Портретная галерея декабристов — собрание акварелей Н. А. Бестужева с изображениями участников восстания 14 декабря 1825 г., сосланных в Нерчинские рудники и содержавшихся сначала в Читинском остроге, а затем в Петровском заводе.
С первых дней пребывания на каторге, Николай Александрович с братом М. А. Бестужевым задумались о необходимости «составить по возможности полные биографии всех наших товарищей и… приложить их к коллекции портретов», чтобы сохранить «для истории» их черты. Доктор искусствоведения, профессор А. Д. Чегодаев писал, что художник «много лет терпеливо и упорно выполнял эту взятую на себя подлинно историческую миссию: закрепить для будущих поколений физический и духовный облик прекрасных и благородных людей… в акварелях Николая Бестужева встаёт целая галерея замечательных, высоко интеллигентных, одухотворённых и чистосердечных человеческих образов»Чегодаев А. Художник-декабрист — Книжное обозрение, № 33, 17 августа 1979.
Сохранившиеся около 150 портретов декабристов, написанных Н. А. Бестужевым в условиях сибирской каторги, представляют собой уникальное явление в истории русской живописи и имеют большое значение для иконографии декабризма.
От замысла к осуществлению
Многие декабристы умели рисовать до ссылки и продолжили занятия живописью в Сибири. Сохранились рисунки Д. М. Андреевича, И. А. Анненкова, П. И. Борисова, Д. И. Завалишина, В. П. Ивашева, И. В. Киреева, М. С. Лунина, А. М. Муравьева, Н. П. Репина, П. И. Фаленберга, А. И. Якубовича. Но идея запечатлеть образы участников восстания 14 декабря 1825 г. в целой галерее их портретов принадлежала Н. А. БестужевуЗильберштейн И. Портретная галерея декабристов — Огонек, 1950. — № 51 (1228). — С.16-18Барановская М. Ю. Декабрист Николай Бестужев — Москва: Государственное издательство культурно-просветительской литературы, 1954, 294 с.Мейлах Б. Портретная галерея декабристов — Огонек, 1979. — № 34 (3019). — С.12.
Николай Бестужев с детских лет проникся интересом к изобразительному искусству: «Я с юности назначен был для живописи; учился; с пламенною душою искал разгадки для тайны искусства…» Начальное художественное образование Н. А. Бестужев получил дома. Уроки рисования ему давал преподаватель класса рисования и скульптуры Академии художеств Н. Н. Фоняев. Развитию дарования способствовало то, что отец, А. Ф. Бестужев, как правитель канцелярии Академии художеств, часто брал Николая в подчинённые ему мастерские, где мальчик вошёл в мир искусства, «который так явственно отразился на всей его жизни». И после окончания Морского корпуса Н. А. Бестужев «не оставлял по временам заниматься миниатюрною живописью… много рисовал портретов…» Известен его автопортрет в мундире капитан-лейтенанта 8-го флотского экипажа. Незадолго до восстания, 8 ноября 1825 г. Н. А. Бестужев был избран в Общество поощрения художников.
В условиях каторжного заточения Бестужеву, решившему делать портреты своих товарищей, пришлось, впервые использовать акварельные краски, которые оказались в распоряжении узников. Братья Борисовы сумели привезти в Нерчинские рудники два ящика с красками, кистями и другими принадлежностями, так как П. И. Борисов с молодости интересовался природой, прекрасно рисовал и получил разрешение на зарисовки в свободное время птиц, бабочек и растений СибириПосле приезда в Читу А. Г. Муравьевой, которая сама занималась рисованием, художник-декабрист стал получать все необходимые принадлежности из Петербурга от её родственников. По данным М. Ю. Барановской многие сохранившиеся подлинники портретов, выполнены на гладком английском бристоле и на шероховатом ватмане кофейного оттенка с водяными знаками года изготовления — «1831», «1834» и «1837».
