«По́весть о Светоми́ре царе́виче» () — последнее крупное произведение русского поэта-символиста и мыслителя Вячеслава Иванова, его magnum opus, написанный в период итальянской эмиграции (1928—1949). Сохранившиеся первичные наброски «комедии» о Светомире относятся к 1894 году, систематическая разработка замысла велась и в 1900-е годы. К написанию произведения Вячеслав Иванов обратился в 1928 году, две первых песни были готовы в 1930 году. Автор работал над «Повестью…» до самой кончины в 1949 году — всего около 55 лет.

Произведение по сюжету и в языковом отношении стилизовано под средневековую повесть или житие и пронизано сказочными и легендарными мотивами; жанровая его принадлежность трудноопределима (может причисляться даже к фэнтези). По разным источникам, автор планировал 9 или 12 «песен», но к моменту кончины успел завершить пять. Впервые «Повесть о Светомире царевиче» была опубликована в брюссельском собрании сочинений в 1971 году вместе с прозаико-поэтическим продолжением О. А. Шор, связь которого с авторским замыслом Вячеслава Иванова дискутируется. Выверенный и научно прокомментированный текст впервые опубликован по рукописям из Римского архива в 2015 году в серии «Литературные памятники».

Сюжет

По утверждению С. К. Маковского, авторский замысел Вячеслава Иванова был весьма широк, и в общем виде резюмировался следующим образом: «Повесть о Светомире царевиче» — рассказанный миф о некоем государстве, о судьбе его княжеской династии в лице — сначала родителей Серафима-Светомира, затем его самого: в детстве, до первой его мнимой смерти и мнимого воскресения; затем — в годы отрочества, когда он был взят на воспитание некиим пресвитером Индийской земли Иоанном, после чего скитался по миру до второй, подлинной, смерти, и наконец должен был он, Серафим-Светомир, просиять после второго, чудесного воскресения в образе Царь-Девицы и утвердить своё благословенное царствие.

Песнь первая «В белом царстве, христианском государстве» князья происходили из рода святого Егория, но род был свят лишь наполовину. Безбрачный победитель Змея-дракона детей не имел, и его многогрешные сёстры совокупились со змеёнышами драконьей крови и породили княжескую династию Горынскую. Стрелу, обладавшую чудесной силой, Егорий бросил оземь, и на том месте забил ключ и выросло дерево. С этим сюжетом связано пророчество: некий князь из рода Егорьева и змеиного, когда сроки наступят, получит у криницы у подножья дерева власть великую и возьмёт всю землю. Но раньше должен быть искуплён грех царственного рода.

Повествование начинается с рассказа о дружбе Лазаря со спасённым им от смерти княжичем Симеоном Управдой. Симеон помолвлен с девицей Гориславой, дочерью Боривоя (того же «змеиного» рода), однако та воспылала страстью к Лазарю, и взаимно. Однако Лазарь, верный долгу, переборол чувство к невесте крестового брата, хотя Горислава предупреждала, что если выйдет за нелюбимого, худо будет всем. Так и вышло: Симеон после свадьбы умер мучеником в Орде, а Горислава умерла при родах дочери Отрады. Лазарь же от внутренних борений и переживаний нравственного долга стал немощен.

Песнь вторая Отрада-красавица обладала даром общаться с покойной матерью: в неё как бы вселилась душа Гориславы. Ещё девочкой она пела под окнами больного князя песенку с прорицаниями, и так завязалась между ними дружба. Отрада на всю жизнь полюбила князя Лазаря, а он занялся её образованием. Отрада не желала замужества и просилась в монастырь, посещала монаха Парфения — прозорливца. Тот не позволил ей постричься, приподняв завесу будущего: князь исцелится, спасёт страну, а Отрада станет ему верной женой. Всё это оправдалось.

Во время похода Лазарь узнал, что Отрада родила ему наследника и поспешив в град стольный, услышал, как Отрада пела странную колыбельную, в которой звучало пророчество.

Когда князь вошёл, увидел, что подле Отрады на ложе два младенца: у одного — его кровного сына — вид болезненный, точно и не живой, а второй здоров и румян. Отрада пояснила, что это — круглый сирота, сын убитого в походе княжьего соратника. Болезненному наследнику старец Парфений нарёк иноческое имя Серафим, в миру же — СветомирИмя героя созвучно известной евангельской метафоре «свет миру»..

Песни третья — пятая

Рос Светомир как блаженный, и молочный брат исполнял при нём роль охранителя. За воинскую доблесть и победы народ нарёк Лазаря Владарем, но мира не воцарилось в государстве. Родивой свет-Боривоевич Горынский, брат Гориславы, в юности оставив отца, дошел до Царьграда и поступил на службу к кесарю. Он укрепил его державу, женился на его дочери, а Василевс сочетался вторым браком с родной племянницей — Зоей, прозванной Еленою Прекрасной. Жена Родивоя умерла родами, оставив ему дочь, ровесницу Светомира. После смерти кесаря и смуты Родивой был ослеплён и вместе с Зоей и дочерью бежал под защиту к Владарю.

