Арсе́нио Родри́гес (, настоящее имя: Игнасио де Лойола Родригес Скалл (Ignacio de Loyola Rodríguez Scull), 30 августа 1911, Гуира-де-Макурихес, провинция Матансас, Куба — 31 декабря 1971, Лос-Анджелес, США) — выдающийся кубинский композитор, реформатор традиционного кубинского оркестра, виртуозный гитарист-тресеро, создатель стиля «сон-монтуно», почитаемый многими как реальный создатель стиля «мамбо». За свою жизнь создал около 200 песен, считающихся классикой латиноамериканской музыки.
Несмотря на это, Арсенио Родригес менее известен широкой публике, чем его именитые современники, такие как Да́масо Перес Прадо, Тито Пуэнте или Мачито, оставаясь и по сию пору во многом загадочной фигурой. Сохранилось очень мало сведений о его жизни. Нет единого мнения не только относительно даты и года рождения музыканта (так, существует версия о том, что Арсенио обращался в органы регистрации, дабы сменить в своих документах дату рождения на 31 августа 1913 года, которую он считал правильнойКраткая биография и перечень основных дисков Арсенио Родригеса на сайте «Muzikifan» ) и его смертиБиография А. Родригеса на сайте «milonga.co.uk» Краткая биография А. Родригеса на сайте «Cubare» , но даже о реальном имени музыканта: существует мнение, что на самом деле Родригеса звали Игнасио Арсенио Травьесо Скалл (Ignacio Arsenio Travieso Scull)Статья Пабло Дельвалье «Арсенио Родригес — реформатор сона и отец сальсы» на сайте «Busca salsa» . Здесь приводятся наиболее часто встречающиеся сведения о музыканте.
Детские годы Арсенио родился в деревне Гуира-де-Макурихес (Güira de Macurijes) кубинской провинции Матансас в бедной негритянской семье конголезского происхождения. В возрасте 5 лет он вместе с семьёй переехал в городок Гуинес провинции Гавана, примерно в 50 км от столицы, где был официально зарегистрирован и крещён. Его отец, Бонифасио Травьесо (Bonifacio Travieso), ветеран войны за независимость, работал водовозом в городе (иногда — и в близлежащих сельских районах), а мать — Доротея Скалл (Dorotea Scull) — была домохозяйкой. В семье было шестеро детей — одна дочь и пятеро сыновей: Хулио (Julio); Рафаэль (Rafael); Игнасио (то есть Арсенио Родригес); Рауль Сесар (Raúl César); Эстела (Estela); Исраэль Мойсес Энрике (Israel Moisés Enrique) по прозвищу «Кике» («Quique»).
Арсенио был третьим (согласно другим источникам — четвёртым) по счёту ребёнком.
Семья Арсенио неукоснительно следовала африканским традициям, чему активно способствовал дед Родригеса. Вывезенный из Африки в рабство на Кубу, он настойчиво прививал обычаи далёкой родины всем своим внукам, которых было 17 (или 18) человек. На протяжении всей своей жизни Арсенио Родригес подчёркивал своё африканское происхождение и был ярым поборником «африканизма» в кубинской музыке.
Будучи ребёнком (биографы вновь противоречат друг другу, говоря о шести, семи, восьми, двенадцати или тринадцати годах) Арсенио потерял зрение в результате несчастного случая. Наиболее распространена версия о том, что это случилось, когда отец попросил мальчика помочь ему поправить подковы ездовой лошади (или мула). Лошадь лягнула Арсенио и угодила по голове, в результате чего тот лишился зрения навсегда. Другие исследователи полагают, что несчастье случилось с мальчиком, когда тот играл на улице и на бегу врезался в заднюю часть водовозной цистерны. Удар был настолько силён, что у Арсенио отслоилась сетчатка глаза и впоследствии, из-за недосмотра родителей, он полностью ослеп. Согласно третьей версии, предложенной исследователем кубинской музыки Хесусом Бланко (Jesús Blanco), Арсенио потерял зрение в результате врождённого заболевания, которое развивалось долгие годы и серьёзно ухудшило зрение Родригеса лишь на заключительном этапе, будучи уже неизлечимым. Подобная несчастье настигло и сестру Арсенио, Эстелу, которая в 1958 году была вынуждена оставить певческую карьеру из-за почти полной потери зрения.