Единственной возможностью ознакомления с манерой создания акварельных портретов для Н. А. Бестужева в Читинском остроге стали принадлежавшие заключённым несколько работ известного в те годы петербургского художника П. Ф. Соколова, в том числе, заказанные М. Н. Волконской перед отъездом в Сибирь портрет её отца Н. Н. Раевского и её собственный портрет с десятимесячным сыном Николаем на рукахМ. Н. Волконская осенью 1826 года пишет мужу в Сибирь: «Соколов ожидает меня, чтобы писать для тебя ко дню твоего рождения мой портрет и портрет нашего ребенка».. Они и стали образцами, по которым Бестужев стал учиться технике акварели.
Одной из его первых работ акварелью стал скопированный по просьбе Волконской портрет Раевского. И. С. Зильберштейн писал об этом рисунке, что «копиисту удалось добиться только некоторого сходства. Во всех других отношениях копия упрощена и обеднена»Зильберштейн И. С. Художник-декабрист Николай Бестужев — М.: Изобразительное искусство, 1988. — 680 с. ISBN5—85200—087—6.
Освоившись с началами акварельной живописи, Бестужев мог приступить к написанию портретов своих товарищей.
Первые портреты
Н. А. Бестужев был этапирован в Читинский острог в середине декабря 1827 г., а в первых числах апреля 1828 года декабристы, осуждённые по VII разряду и приговоренные к одному году каторжных работ с последующей отправкой на пожизненное поселение в Сибирь, должны были покинуть Читинский острог. Времени, чтобы запечатлеть облик будущих поселенцев, было мало, но в конце марта Бестужев закончил работу над первыми портретами И. Б. Аврамова, А. Ф. Бриггена, П. Ф. Выгодовского, А. В. Ентальцева, Н. А. Загорецкого, С. И. Кривцова, Н. Ф. Лисовского, В. Н. Лихарева, В. К. Тизенгаузена, А. И. Черкасова.
В это же время он написал и отправил сосланному в Якутск брату А. А. Бестужеву написанный по памяти его портрет, а также свой автопортрет и портрет М. А. Бестужева. К этому же периоду относятся портреты И. А. Анненкова, А. З. Муравьева и П. И. Фаленберга.
М. А. Бестужев написал, что акварели были нарисованы «с изумительным сходством, несмотря на то, что некоторые из портретов, за спешностью отправления оригиналов на поселение, были сняты в несколько часов», и назвал причины некоторого несовершенства первых работ брата: «Во-первых, недостаток помещения и освещения, во-вторых, недостаток материалов, и в-третьих, недостаток в опытности акварельной живописи».
В Петровском заводе Основная работа по созданию портретной галереи декабристов была проделана Н. А. Бестужевым в стенах Петровского завода, куда в сентябре 1830 г. перевели из Читы 71 узника. Портреты Бестужев писал в двух экземплярах — подлинники он оставлял себе, а авторские копии отдавал декабристам. Некоторые из них просили художника сделать дополнительные копии, чтобы отправить их родственникам или друзьям. Почти на каждом подлиннике, по желанию художника, был поставлен автограф изображённого узника. На многих акварелях художник ставил свою монограмму — «НБ» или «NB».Число созданных портретов росло по мере отправления заключенных из тюрьмы на поселение. О работе портретиста в своих мемуарах написали: Н. И. Лорер — «В свободное время он снял все наши портреты», А. Е. Розен — «Н. А. Бестужев акварелью со всех нас снял портреты», А. Ф. Фролов — «Н. А. Бестужев снял почти со всех портреты» и другие.
Регулярные занятия живописью способствовали совершенствованию техники и формированию собственного почерка рисунков Бестужева. Портреты 15 декабристов (братьев Беляевых, А. И. Одоевского и других), созданные в декабре 1832 — январе 1833 гг., выполнены в более уверенной манере с использованием лёгких прозрачных мазков и живописных нюансов от просвечивающего фона бумаги.
Весной 1833 г. в Петровском заводе появился авантюрист и доносчик Роман МедоксШтрайх С. Я. Роман Медокс. Похождения русского авантюриста XIX века — М.: Федерация,1929. — 344 с., который пытался, войдя в доверие к декабристам, доказать существование среди них нового заговора. К доказательствам их предосудительной деятельности относилась и запись от 14 марта 1833 г. в дневнике-доносе о виденном собрании «портретов всех освобождённых из Петровского завода государственных преступников». Доказательства Медокса были оставлены без внимания в III отделении и Бестужев продолжал свою миссию. Об интенсивности его работы свидетельствовали частые просьбы присылать бумагу, кисти, палитры и другие принадлежности для рисования, содержавшиеся в письмах сестре Елене и брату Павлу.
