Стратегия кодирования глагольных актантов (стратегия морфосинтаксического кодирования) — система отношений между аргументами глагола, определяющая базовую структуру предложения. Разные стратегии различаются прежде всего в кодировании основных актантов переходного и непереходного глагола. В лингвистике выделяются эргативная, аккузативная, активная, контрастивная, нейтральная, трёхчленная и тематическая стратегии кодирования (и соответствующие конструкции предложения).
Семантические и грамматические роли При построении фразы на любом языке выделяют два базовых члена предложения — активный (агенс, или субъект) и пассивный (пациенс, или объект). Обычно глагол может присоединять к себе без предлога до трёх существительных (актанта): «Хозяин дал кость собаке» («дал» — глагол, три существительных — актанты: «хозяин» — агенс, «кость» — пациенс, или прямое дополнение, «собаке» — адресат, или косвенное дополнение). В этом случае говорят, что глагол «дал» — трёхвалентный. Если глагол объединяет два актанта, то он считается двухвалентным: «Собака видит кошку». Но есть и такие глаголы, которые способны присоединять только один актант: «Собака спит». В этом случае принято говорить, что глагол «спать» одновалентный.
Валентность связана с категорией переходности-непереходности. Одновалентные глаголы, как правило, относятся к непереходным (интранзитивным), а многовалентные — к переходным (транзитивным). Если в языках номинативного строя (к ним относится, например, русский) переходность-непереходность грамматически не выражена, то в эргативных языках эта категория — базовая при распределении падежей в предложении. Таким образом (с учётом переходности-непереходности) в предложении выделяют: (А) активный член предложения (субъект переходного глагола), (P) пассивный (объект переходного глагола), (S) статичный (субъект непереходного глагола).
Стратегии кодирования Различные способы кодировки этих членов предложения (А, P и S) приводят к тому, что языки относятся к тому или иному строю. Подавляющее число языков мира относятся к номинативному строю, меньшая часть — к эргативному. Сравнительно недавно был выделен ещё один строй — активный. Новейшие теории в языкознании различают ещё несколько возможных способов кодировки актантов, которые являются ещё более редкими.
Номинативная (номинативно-аккузативная) стратегия В номинативных языках предложения с переходными и непереходными глаголами кодируются одинаково: статичный и активный член предложения не противопоставляются, а пассивный актант обозначается особо: А=S; P. Собака (A) (NOM) поймала кошку (P) (ACC) Собака (S) (NOM) спит
Эргативная (эргативно-абсолютивная) стратегия В эргативных языках наоборот — одинаково маркируются статичный и пассивный актанты, а вот активный член предложения обозначается иначе: S=P; А. В русском языке похожая конструкция возможна с использованием пассивного (страдательного) залога и инструменталиса (творительного падежа). Собакой (A) (ERG) кошка (P) (NOM) поймана Собака (S) (NOM) спит
Если в одних языках (например, в нахско-дагестанских) эргативная конструкция является жёстким способом кодирования ядерных актантов, то в других языках (в картвельских, индийских) она ограничена обычно планом прошедшего времени, в третьих (в чукотско-камчатских, австралийских языках) эргативная конструкция при переходных глаголах допускает преобразование, аналогичное пассиву аккузативных языков.
Иногда в таких языках наряду с эргативной представлена дативная конструкция, функционирующая с глаголами чувственного восприятия, которые стоят вне категории переходности-непереходности. В этом случае активный член предложения помещается в дательном падеже. В аварском: Инсу-да вац вихана «Отцу брат привиделся» (Отец увидел брата); в баскском языке: Ni-ri hi gustatzen ha-tzai-t (Мне ты нравящийся ты-есть-мне) «Ты мне нравишься». Такая конструкция характерна и для русского языка: «Мне холодно» (Я мерзну), «Мне приснился сон» (Я увидел сон). Тогда предложение «Собака поймала кошку» преобразится в дативной конструкции в «Собаке (DAT) кошка (NOM) попалась».
