Аннинское барокко (также — барокко эпохи Анны Иоанновны) — условное обозначение периода в развитии русской архитектуры 1730-х — начала 1740-х годов, приходящегося на царствование императрицы Анны Иоанновны (1730—1740). В историко-архитектурной и искусствоведческой науке данный этап характеризуется как переходный период от петровского барокко (первая четверть XVIII века) к зрелому (елизаветинскому) барокко 1740—1750-х годов, представленному творчеством Франческо Бартоломео Растрелли.
Историография и генезис стиля Долгое время архитектура аннинского времени оставалась наименее изученным периодом русского зодчества XVIII века. Основная причина — устойчивый негативный стереотип восприятия всей эпохи правления Анны Иоанновны («бироновщина»), сформировавшийся ещё в середине XVIII века и закреплённый в литературе (роман Ивана Ивановича Лажечникова «Ледяной дом», 1835). Вследствие этого архитектура 1730-х годов обычно рассматривалась лишь как «переходный этап» между петровским и елизаветинским барокко, не имеющий самостоятельного значения.
При этом характерно, что именно в 1730-е годы были завершены самые значительные постройки, начатые ещё при Петре I: здание Двенадцати коллегий, Кунсткамера, Петропавловский собор. Наряду с этим развернулось новое строительство императорских дворцов и общественных зданий. Сама передача ряда парадных построек новым институциям (например, домов на набережной Невы царским министрам) свидетельствовала о стремлении к визуальной артикуляции правящей элиты и формированию имперского ландшафта столицы Таким образом, аннинское барокко было не просто переходным архитектурным стилем, а важнейшим этапом в формировании визуального образа Российской империи.
Между тем формирование стиля в этот период имело сложный, композитный характер. Архитектура 1730-х годов складывалась на пересечении нескольких разнородных линий: Европейская барочная традиция, привнесённая иностранными архитекторами (Доменико Трезини, Жан-Батист Леблон, Андреас Шлютер) и усиленная вернувшимися из-за границы русскими мастерами, обучавшимися за казённый счёт (так называемыми «государевыми пенсионерами»). Освоение наследия петровского времени — продолжение регулярной планировки, симметричных композиций и ордерного декора, заложенных в первой четверти века. Архаические течения, опиравшиеся на допетровские традиции (нарышкинское барокко, «узорочье»), особенно характерные для московской и провинциальной архитектуры.
Ключевым каналом трансляции европейского опыта стала система петровских пенсионеров. Молодые русские архитекторы (в их числе — Иван Коробов и Михаил Земцов) были отправлены на обучение в Голландию, Бельгию и Италию. Вернувшись, они, в отличие от приглашённых иностранцев, работали в России постоянно и передавали знания следующему поколению, что обеспечило преемственность архитектурного развития.
Аннинское барокко отличается большей торжественностью по сравнению с архитектурой петровского времени, но уступает в роскоши барокко елизаветинскому. К характерным чертам стиля относятся: чёткая композиция и строгое соблюдение симметрии; плоскостной, сдержанный декор; лаконичные цветовые решения (сочетание небесно-голубого с белыми декоративными элементами, которое хорошо продемонстрировано в Сампсониевском соборе, где небесно-голубые стены контрастируют с белоснежными декоративными элементами — рустованными пилястрами, наличниками окон и карнизами); использование пилястр, наличников окон, рустовки; обращение к базиликальному типу храма (характерно для Петербурга).
Это цветовое решение хорошо сохранилось в Сампсониевском соборе, где небесно-голубые стены контрастируют с белоснежными декоративными элементами — рустованными пилястрами, наличниками окон и карнизами
В аннинское десятилетие были заложены многие градостроительные и стилистические основы, получившие своё полное развитие в период расцвета русского барокко при Елизавете Петровне. Возобновлено строительство в Петербурге после почти полного затишья второй половины 1720-х годов; разработана серия крупных гидротехнических и градостроительных проектов.
Особенности московской и петербургской версий стиля
Аннинское барокко получило самостоятельное развитие в Москве и Петербурге, что было связано с разницей в заказчиках и архитектурной традиции.
Петербургское аннинское барокко создавалось вернувшимися из-за границы петровскими пенсионерами (Михаил Земцов, Иван Коробов) и ещё не набравшим пышности и великолепия Бартоломео Франческо Растрелли. Здесь уже была своя традиция — петровская, западная, которую эти мастера продолжили. Они развивали стиль северного барокко, стремясь к изяществу в рамках этого стиля. Характерной чертой аннинского Петербурга стало смещение фокуса императорской власти с водных пространств на сушу. Императрица не проявляла интереса к Неве и не стремилась повторить опыт своего великого дяди. Зимний дворец был поставлен так, что «повернулся» к реке боком, получив парадный двор и прямой подъезд со стороны Невской перспективы. Публичная жизнь двора разместилась в пространстве треугольника: Зимний дворец – Летний дворец – Рождественский собор. Невская перспектива, при Петре I прямая дорога, обсаженная берёзками, стала главной улицей имперского города, украшенной двумя триумфальными арками (Аничковой и Адмиралтейской). Франческо Альгаротти, посетивший Петербург в середине 1739 года, так описал стилевую картину аннинской архитектуры: «… внешним своим видом строения обязаны далеко не Палладию и не Иниго Джонсу. Тут господствует какой-то смешанный стиль, средний между итальянским, французским и голландским, но с преобладанием голландского».