Так или иначе, увечье не сломило Родригеса, который был необычайно силён как физически, так и душевноДокументальный фильм «Buena Vista Social Club», 1999, Road Movies Production GmbH.. Поскольку большинство профессий стало для него недоступно из-за слепоты, Арсенио решил заняться одним из немногих доступных ему ремёсел: музыкой, чему способствовали и его природные склонности. В 15-летнем возрасте Арсенио познакомился со столяром Виктором Фелисиано (Víctor Feliciano), который, помимо столярных работ, занимался и изготовлением музыкальных инструментов; он и научил юношу играть на гитаре, контрабасе, мараках, бонго и, конечно же, на тресе. Обучение игре на тресе пришлось прервать из-за болезни Фелисиано, однако именно этот инструмент привлёк наибольший интерес Арсенио, и именно он впоследствии принёс ему настоящую славу. Внимательно слушая кубинских гитаристов-тресеро: Нене Мальфугаса (Nene Malfugas), Элисео Сильверу (Eliseo Silvera) и Исаака Овьедо (Isaac Oviedo), Арсенио создавал свой собственный неповторимый стиль игры на тресе, считающийся ныне классическим. Мастерство слепого музыканта было столь велико, что он получил прозвище «Эль сьего маравильосо» (El ciego maravilloso) — «Чудо-слепой». Кроме того, Родригеса можно считать и реформатором самого треса, поскольку Арсенио принадлежит авторство современного строя этой гитарыMauleón, Rebeca. Salsa guidebook for piano and ensemble. — Petaluma, California: Sher Music Co., 1993. — P. 29..
Музыкальная карьера Будучи уже широко известным в Гуинесе музыкантом, в 1930 году Родригес переезжает в Гавану, где сразу же становится заметной фигурой и столичной музыкальной сцены.
В начале 1930-х годов Арсенио собрал свою первую группу — «Секстет Бостон» (Sexteto Boston), с которой исполнял песни почти исключительно своего собственного сочинения, что было характерно для него и впоследствии.
В 1937 году Арсенио распустил «Секстет Бостон» и присоединился к «Септету Бельямар» (Septeto Bellamar) Хосе Интериана (José Interian), однако вскоре покинул группу из-за разногласий с её руководителем. Несмотря на это, 37-й год стал важной вехой в творчестве Родригеса: именно тогда увидели свет первые записи его песен — «Bruca Manigua», «Иди сюда, Томас» (Ven acá, Tomás) и «Fuñfuñando», которые исполнил друг Арсенио — Мигелито Вальдес (Miguelito Valdés, настоящее имя — Эухенио Сакриас Мигель Вальдес — Eugenio Zacrias Miguel Valdés) в сопровождении «Оркеста Касино де ля Плайя» (Orquesta Casino de la Playa). До своего переезда в США в 1940-м году Мигелито записал вместе с «Оркеста Касино» множество композиций Родригеса; в записи одной из которых, «Продавец карамелек уходит» (Se va el caramelero), принял участие и сам Арсенио, играя на тресе.
В 1939 или 1940 году Арсенио вновь собрал собственную группу, добавив в неё тумбадору (конгу), фортепиано и вторую (а позже — и третью) трубу. Эта форма ансамбля, названная впоследствии «конхунто»«Конхунто» () дословно означает «ансамбль». В кубинской музыке этом словом обозначается вполне определённый тип ансамбля, поэтому здесь это слово приводится без перевода., стала выдающимся нововведением, полностью преобразовавшим стилистику и «звучание» кубинской музыки.
