицера-артиллериста Михаила Дмитриевича Шишмарёва (1849, Осташков — 1920, Двинск) и его жены Марии Андреевны, ур. Никоновой (1852, Севастополь — 1939, Москва) — известной переводчицы английской литературы, дочери героя Крымской войны адмирала Андрея Ивановича Никонова и внучки генерала флота Николая Михайловича Кумани.
Семья родителей Отец, Михаил Дмитриевич принадлежал обедневшей ветви дворянского рода Шишмарёвых. Его детство протекало в небольшой усадьбе близ Осташкова на Селигере, принадлежавшей его отцу Дмитрию Васильевичу Шишмарёву (1798 — 11 мая 1871, Осташков) — коллежскому секретарю, чиновнику Новгородского коммисионерства при Провиантском департаменте Военного министерства.
После окончания военного-артиллерийского училища М. Д. Шишмарёв начал службу в 13 артиллерийской бригаде, дислоцированной в Севастополе, где и познакомился со своей будущей супругой, дочерью градоначальника, адмирала А. И. Никонова.
Вместе с женой М. Д. Шишмарёв скоро оказался в дружеских отношениях с известным публицистом-народником, отставным офицером-артиллеристом и профессором химии Александром Николаевичем Энгельгардтом. Уличённый властями в вольнодумстве, он был в 1871 году сослан в собственное имение Батищево Смоленской губернии, откуда писал получившие широкую известность «Письма из деревни». В 1883 году сюда вместе с новорождённым сыном перебралась и семья Шишмарёвых. В эти годы, при их самом деятельном участии и финансовой помощи, превратив имение в настоящее «хозяйственное Эльдорадо», А. Н. Энгельгардт пытался реализовать свою утопию по воспитанию «интеллигентных землепашцев».
Временно оставив армейскую службу, в двух километрах от Батищева, на хуторе Буково М. Д. Шишмарёв организовал свою сельскохозяйственную колонию. Из этой затеи ничего не получилось, но вокруг А. Н. Энгельгардта собиралась большая компания революционеров разного толка. Наряду с прочими, здесь оказался его собственный сын, писатель Михаил Александрович Энгельгардт; сын адмирала А. И. Никонова — С. А. Никонов — впоследствии врач, профессиональный революционер, в студенческие годы вместе с Александром Ульяновым участвовавший в подготовке несостоявшегося покушения на императора Александра III; Александр Петрович Мертваго, агроном и будущий редактор журнала «Хозяин». За близость к А. Н. Энгельгардту по циркуляру Департамента полиции от 25 ноября 1881 года семья Шишмарёвых была подчинена негласному надзору. В 1886 году М. Д. Шишмарёв восстановился на военной службе и в чине подполковника получил назначение в Двинск командиром батареи 25-й артиллерийской бригады. Он вышел в отставку в 1905 году, долго жил в своей усадьбе в Осташкове, но после революции вернулся в Двинск, где и скончался в 1920 году.
Революционная юность. Эмиграция
В середине 90-х годов вдвоём с матерью Михаил Шишмарёв переехал в Петербург, где несколько лет проучился в гимназии. Завершал среднее образование в 1902 году он уже в реальном училище Двинска. Год спустя женившись, М. Шишмарёв отправился в столицу, где в начале 1904 года в семье родилась дочь. В том же году Михаил поступил в Императорский Технологический институт. С детских лет испытывая тягу к конструкторской деятельности, он собирался стать инженером, однако время распорядилось иначе.
Начавшаяся вскоре первая русская революция 1905—1907 гг. вовлекла Михаила Шишмарёва в активную политическую деятельность. Уже на следующий день после расстрела 9 января 1905 года демонстрации рабочих, известного как «Кровавое воскресенье», в Технологическом институте началась стихийная забастовка студентов. Через неделю — 18 января студенческий Совет Технологического института потребовал от властей провести гласный суд над виновными в расстреле и принять конституцию Российской империи. В ответ на это, 23 января институт был закрыт вместе с шестью другими вузами столицы. Последовали отчисления студенческих лидеров, среди которых оказался и М. М. Шишмарёв. Вероятно, именно в эти дни он вступил в партию социалистов-революционеров (эсеров).
После известных революционных событий в Севастополе и подавления в ноябре 1905 года восстания на крейсере «Очаков», в январе 1906 года М. М. Шишмарёв с семьей приехал в Крым. Он поступил в распоряжение Севастопольского комитета партии эсеров, одним из руководителей которого был его дядя С. А. Никонов. С 7 по 18 февраля, в дни судебного процесса над лейтенантом П. П. Шмидтом и его единомышленниками, он находился в Очакове, где добывал оперативную информацию о ходе закрытого судебного разбирательства. После завершения процесса и казни П. П. Шмидта севастопольский комитет решил использовать технические наклонности Михаила Шишмарёва и его глубокие познания в химии. В предместье Севастополя на хуторе в Кара-Коба, принадлежавшем эсеру К. И. Штальбергу, в условиях строжайшей конспирации Михаилу Михайловичу было поручено организовать специальную лабораторию. В ней до осени 1906 года он собрал более двухсот взрывных устройств собственной конструкции для нужд «боевой дружины Крыма». Так М. М. Шишмарёв оказался в составе «Боевой организации социалистов-революционеров».