В ряде нахско-дагестанских языков (цахурском языке, годоберинском языке) известны наряду с дативными аффективные конструкции, отличающаяся тем, что агенс при глаголах чувственного восприятия ставится в специальном аффективном падеже. В годоберинском языке она характерна для трёх экспериенциальных глаголов ha’a видеть, anɫa слышать, bi’a знать: imu-ra Anwar ha’a (Отцу Анвар привиделся) «Отец Анвара увидел».
Кроме того, в нахско-дагестанских языках выделяют локативную конструкцию. В годоберинском языке, в которой один из актантов оформляется номинативом, а другой — одной из пространственных форм: ʔali-ʧʼu biʧʧã darsi «Али понял урок»; waʦʦi jaʦʦ-u-qi haliʃʃi «Брат посмотрел на сестру».
Активная (активно-стативная, семантическая) стратегия Активные языки отличаются от других тем, что статичный член предложения с непереходным глаголом может оформляться либо как агенс, либо как пациенс в зависимости от желания говорящего подчеркнуть преднамеренность или непреднамеренность процесса. В предложении с непереходным глаголом и единственным ядерным актантом используется не единое кодирование по схеме эргативной конструкции, а два различных кодирующих средства в зависимости от типа глагола. Одно из них совпадает с кодированием агенса, а другое — с кодированием пациенса переходного глагола. Такая схема кодирования и получила название активной. Формулой эту конструкцию можно выразить так: Sа=А; Sp=P. Эта конструкция наиболее последовательно различает агенс и пациенс, распространяя концепты переходного агенса и пациенса на единственный ядерный актант непереходного глагола. А именно, при непереходном глаголе различаются агенсоподобный (при глаголах типа бежать, работать) и пациенсоподобный (при глаголах типа умирать, погибать, падать) актанты. Довольно редко реализуется конструкция, противопоставляющая агенсоподобные и пациенсоподобные актанты переходного глагола (соответственно агентив и пациентив) единственному актанту непереходного глагола.
В русском языке весьма приблизительно данную конструкцию можно представить следующим образом: Собака тошнит (преднамеренно) Собаку тошнит (непреднамеренно)В русском языке непреднамеренный оттенок глагола иногда формируется за счёт дативной (или генитивной) конструкции и, как правило с негативной частицей. Сравните: «Я не работаю» и «Мне не работается»; «Мальчика здесь не было» (не по его воле) и «Мальчик здесь не был» (преднамеренно), а также «Вы здесь не стояли» — «Вас здесь не стояло» Например, в табасаранском языке единственный актант глагола типа «падать» может интерпретироваться как пациентивно, так и агентивно: aqun-zu «я упал (случайно)» — aqun-za «я упал (намеренно)».
Среди особенностей языков активного строя, в котором категория одушевлённости переплетается с категорией активности:
противопоставление активных и стативных глаголов (а не переходных и непереходных, как в номинативных и эргативных языках) или обусловленный переход активных глаголов в стативные и обратно; наличие двух рядов личных местоимений; напр., в языке ассинибойнов (одного из индейских племён на севере Великих равнин США и Канады): активный ряд: wa- 1 л., ед. ч., ya- 2 л., ед. ч., ̃uk 1 л.; инклюзив и стативный ряд: ma- 1 л., ед. ч., ni- 2 л., ед. ч., ̃uk 1 л. инклюзив. Первый ряд используется для обозначения субъекта активного действия, второй — для субъекта стативных глаголов и объекта. противопоставление эксклюзива и инклюзива; отсутствие инфинитива, показателей 3-го лица в глаголе, имён прилагательных (они заменены стативными глаголами типа «быть высоким»), времён (при наличии разнообразных видовых значений), числа (множ. ч. возможно для одушевленных имён) и падежей при наличии двух посессивов — органической (неотторжимой) и неорганической (отторжимой) принадлежности (в адыгейском я-нэ «их-мать», а-нэ «их-сердца»); наличие разнокорневых глаголов, противопоставленных по числу участников процесса (в айнском ‘arpa «идёт» — paye «идут», raike «убивает одного», ronnu «убивает многих»); при развитости образования отглагольных имён они образуют только участников соответствующей ситуации, но не сами ситуации; отсутствие пассивных конструкций, связки и глаголов со значением ‘иметь’.