Московское аннинское барокко опиралось на многовековую традицию, что диктовало определённую «оглядку» на раннепетровские памятники («стиль Великого посольства»), а через них — и на нарышкинский стиль. В результате московский вариант стиля оказывается часто менее последовательным, но более экспериментирующим. Круг заказчиков здесь был шире: не только императорский двор, но и аристократия, купечество. Круг заказчиков московского аннинского барокко был тесно связан с высшей аристократией. По заказам представителей знатнейших фамилий — Барятинских, Долгоруковых, Куракиных, Лопухиных, Нарышкиных, Татищевых, Салтыковых, Черкасских, Шереметевых, а также влиятельных при дворе иноземцев (Брюса и Остермана) — строились многие усадебные храмы и городские палаты. Характерной особенностью московского аннинского барокко является анонимность большинства его памятников. Ммосковская архитектура аннинского барокко до сих пор остаётся безымянной, несмотря на попытки исследователей приписать те или иные здания известным архитекторам.
Большая свобода выбора и присутствие традиции определили особый характер московской архитектуры эпохи императрицы Анны и, следовательно, характер архитектуры провинций, тяготевших к Москве. Для московского аннинского барокко характерно обращение к октагональным (восьмигранным) планам церквей — традиции, восходящей к нарышкинскому стилю, но получившей новое развитие в 1730—1740-х годах. Среди памятников московского аннинского барокко — церковь Воскресения в Барашах (1733—1739), церковь Михея в Троице-Сергиевой Лавре (1734), церковь Николая в Черкутине (1734), церковь Рождества Богородицы в Селевкине (1740) и церковь Иоанна Предтечи в Садках (1741).
При всех особенностях развития архитектуры в Санкт-Петербурге и Москве, стиль барокко 1730-х годов распространялся также в провинциальных городах. Именно в провинции некоторые памятники аннинского времени сохранились лучше, чем в столицах, либо в провинции можно обнаружить особенности декоративного убранства, характерного для данного времени. Своеобразным отражением стиля аннинского барокко является, в частности, церковь Рождества Пресвятой Богородицы в селе Велегож (ныне Тульская область), построенная в 1731—1735 годах предположительно архитектором Яковом Устиновичем Главщиковым. Этот храм представляет собой центрическое крестчатое здание, восходящее по композиции к образцам конца XVII века (нарышкинское барокко), однако новые ордерные принципы декоративного оформления в нём уже не оставляют и следа от вертикальной устремлённости и декоративной насыщенности прототипов, что характерно для переходного характера аннинского барокко.
Типология храмового зодчества В церковной архитектуре Санкт-Петербурга аннинского времени разрабатывались два основных типа храма.
Первый тип — зальная базилика, которую ярче всего представляет церковь Рождества Богоматери, построенная Михаилом Земцовым в 1733—1737 годах на Невском проспекте (впоследствии заменённая Казанским собором). Этот тип развивал принципы, впервые применённые в Петропавловском соборе Доменико Трезини: прямое копирование североевропейской модели. В Москве этот тип не получил распространения.
Второй тип — храм с сохранением базиликальной основы, но с использованием купольного завершения. В московской архитектуре это столичное влияние сказалось в использовании упрощённого базиликального типа (без башни и с небольшим куполом над кровлей). В Подмосковье этот вариант отразился в Никольской церкви в Домодедово (около 1738), а в Москве — в Толгской церкви Высоко-Петровского монастыря (1744—1750).
Ключевые архитекторы и памятники
К ведущим зодчим аннинского времени относятся следующие мастера:
Михаил Григорьевич Земцов (1688—1743) — русский архитектор, представитель раннего барокко. Среди его основных работ аннинского периода: церковь Рождества Богородицы (1733—1737, на Невском проспекте, не сохранилась, впоследствии заменена Казанским собором), церковь Симеона и Анны (1731—1734), Знаменская церковь в Царском Селе, а также Аничков дворец, начатый в 1741 году.
Иван Кузьмич Коробов (ок. 1700—1747) — российский архитектор и инженер, один из первых петровских пенсионеров, обучавшийся в Голландии и Бельгии. Его главным произведением, относящимся к аннинскому времени, является перестройка здания Адмиралтейства в Санкт-Петербурге (1728—1738). Коробов возвёл новые корпуса, а над главным въездом — каменную ярусную башню с золочёным шпилем, увенчанную корабликом-флюгером. Стиль этой постройки характеризуется как раннее (петровское) барокко с элементами голландского влияния, что соответствует переходному характеру архитектуры аннинского времени. Среди других работ Коробова — Пантелеимоновская церковь (1735—1739), деревянные склады на острове Новая Голландия (1732—1738), Новоадмиралтейский канал, а также участие в составлении первого русского архитектурного трактата «Должность архитектурной экспедиции» после пожара 1737 года.
Пётр Михайлович Еропкин (ок. 1690—1740) — русский архитектор и градостроитель. После опустошительных пожаров 1736—1737 годов он создал знаменитую трёхлучевую систему магистралей, сходящихся к Адмиралтейству (Невский, Вознесенский проспекты и Гороховая улица), что определило дальнейшее развитие центра Санкт-Петербурга.
Франческо Бартоломео Растрелли (1700—1771) — архитектор, чьё творчество связывают прежде всего с елизаветинским барокко (1740—1750-е годы). В аннинский период он создал несколько значительных произведений: дворцы герцога Бирона в Митаве (1738—1740, ныне Елгава) и Руентале (1736—1740, ныне Рундальский дворец) в Курляндии, Анненгоф в Москве и ранний Зимний дворец Анны Иоанновны в Санкт-Петербурге (начат в 1731 году, не сохранился).
Примечания
Категория:Архитектурные стили