Возросшее мастерство художника позволяло акцентировать внимание на индивидуальных характеристиках портрета, не прибегая, как в первых его работах к введению в рисунок внешних условных деталей (И. А. Анненков и А. З. Муравьев в 1828 г. для усиления впечатления были написаны на фоне стилизованных тюремных стен и решёток). В последние тюремные годы (1837—1839) художник, овладевший всеми техническими приёмами акварельного рисунка, написал ряд мастерских портретов, отличавшихся чёткой индивидуальностью образов и психологических и нравственных черт его друзей (И. И. Горбачевского, А. З. Муравьёва, И. И. Пущина и других).
Бестужев отказался от, чуждых и условиям тюремной жизни, и самому мировоззрению декабристов, светской парадности и приукрашенности, которые были свойственны акварелям его заочного учителя П. Ф. Соколова. Он стремился сочетать простоту с психологической глубиной своих знаний о человеке, художественный образ которого он хотел сохранить для потомков. Кроме портретов декабристов, Бестужев много раз писал их жен и детей, зарисовал интерьеры тюремных камер, бытовые сцены и пейзажи окрестностей, как Читинского острога, так и Петровского завода. Написал он и несколько портретов тюремщика декабристов — коменданта Нерчинских рудников С. Р. ЛепарскогоН. А. Бестужев не прекращал занятия живописью и после выхода на поселение. Он начал работать маслом, делал на заказ портреты чиновников и купцов. Писал иконы для соборов в Селенгинске и Кяхте..
Авторское собрание
Н. А. Бестужев, несмотря на царский запрет «поселенцам из государственных и политических преступников …снимать с себя портреты»Шведскому художнику Мазеру, который в 1848—1850 гг. в Сибири делал зарисовки декабристов и членов их семей, тобольские власти запретили изображать «государственных преступников». Посетив Н. А. Бестужева в Селенгинске, Мазер сделал несколько карандашных копий его акварелей., написал и сделал всё, чтобы сохранить портреты своих товарищей по каторге. М. Н. Волконская писала, что «Н. Бестужев собрал галерею портретов своих товарищей». Из сделанных за годы заключения вариантов акварелей в собственное собрание Бестужев включал, как правило, лишь портреты, нарисованные накануне отправки декабристов из тюрьмы на поселение. Иногда он не успевал сделать копии и дарил уезжавшим на поселение подлинники их портретов.
Перед своей отправкой в 1839 г. на поселение в г. Селенгинск, художник сделал резервные карандашные копии всех акварельных портретов своего собрания и, чтобы не рисковать ими при переездах по Сибири, оставил на хранение И. И. Горбачевскому, выбравшему для поселения Петровский завод.
После смерти в 1855 г. Н. А. Бестужева, его сестры перевезли портреты из Сибири в Москву и через несколько лет из-за материальных затруднений продали собрание известному предпринимателю, издателю и галеристу К. Т. Солдатёнкову. Новый собственник не опубликовал ни сами портреты, ни, даже, описание собрания. После его смерти в 1901 г., сведения о сохранности и местонахождении портретов декабристов многие годы оставались неизвестными. Хранитель авторских карандашных копий И. И. Горбачевский умер в Петровском заводе в 1869 г. и коллекция досталась его знакомому местному жителю Б. В. Белозерову, который подарил её жившему в Кяхте купцу А. М. Лушникову, с семьёй которого были близки братья Бестужевы. В середине 1870-х гг. её привезли в Москву, чтобы сделать несколько копий для заинтересованных в сохранении памяти о декабристах. Идея осталась нереализованной, но портреты, по заказу Н. М. Зензинова, были перерисованы художником Л. ПитчемПо мнению И. С. Зильберштейна перерисовка была сделана без согласия А. М. Лушникова.. В 1884 г. Лушников по просьбе редакции журнала «Русская старина» согласился отправить собрание рисунков в Петербург, но по дороге из Сибири они пропали.