Конхунто
Арсенио был не первым, кто добавлял фортепиано в состав кубинского секстета (sexteto) или септета (septeto) (традиционная форма которых такова: труба, гитара, трес, бонго, контрабас, мараки и клаве). До него, ещё в 1935 году, это было сделано «Секстетом Микито» (Sexteto Miquito), предшественником знаменитого «Конхунто Касино» (Conjunto Casino). Разница заключалась в том, как именно Арсенио использовал фортепиано. Если «белые» группы (например, тот же «Конхунто Касино») заменяли исполняемые на тресе риффы фортепианными монтуно, как это принято в современной сальсе, то Арсенио сохранил эту роль за тресом, что позволило ему освободить фортепиано для исполнения более сложных партий, в том числе сольных, на манер игры Рубена Гонсалеса.
Введённая в состав ансамбля тумбадора добавила музыке энергичности и глубины, а две трубы сделали звучание конхунто удивительно захватывающим. Как ни странно это покажется сегодня, конга стала широко использоваться в кубинской музыке благодаря этому нововведению Арсенио Родригеса. Более ранние формы кубинских оркестров — оркеста типика, чаранга, секстет и септет — не знали конги, которая считалась «дикарским инструментом». Сегодня же конга — «визитная карточка» латиноамериканской музыки.
В результате, конхунто вскоре почти совершенно затмили оркестры-чаранги, которые использовали скрипки и флейты вместо медных духовых и ассоциировались в то время исключительно с дансоном. Только появление в середине 1950-х годов ча-ча-ча восстановило их популярность.
Первый состав В состав первого конхунто, созданного Арсенио Родригесом, входили:
трубы: Рубен Кальсадо (Rubén Calzado) и Мигель Молине (Miguel Molinet); трес: Арсенио Родригес; фортепьяно: Лино Фриас (Lino Frías); гитара и второй голос: Марселино Герра (Marcelino Guerra) (до того игравший в Национальном септете Игнасио Пиньейро); контрабас: Нило Альфонсо (Nilo Alfonso); тумбадора: Исраэль «Кике» Родригес (Israel «Quique» Rodríguez) — брат Арсенио; бонго: Антолин Суарес «Папа Кила» (Antolín Suárez «Papa Kila»); вокалисты: Мигелито Куни (Miguelito Cuní) и Педро Луис Саррасен (Pedro Luis Sarracent).
Однако изменения структуры ансамбля оказали влияние не только на звучание конхунто, но и на исполняемую им музыку. Присоединившийся к ансамблю в 1943 году трубач Бенетин Бустильо (Benetin Bustillo) пытался копировать на трубе пассажи флейтиста Антонио Арканьо (Antonio Arcaño), что вдохновило Арсенио на создание стиля «сон-монтуно», который он первоначально назвал «эль дьябло» (el diablo) — «дьявол».
Сон-монтуно Название «монтуно» происходит от песен крестьян-монтуно с востока Кубы, из провинции Орьенте, которые, работая на склонах, пели, перекликаясь с солистом-запевалой, повторяя припев в характерном стиле «вопрос-ответ» (coro — pregón). Этот африканский музыкальный приём использовался и в классическом кубинском соне в припевах, однако не занимал главного положения в общей композиции. Родригес же сместил акценты с куплета на припев, сделав повторяющийся припев-монтуно основной частью сона-монтуно и, таким образом, «африканизировав» традиционный сон. Монтуно послужило отличным фоном как для вокальных импровизаций (сонео) солиста, так и для инструментальных импровизаций, исполняемых на тресе и трубе. Кроме того, Арсенио добавил в сон-монтуно много элементов румбы гуагуанко (связанных, в первую очередь, со введением в состав конхунто конги), сделавших музыку сона-монтуно более синкопированной и ритмичной. Эти нововведения совершили настоящую революцию в кубинской музыке. Фактически, в соне-монтуно уже присутствовали все составляющие мамбо; поэтому неудивительно, что многие пожилые кубинцы считают, что мамбо — тот же сон-монтуно, только «в другой упаковке».
Свою первую запись конхунто Арсенио Родригеса сделал в 1940 году, а в 1942 году на лейбле «RCA Victor Records» вышел его первый настоящий хит — это была песня: «Como traiga la yuca», которую публика окрестила «Скажи Каталине» (Dile a Catalina).
Второй состав