А́встро-италья́нская война́ — война против австрийского господства в Италии, начавшаяся в условиях общеевропейской революции 1848 года.
Также известна как Первая война за объединение Италии.
Повод к войне Либеральная революция 1821 года заставила Виктора Эммануила I отказаться от Сардинского (пьемонтского) престола в пользу брата Карла Феликса. Но после смерти последнего на престол взошёл Карл Альберт (27 апреля 1831 года). Он хотел объединить Италию под гегемонией Пьемонта и сделал всё возможное, чтобы спровоцировать восстание в итальянских землях против австрийцев.
В истории объединения Италии следует различать два течения. Одно было народное, ставившее целью единую Италию и полагавшееся исключительно на свои собственные силы, другое — правительственное, собиравшее Италию по частям, не доверявшее народным движениям и действовавшее под покровительством более могущественных держав. Первое движение было создано «Молодой Италией» Мадзини, во главе второго стал Пьемонт (Королевство Сардиния). Дорогу к единству Италии проложило первое течение, но воспользовалось этой дорогой для достижения своих целей второе. Во внутренней жизни нации одно было связано с осуществлением демократической программы, другое же приняло характер буржуазный; пользуясь услугами первого, второе прибегало, однако, к помощи иностранных сил не только для того, чтобы выбить Австрию из её позиции, но и для того, чтобы обессилить итальянскую демократию. Эта противоположность двух направлений с особенной силой проявилась в 1859 году, но начало своё она ведёт с 1848—1849 годов.
Восстание в январе 1848 года в Сицилии и Палермо ознаменовало начало революции. Итальянская революция 1848 года с самого начала получила характер, враждебный Австрии. В одной части Италии Австрия владычествовала непосредственно, и революция поставила на своём знамени освобождение этой части от немецкого ига, а в других её частях монархия Габсбургов была главной поддержкой реакционных правительств, и девизом революции стало полное изгнание австрийцев с Апеннинского полуострова. Достижение национальной независимости составляло самое страстное желание Италии, и движение это было так единодушно, так решительно, что все итальянские правительства, охотно или неохотно, вынуждены были считаться с ним. И несмотря на подобное рвение, доходившее до энтузиазма, невзирая на удобный момент, выбранный для нападения — дело итальянского объединения потерпело тогда полное поражение.
Восстание в Милане
Известие о февральском перевороте в Париже подействовало как спичка, брошенная в бочонок с порохом. Первым городом, развернувшим знамя возмущения, был Милан, а за ним поднялась и вся Ломбардия. 18 марта народ овладел губернаторским домом и граф О’Доннель, который управлял вместо вице-короля эрцгерцога Райнера, накануне уехавшего из Милана, дал муниципальному совету право учредить национальную гвардию.
Во главе австрийских войск стоял в это время восьмидесятилетний фельдмаршал граф Радецкий. Его армия, состоявшая из 70 тысяч австрийских войск, разделялась на два корпуса: 1-й графа Вратислава был расположен в Ломбардии, 2-й барона Аспре — в Венецианской области; к моменту восстания в Милане Радецкий мог располагать 10 тысячами человек при 36 орудиях.
Восставшим помогали жители, как и чем могли. Радецкий оставил Милан и стянул войска к городскому валу, рассчитывая обложить город, но звук набата распространял по окрестностям известие о восстании и с вершины Миланского собора развевалось трёхцветное знамя. Вооружённые отряды начали показываться в окрестностях города и число их быстро возрастало, причём опасность удваивалась неизбежным присоединением к восставшим сардинской армии.
22 марта главнокомандующий приказал отступить и в ночь на 23 марта Милан был оставлен, а 25 марта австрийцы, никем не преследуемые, прибыли в Лоди. Вследствие отсутствия известий о 2-м корпусе, а также неблагоприятных сведений об угрожающем положении дел в Венецианской области, Мантуе и Вероне, Радецкий решил продолжать отступление за Минчио и 2 апреля прибыл в Верону, где соединился со 2 корпусом Аспре.