Тематическая («филиппинская» или «австронезийская») стратегия Есть ещё такой феномен, как филиппинские языки (например, тагальский), строй которых весьма специфичен. В них существительные противопоставляются не только по активности (субъект) и пассивности (объект), но и по актуальности (центральной роли в предложении) и неактуальности (периферийной роли). Актуальность выражается артиклями, а «актив-пассив» — в структуре глагола падежеобразными префиксами, суффиксами и инфиксами, выражающими направление (директив), получение (бенефициатив) и орудийность (инструменталис). Эти глагольные форманты отягощаются страдательным и действительным залогом. Если существительные строятся аналитически, то глаголы синтетически (есть чередования на стыке корней и формантов).
Характерное отличие филиппинских языков — использование рематива, как грамматическое средство логической ударности в предложенииШахтёр П., Подлежащее в филиппинских языках: топик, актор, актор-топик. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XI. М., 1982: Mag-salis ang babae ng bigas sa sako para sa bata Возьмет-(рема-принципал) (ang — рема) женщина (ng — пациентив) рис (sa — директив) мешок (para sa — бенефактив) ребёнок Женщина возьмет рис из мешка ребёнку Aasalin ng babae ang bigas sa sako para sa bata Возьмет (пациентив-принципал) женщина рис мешок ребёнок Женщина возьмет рис из мешка ребёнку Aalian ng babae ng bigas ang sako para sa bata Возьмет (рема-директив) женщина рис мешок ребёнок Женщина возьмет рис из мешка ребёнку Ipagsalis ng babae ng bigas sa sako ang bata Возьмет (рема-бенефактив) женщина рис мешок ребёнок Женщина возьмет рис из мешка ребенку
Транзитивная стратегия Транзитивные языки близки к эргативным, но в них всё-таки несколько другое распределение ролей в предложении. В них активный и пассивный актанты маркируются одинаково (либо флексии таких маркеров отсутствуют), а статичный актант стоит в особом «непереходном» (анти-эргативном) падеже. В русском языке такая конструкция невозможна даже приблизительно. К транзитивным относят некоторые памирские языки, например рушанский язык.
Директная стратегия В языках т. наз. «директного типа» все три актанта выражаются одинаково либо вовсе не маркируются и о распределении ролей в предложении можно догадаться из контекста (обычно это достигается за счёт жесткого порядка слов): S=P=А
В русском языке похожая конструкция возможна на том основании, что в некоторых случаях флексии именительного и винительного падежа совпадают. Мать любит дочь Мать спит
Теоретическое допущение относительно существования языков с грамматически иррелевантными падежами подтверждается на материале риау-индонезийского диалекта, описанного Д. ДжиломЛи Ч. Н., Томпсон С. А. Подлежащее и топик: новая типология языка. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 11. М., 1982Кинэн Э. Л., К универсальному определению подлежащего. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 11. М., 1982.
В иврите неопределенное прямое дополнение не маркируется, а перед определенным стоит предлог את et, а за ним к основному слову присоединяется показатель артикля ה־ ha-.
קניתי ספר (kaníti séfer) - я купил (некую) книгу קניתי את הספר (kaníti et ha-séfer) - я купил (определенную) книгу
В годоберинском языке некоторые переходные глаголы допускают построение биноминальной конструкции, когда именительным падежом (точнее не оформляется никаким падежом) маркируется как пациенс, так и агенс; смысловой глагол при этом согласуется по классу с пациенсом, а вспомогательный — с агенсом: waʦʦ-u-di ʁuʁ-e r-ikkat-a r-uk’a Мальчик голубей ловил (эргативная конструкция) waʦʦa ʁuʁ-e r-ikkat-a w-uk’a Мальчик голубей ловил (биноминальная конструкция).