Алекса́ндр Константи́нович Глазуно́в () — русский , , профессор Санкт-Петербургской консерватории (1899), в 1905—1928 — её директор. Народный артист РСФСР (1922). Старший брат энтомолога и путешественника Дмитрия Глазунова.
Биография
Происходил из династии книгоиздателей Глазуновых, выслуживших дворянское достоинство. Отец — Константин Ильич Глазунов (1828—1914), дед — Илья Иванович Глазунов (1786—1849). Мать Александра Константиновича, Елена Павловна Турыгина (1846—1925), была пианисткой. Вплоть до эмиграции (1928) композитор проживал в петербургском доходном доме своей семьи по адресу: Казанская улица, 10.
Образование получил во Втором петербургском училище, по окончании которого некоторое время был вольнослушателем в Петербургском университете (1883). В университете играл в студенческом симфоническом оркестре, в регулярных концертах, называемых «Музыкальными упражнениями студентов императорского университета в Петербурге». На университетских концертах неоднократно исполнялись произведения Глазунова.
Одарённый хорошим слухом и музыкальной памятью, Глазунов начал учиться игре на фортепиано с девяти лет, сочинять — с одиннадцати. В 1879 году он познакомился с Милием Балакиревым, который отметил незаурядный талант юноши и рекомендовал его Николаю Римскому-Корсакову. С Римским-Корсаковым Глазунов начал частным образом изучать курс гармонии, форм и инструментовки, теории музыки и композиции, и за полтора года прошёл весь курс, рассчитанный на 5 — 7 лет учёбы в консерватории. Уже в 1882 году Глазунов написал свою Первую симфонию, которая 17 марта с успехом была исполнена в Бесплатной музыкальной школе под управлением Балакирева, а вскоре появился его первый струнный квартет.
Творчеством Глазунова заинтересовался известный лесопромышленник, меценат и покровитель искусства Митрофан Беляев, ставивший своей целью поддержку молодых русских композиторов. Для ознакомления с творчеством юного композитора Беляев 27 марта 1884 года устроил закрытый концерт из произведений Глазунова, в котором дирижировали Римский-Корсаков и Дютш.
В 1885 году Беляев организовал музыкальное издательство в Лейпциге, а годом ранее при его поддержке Глазунов впервые отправился за границу, посетив Германию, Швейцарию, Францию, Испанию и Марокко. В Веймаре Глазунов познакомился с Ференцем Листом, по инициативе которого 14 мая 1884 года на съезде «Всеобщего немецкого музыкального союза» прозвучала Первая симфония 18-летнего автора. Вернувшись в Петербург, Глазунов стал одним из членов так называемого «Беляевского кружка», в который входили также Римский-Корсаков, Лядов, Малишевский, Витолс, Блуменфельд и другие музыканты. Продолжая традиции «Могучей кучки» по части развития русской композиторской школы, «беляевцы» также держали курс на сближение с западной музыкальной культурой.
В 1887 году умер Александр Бородин, оставив неоконченными оперу «Князь Игорь» и Третью симфонию. За их окончание и оркестровку взялись Римский-Корсаков и Глазунов. Феноменальная память Глазунова позволила ему полностью восстановить увертюру к опере, услышанную в исполнении на фортепиано самим Бородиным незадолго до его смерти, и фрагменты третьего действия. Также Глазунов смог полностью оркестровать симфонию.
В 1886 году Глазунов дебютировал как дирижёр в «Русских симфонических концертах», где был впервые исполнен ряд его сочинений. В 1907 году выступил как дирижёр и композитор в «Исторических русских концертах» в Париже.
Глазунов поддерживал тесные личные и творческие отношения с Петром Ильичём Чайковским. Глазунова Чайковский пригласил 25 ноября 1890 года на предварительное прослушивание струнного секстета «„Воспоминание о Флоренции“» накануне первого публичного исполнения этого сочинения. После смерти композитора Глазунов сделал оркестровку ряда произведений покойного, среди них цикл пьес для скрипки и фортепиано «Воспоминание о дорогом месте». Оркестровка этого произведения получила широкое распространение.