После того как из Ломбардии и Венеции были изгнаны австрийские войска, Карл Альберт неохотно начал приготовления к войне против Австрии. 24 марта 1848 года Карл Альберт объявил войну Австрии. К нему присоединились Папская область и Королевство обеих Сицилий.
Кампания 1848 года Сардинские войска под непосредственным командованием короля Карла-Альберта вступили 26 марта в австрийские пределы. Сардинская армия, имевшая около 60 тысяч, составляли 2 корпуса (генералы Бава и Сонназ) и 1 резервная дивизия герцога Савойского. В каждом корпусе было 2 дивизии (24 батальона) линейной пехоты, 1 батальон егерей, 2 полуполка кавалерии (12 эскадронов) и 32 орудия; в резервной дивизии 12 батальонов, 12 эскадронов и 24 орудия. Кроме того, вновь сформированный отряд берсальеров. Артиллерия была очень незначительна в сравнении с численностью всей армии, а кавалерия по своему вооружению была мало способна к легкой кавалерийской службе. Состав инженерных войск: 2 саперные роты и 1 понтонный парк.
При вступлении в Ломбардию войска не имели карт того края, в котором им приходилось действовать, офицеры генерального штаба не знали классического театра войны северной Италии, не умели делать рекогносцировок, а войска часто двигались совсем без маршрутов и располагались по квартирам по усмотрению младших командиров. Военная разведка была организована плохо. Госпитальная часть находилась в полном беспорядке, а интендантская — ниже всякой критики. Воинская дисциплина была совершенно расшатана. Главный же корень всех бед заключался в неумелом высшем командовании армией и в дурной организации сардинских войск.
При объявлении войны у Радецкого для действия в поле было около 35 тысяч (15 тысяч гарнизоны в крепостях), потом это число возросло до 78 тысяч, но первоначально численность была на стороне сардинцев.
Карл-Альберт был лишен всяких военных талантов. Вместо того, чтобы направить главный удар на коммуникационную линию Радецкого, укрывшегося в четырёхугольнике крепостей, и захватить его сообщения, Карл Альберт ввязался в бой с австрийской армией, находившейся под защитой Веронских укреплений. Сардинская армия перешла границу 2 колоннами: левая в направлении на Милан, Кьяри и Брешию, правая — на Павию, Лоди и Кремону. Первоначально решено было предпринять движение к Мантуе, но произведенная 6 апреля рекогносцировка выяснила наличность там больших сил генерала Вольгемута, после чего сардинская армия двинулась к Минчио. Здесь-то на правом берегу у Гоито 8 апреля дело дошло до первой серьёзной стычки, где благодаря превосходству сардинской армии Карл Альберт одержал верх, принудив австрийцев к отступлению. Счастье также благоприятствовало сардинцам и на следующий день, 9 апреля, в стычках у Монцамбано и Боргетто; австрийцы отошли к Вероне.
26 апреля сардинская армия перешла через Минчио, оставив на левом берегу этой реки 1 бригаду для блокады Пескьеры и заняв укрепленную позицию у Соммакампании. Эта позиция имела тот недостаток, что в тылу не имелось удобного пути для отступления. Также не позаботились об устройстве переправы через Минчио.
Положение австрийской армии в это время было очень затруднительное, ибо одна из её коммуникационных линий (Виченца — Тревизо) была во владении восставших, а другая, вверх по Адижу (Верона — Ровередо — Триент), отходила от правого фланга позиции и в направлении параллельно её фронту по стране гористой и бедной. Граф Радецкий, для обеспечения этой линии выдвинул к Пастренго, 28 апреля, бригаду Вольгемута, которая, прикрывая Пескьеру, могла в то же время угрожать блокировавшим крепость войскам атакой во фланг.
29 и 30 апреля Карл Альберт атаковал Вольгемута, но оба раза безуспешно.
30 апреля к Пастренго были направлены: генерал Сонназ (20 тысяч) для атаки с фронта, и генерал Федеричи (4 батальона) для обхода правого фланга австрийцев. Подкрепив Вольгемута 1 бригадой, Радецкий приказал генералу Аспре произвести демонстрацию к Пескьере, но начатая поздно, эта демонстрация явилась безрезультатной, и австрийцы обойденные с правого фланга, должны были отступить за Адиж.