Смута началась и в державе Владаря: вокруг Зои-гречанки образовалась партия, враждебная царевичу Светомиру. Умерла и дочь Владаря и Отрады. Владарь затеял торжественное коронование своё и Отрады, на которое прибыли из Белой Индии посланники Иоанна Пресвитера. Владыка Индии просит Владаря доверить ему воспитание царевича Светомира. Всю пятую книгу повести занимает «длинное письмо …баснословного пресвитера к Владарю, с очень примечательными мудрствованиями, написанное в духе старинных русских грамот»: 3 Аз же и посольство к тебе нарядил и послание сие написах не братолюбием токмо движимый, но и по приказанию свыше, да заповедаю ти сына твоего в царство Иоанново отпустити, идеже и воцелен, и возращен, и воспитан, и укреплен будет на дело великое, еже избран есть да совершит. 4 Извести хотят в дому твоем царевича слабоумного, того, кто умудрен снов памятию предмирною; но спасетися царство еже строитель обличье даст упованию земли. Под Иоанновым прикровением сын твой миру сохранен будет. 5 Размыслите убо о словесах моих, друзи любезные и боголюбивые, и дерзайте Вседержителя волю исполнити, Ему же и подобает честь и хвала во веки веков. Аминь.

Завершённость «Повести» По мнению А. Л. Топоркова, в определённом отношении «Повесть» является вполне завершённым и самодостаточным произведением, не требующим продолжения. Первые четыре книги посвящены, главным образом, Владарю; пятая сюжетно является дополнительной и содержит эзотерический миф о Богородице и появлении Св. Егория в славянской земле, что закольцовывает его сюжет с книгой первой. Сюжетная линия, связанная с Владарем, также выглядит вполне законченной: от его юности и любви к Гориславе к болезни, исцеления любовью Отрады, славным деяниям и победам до подготовки к венчанию на царство. Линии Гориславы и Отрады также вполне завершены: Горислава удаляется в мир иной, оставив Владарю дочь, Отрада же проходит путь от дерзкого подростка к праведной жене и матери. Первые две книги, посвящённые мистической инициации Владаря, были оформлены к 1930 году и, видимо, воспринимались автором как вполне законченные. Во всяком случае, в переписке 1930—1931 годов Вяч. Иванов упоминал о проекте перевода двух песен «Повести» на немецкий язык и их издания. По существу, работа над текстом после этого прервалась на несколько лет. Созданные уже в 1940-е годы третья и четвёртая книги также вполне завершены по сюжету: третья книга начинается от рождения Светомира, а четвёртая завершается прибытием посольства из Белой Индии, царства Иоанна Пресвитера. Основное действие здесь происходит в столице и при дворе, на первый план выходят взаимоотношения с Царьградом.

С. С. Аверинцев в этой связи обращал внимание на несомненную связь (сознательную или бессознательную) «Повести» с романом Новалиса «Генрих фон Офтердинген», первая часть которого была полностью завершена автором, в то время как неоконченная вторая сопровождалась заметками Л. Тика, в которых излагался творческий замысел. Как утверждал А. Л. Топорков, «Повесть о Светомире царевиче» имеет открытый финал, причём вовсе не предполагающий, чтобы все линии нашли своё продолжение или не противоречили бы друг другу. Он же приводил в параллели хрестоматийные произведения русской литературы — пушкинского «Евгения Онегина» и гоголевские «Мёртвые души», которые не имеют сюжетного завершения, но воспринимаются как вполне самодостаточные. Аналогичную идею выдвигал Т. Венцлова, основываясь на мифическом, профетическом значении «Повести», в которой мифические символы образуют «многомерный калейдоскоп». Сам Иванов говорил, что окончательный смысл «Повести» не может быть высказан человеческим (и даже, вероятно, ангельским) языком, а окончательное состояние мира «Повести» выходит за пределы всякого опыта.

История создания «Повесть о Светомире царевиче» уникальна в том отношении, что творческий замысел занимал её автора на протяжении более полувека. От первых сюжетных набросков 1894 года до начала воплощения текста прошло 34 года, само написание шло 21 год — вплоть до кончины самого Вяч. Иванова. Таким образом, всего писатель работал над своей повестью 55 лет.

До 1928 года

Намётки произведения, действующими лицами которого были Владарь и сын его Светомир, фиксируются в бумагах Вяч. Иванова в 1894 году; по-видимому, это был драматургический замысел. Именовалось ненаписанное произведение «Комедия о славных мужех Владаре и Боривое и Владаревом сыне Светомире». Судя по сохранившимся заметкам, замысел был только в стадии формирования и едва ли был ясен самому автору. Во всяком случае два варианта заглавия и набросанный текст мало соответствуют друг другу. Вероятно, двухчастная пьеса о каликах перехожих была частью более общего замысла «русского Фауста», к поэтической реализации которого Вяч. Иванов подступал ещё в 1880-е годы. В 1887 году он начинал писать стихотворную драму о русском Фаусте, в сохранившейся части герой созерцает купальские огни и, вероятно, его ждал духовный искус, также он хотел даровать свободу своему народу и претерпел от его неблагодарности. В известной степени можно «Фауста» и «Комедию» связывать с первоначальным замыслом А. С. Пушкина «Комедии о царе Борисе и Гришке Отрепьеве». Название произведения, попытка западно-восточного синтеза и использование средневековых мотивов, жанр «комедии» и мотивы путешествия в загробное царство также напрямую отсылало и к «Божественной комедии» Данте. Вообще складывается впечатление, что писатель к рубежу 1900 года вынашивал несколько вариантов повести о Владаре и Светомире, которая находилась на пересечении многих постоянных интересов Вяч. Иванова: легенда о граде Китеже, царстве Пресвитера Иоанна, и других.