Ещё в январе 1906 года Центральный комитет партии эсеров за расстрел крейсера «Очаков» приговорил командующего Черноморским флотом адмирала Г. П. Чухнина к смертной казни. Первую попытку, ещё до суда над П. П. Шмидтом совершила эсерка Е. А. Измайлович. После её неудачи исполнение приговора было поручено боевой группе Бориса Савинкова, которая в мае 1906 года тайно прибыла в Севастополь. 14 мая 1906 года, независимо от Бориса Савинкова, член Севастопольской боевой дружины эсеров Н. Макаров осуществил неудачное покушение на коменданта Севастопольской крепости генерал-лейтенанта В. С. Неплюева. Эта акция нарушила планы петербургских террористов. Во время облавы Борис Савинков был арестован, однако ровно через два месяца ему был организован побег. Некоторое время Б. Савинков скрывался на хуторе К. И. Штальберга, а М. М. Шишмарёв обеспечивал ему связь с местным комитетом социалистов-революционеров, одним из лидеров которого был его дядя С. А. Никонов.
Было принято решение переправить Бориса Савинкова, его ближайшего помощника Л. И. Зильберберга и ещё двух членов группы в Румынию. Для этой цели С. А. Никонов арендовал парусный бот «Александр Ковалевский», а взявшийся за эту операцию М. М. Шишмарёв нашёл себе в помощь какого-то контрабандиста, а в качестве капитана привлек давно сочувствующего социалистам-революционерам своего двоюродного брата, отставного лейтенанта флота Б. Н. Никитенко. В конце июля 1906 года они втроём успешно выполнили эту задачу и вернулись в Севастополь.
Вначале осени 1906 года Михаил Шишмарёв с женой, дочерью и братом Б. Н. Никитенко, решившим стать профессиональным революционером, возвратился в Петербург. Он попытался продолжить образование и поступил в Петербургский университет, но и на этот раз учёба продлилась всего несколько месяцев. «Боевая организация» при ЦК партии эсеров начала разрабатывать план покушения на императора Николая II и Великого князя Николая Николаевича. После эмиграции Б. Савинкова руководство дружиной перешло к вернувшемуся из Румынии Л. И. Зильбербергу. После убийства 21 декабря 1906 года петербургского градоначальника В. Ф. фон дер Лауница, Л. И. Зильберберг был арестован, и террористическую группу возглавил Б. Н. Никитенко. Для его «Боевой организации», а также для «Летучего отряда» эсеров Альберта Трауберга Михаил Шишмарёв по-прежнему изготовлял взрывные устройства. Из-за допущенной ошибки, а также по доносу эсера-провокатора Е. Ф. Азефа 31 марта 1907 года организация Б. Никитенко была разгромлена, а все её члены арестованы. Почти одновременно была арестована и чета Шишмарёвых, однако причастность Михаила Михайловича и его жены к боевикам в ходе следствия доказать не удалось.
По решению суда Б. Н. Никитенко и двоих его товарищей казнили. Из остальных 15 заговорщиков несколько человек были отпущены, а остальных приговорили к различным срокам заключения или ссылок. Не избежали ссылки, хотя и по другому поводу, и супруги Шишмарёвы. По заранее подготовленному плану им удалось во время этапа бежать. Сначала они переправились в Финляндию, где в Гельсингфорсе в семье А. Н. Энгельгардта жила их трёхлетняя дочь, и далее через Берлин добрались до Парижа. Попытка М. М. Шишмарёва поступить в Сорбонну не удалась. Ему отказали из-за того, что он прибыл в страну нелегально, а в России преследовался за революционную деятельность. Лишь через год удалось продолжить образование на естественно-научном факультете Льежского университета, для чего пришлось перебраться в Бельгию.
В университете на самом современном уровне преподавались аэродинамика и основы воздухоплавания и проектирования летательных аппаратов. В эти годы здесь учились или стажировались при университетском техническом институте Монтефиори такие, получившие позднее мировую известность авиаконструкторы, как Анри Коанда, Джанни Капрони, Георгий Ботезат, Дмитрий Павлович Григорович. Знакомство с последним, а также учившимся здесь же его будущим заместителем, авиаконструктором Андреем Николаевичем Седельниковым, как оказалось, имело для Михаила Михайловича особое значение.
В 1913 году из России пришло известие, что в честь 300-летия Российского императорского трона Манифестом Императора Николая II от 21 февраля 1913 г. объявлена амнистия. Для М. М. Шишмарёва с женой это означало, что им прощён побег из-под стражи, но три года ссылки надо отбыть. На этих условиях, имея уже троих детей (два сына родились в эмиграции), они решили вернуться на родину. Михаилу Михайловичу удалось добиться разрешения отбыть ссылку в Оренбурге, где с 1911 года после собственной ссылки обосновался его дядя С. А. Никонов.
Конструкторская деятельность до революции и в первые годы Советской власти
В начале 1916 года М. М. Шишмарёв получил разрешение перебраться в Петроград. Благодаря знакомству с Д. П. Григоровичем он занял должность заведующего конструкторским бюро на авиазаводе С. С. Щетинина, где Дмитрий Павлович был техническим директором.
Почти сразу М. М. Шишмарёв начал работу над первым в мире морским торпедоносцем ГАСН. В этом проекте Д. П. Григоровичу принадлежал только набросок общего вида машины. Всю основную конструкторскую работу проделал Михаил Шишмарёв. Первый испытательный полёт 24 августа 1917 г. был выполнен морским летчиком, штабс-капитаном А. Е. Грузиновым. Самолёт показал себя очень хорошо. Несколько выявленных недостатков были легко устранены. Во время второго полёта совершенно случайно был поврежден поплавок. Пока ремонтировали, большевики успели взять Зимний дворец и арестовать правительство. Испытания были остановлены.