Победа, одержанная сардинцами, не привела к положительному результату, и бой у Пастренго был совершенно бесцелен, так как предпринят был не для захвата сообщений противника, а для обеспечения сардинских войск, осаждавших Пескьеру. Фельдмаршал, ожидая дальнейшего наступления сардинцев к Риволи, притянул туда 5 батальонов из Тироля, но Карл-Альберт в ночь с 3 на 4 мая отвел свою армию на прежние позиции, планируя овладеть Вероной, которая, по слухам, была готова к возмущению.
На военном совете в Соммакампании (5 мая) было решено произвести наступление на Верону и при участии восставших жителей овладеть этой крепостью. Подробная диспозиция, составленная начальником штаба армии генералом Саласко, была разослана войскам очень поздно, поэтому младшие командиры не смогли даже ознакомиться с её содержанием.
Фельдмаршал, оставив в Вероне две бригады на случай беспорядков, расположил остальные войска на позиции у Санта-Люччии (6 мая), причём отправил две бригады на левый берег Адижа, несколько выше Вероны. Против 24 тысяч австрийцев сардинцы могли выставить около 36 тысяч.
Благодаря поздно разосланной диспозиции и несвоевременной варке пищи, наступление, предположенное в 6 часов утра, в действительности началось позже. Бригада Аоста к 9 часам подошла к Санта-Люччии, где уже загорался бой. Последовательно начали прибывать к полю сражения остальные бригады и к 14:30 сардинцы овладели Санта-Лючией, вынудив левый фланг австрийцев отойти назад.
Насколько успешны были дела сардинцев на правом фланге, настолько не успешны на левом, и атака дивизии Бролио на деревню Кроче-Бьянку была отбита с большим уроном. Карл-Альберт, видя, что на содействие восставших в Вероне рассчитывать не приходится, ограничился на правом фланге лишь оборонительными действиями, а вслед затем отдал приказ об отступлении. К вечеру обе армии находились опять на тех же самых позициях, какие занимали утром: этот ничтожный успех возвратил австрийским войскам самоуверенность и пошатнул доверие, каким пользовался Карл-Альберт.
Уже с этих пор в итальянском лагере обнаружился недостаток единства. Кроме того, волонтеры, большими массами стекавшиеся со всех концов Италии, не знали ни строя, ни военных обязанностей, не хотели подчиняться дисциплине, и приносили с собою даже на поле сражения свои политические распри. Пресса, руководимая республиканской партией, действовала пагубным образом, возбуждая недоверие к правительству и охлаждая сочувствие к общему делу. Все это, вместе взятое, мало предвещало добра для Италии. Боевые силы Радецкого до сих пор были слишком слабы, чтобы предпринять наступательное движение, но в течение мая подошли подкрепления, т. ч. в конце месяца у него было около 50 тысяч против 60 тысяч сардинцев. Карл Альберт потерял в бездействии три недели; за это время был подвезен из Алессандрии осадный парк, посредством которого начался с 18 мая обстрел Пескьеры. Между тем, силы Радецкого постепенно возрастали, и фельдмаршал решился теперь перейти в наступление, поставив себе целью, с одной стороны, освободить Пескьеру, а с другой — оттянуть сардинскую армию от Вероны. Атаковать неприятельскую позицию с фронта Радецкий не решался, считая её чрезвычайно сильной, а предпочел произвести фланговый марш к Мантуе и вверх по правому берегу Минчио двинуться в обход правого фланга сардинцев. Демонстрация полка Цобеля из Тироля должна была прикрыть опасный фланговый марш.
27 мая в 9 часов вечера войска выступили к Мантуе, сделав 40-километровый переход, затем, выйдя из города 29 мая, австрийцы атаковали правое итальянское крыло, занятое тосканцами и неаполитанцами, в Куртатоне и Монтанаре. Сражение закончилось поражением итальянцев, которые потеряли до 2 тысяч пленными и 5 орудий, но упорным сопротивлением не позволили Радецкому развить успех и окружить пьемонтцев Карла Альберта.