В начале 1890-х Глазунов пережил творческий кризис, который сменился новым подъёмом: он сочинил три симфонии, камерные произведения и балет «Раймонда», ставший самым известным его сочинением. В 1899 году он получил место профессора Петербургской консерватории, в которой работал непрерывно около тридцати лет. После событий 1905 года, когда из консерватории за поддержку революционно настроенных студентов был уволен Римский-Корсаков, Глазунов в знак протеста также покинул свой пост. Однако уже в декабре 1905 года, после того как консерватория была отделена от Русского музыкального общества, Глазунов вернулся в неё и вскоре был избран её директором. На посту директора Глазунов провёл огромную работу: привёл в порядок учебные планы, основал оперную студию и студенческий оркестр, значительно повысил требования к студентам и преподавателям, в конце каждого учебного года лично присутствовал на всех экзаменах и писал характеристики на каждого студента. В 1906 году Глазунов написал музыку гимна «Избранникам русского народа», прославляющего депутатов Государственной думы Российской империи.
В 1908 году Глазунов рекомендовал своего ученика, талантливого польского композитора Витольда Малишевского, на пост директора Императорских музыкальных классов в Одессе. Это назначение оказалось знаковым для развития музыкальной культуры юга Российской империи, а затем Украины, так как в 1913 году Малишевский стал основателем и первым ректором Одесской консерватории.
После начала Первой мировой войны, в 1915 году, Глазунов создал произведение, написанное на темы английского, русского, сербского, французского, черногорского и японского гимнов — «Парафраза на гимны союзных держав» (ор. 96). О «Парафразе» журнал «Музыка» высказался сухо: «Глазуновская парафраза для роялей, правда, является как бы исключением, но она — конгломерат гимнов, а не творческий порыв, отвечающий историческому моменту».
В 1917 году композитор обработал музыку к «Рабочей Марсельезе» (слова П. Лаврова, 1875 год) — российскому гимну в первые месяцы советской власти. После Октябрьской революции Глазунов сумел остаться на своём посту, наладив отношения с новой властью и, в частности, с наркомом по просвещению Анатолием Луначарским, сохранив за консерваторией престижный статус.
Глазунов (ректор Петроградской консерватории) и Луначарский (нарком по просвещению) после Октябрьской революции находились в постоянной переписке. В то непростое время Луначарский помог Глазунову, когда у того остро встал вопрос с жильём. По Наркомату просвещения был издан приказ № 593 от 9 марта 1918 года о неприкосновенности квартиры и загородного дома Глазунова, а сам Луначарский выдал директору консерватории «охранную грамоту»: «Настоящим удостоверяю, что квартира по Казанской улице, № 10, где живёт знаменитый композитор директор консерватории А. Глазунов, ввиду выполняемых им важнейших обязанностей и творческой работы, никакой реквизиции ни в коем случае не подлежит. Народный комиссар Луначарский»Куницын. О. Глазунов. О жизни и творчестве великого русского музыканта. — Спб.: Издательство «Союз художников». 2009. 521 С.. На торжествах по случаю 40-летия творческой деятельности Глазунова Анатолий Васильевич произнёс пламенную речь, в которой посетовал на малоизвестность Глазунова по сравнению с Чайковским и сравнил юбиляра с Глинкой.
В 1918—1920 годах Глазунов выступал как дирижёр на фабриках, в клубах, частях Красной Армии, принимал участие в музыкально-общественной жизни страны. В 1922 году Глазунову было присвоено звание народного артиста Республики. Тем не менее, против Глазунова в консерватории были настроены некоторые группы профессоров и студентов.
Эмиграция и последние годы В 1928 году американская граммофонная компания «Колумбия» решила провести в Вене международный композиторский конкурс к 100-летию со дня смерти Шуберта и пригласила Глазунова в качестве члена жюри. Для того чтобы выехать, композитору было необходимо получить разрешение. Он обратился к Луначарскому. В Наркомпрос ушло письмо: «Просим Вас оказать всемерное содействие к предоставлению заграничной командировки в город Вену сроком на три месяца Народному артисту Республики профессору Александру Константиновичу Глазунову как представителю шубертовского конкурсного жюри по СССР»Куницын. О. Глазунов. О жизни и творчестве великого русского музыканта. — Спб.: Издательство «Союз художников». 2009. 642 стр.. В протоколе заседания правления консерватории по вопросу о заграничных командировках записали кратко: «Персонально А. К. Глазунову». В ректорском приказе Глазунов обозначил: «Отправляюсь в Вену в качестве члена Международного жюри для присутствия на торжествах в память столетия со смерти композитора Франца Шуберта».
По окончании конкурса Глазунов принял решение не возвращаться в СССР. Он формально числился ректором Ленинградской консерватории до 1930 года, однако его обязанности фактически исполнял Максимилиан Штейнберг.
Первый публичный концерт Глазунова после его отъезда из СССР состоялся 19 декабря 1928 года в парижском зале «Плейель». Исполнялись популярные произведения композитора: Торжественная увертюра, Второй фортепианный концерт, симфоническая поэма «Стенька Разин», Седьмая симфония. Оркестром дирижировал автор. Некоторое время Глазунов выступал как дирижёр, а в 1932 году, в связи с ухудшившимся здоровьем, вместе с женой поселился в Париже, где изредка сочинял (среди его поздних работ — Концерт для саксофона с оркестром, посвящённый Сигурду Рашеру).
А. К. Глазунов скончался в возрасте семидесяти лет 21 марта 1936 года в клинике «Villa Borghese» и был похоронен на кладбище Нёйи-сюр-Сен. В 1972 году прах Глазунова был перевезён в Ленинград и 14 октября торжественно перезахоронен на Тихвинском кладбище (фото могилы) Александро-Невской лавры.
Отношения с другими композиторами
Глазунов и Рахманинов Знакомство Глазунова и Рахманинова состоялось, видимо, в Москве в начале мая 1896 года, в гостях у ТанееваБрянцева В. Н. С. В. Рахманинов. — М.: Сов. композитор, 1976. — 645 с., ил.. По свидетельству одного из мемуаристов, Глазунов сыграл Танееву ещё никому не известную первую часть Симфонии № 6, а Рахманинов, подслушав музыку из соседней комнаты, тут же воспроизвел её по памятиВоспоминания о Рахманинове. В 2-х томах. — Т. 1. / Сост., ред., прим. и предисловие З. Апетян — М.: Музгиз, 1961. — С. 229—230. Впоследствии, в начале 1897 года по заказу Беляева Рахманинов выполнил переложение этой симфонии для фортепиано в 4 руки.
Ещё до личного знакомства Глазунов был знаком с музыкой Рахманинова. В частности, 20 января 1896 года Глазунов продирижировал фантазией «Утёс» Рахманинова в Петербурге, в одном из концертов беляевского кружка«Брянцева». В свою очередь, Рахманинов также дирижировал сочинениями Глазунова.
Широко известна и обросла легендами история неудачной премьеры Первой симфонии Рахманинова, которой дирижировал Глазунов в третьем Русском симфоническом концерте. 9 марта 1897 года Рахманинов выехал в Петербург, чтобы присутствовать на трёх репетициях и на премьере, которая состоялась 15 марта. Многие мемуаристы Рахманинова (Е. Крейцер-Жуковская, А. Хессин, А. Оссовский) обвиняют в неудаче именно Глазунова. Считается, что именно провал симфонии вызвал последующий застой в творчестве Рахманинова и стал переломным моментом в его биографии. Несмотря на это, Рахманинов продолжал общаться с ГлазуновымГанина М. Александр Константинович Глазунов: жизнь и творчество — Л.: Государственное музыкальное издательство, 1961. — С. 313—314, более того, в эмиграции он существенно помогал Глазунову материальноТартаковская Н. Рахманинов: парадоксы жизни и творчества ..
Кроме того, Глазунова и Рахманинова связывало Русское музыкальное общество (РМО). В 1909 году Рахманинова избрали музыкальным руководителем РМО, в то время как Глазунов был директором Петербургской консерватории и тесно сотрудничал с этой организациейГанина М. Александр Константинович Глазунов: жизнь и творчество — Л.: Государственное музыкальное издательство, 1961. — С. 239.
Глазунов и Штейнберг