Западно-Сибирское восстание 1921—1922 годов — крупнейшее антисоветское вооружённое выступление крестьян, казаков, части рабочих и городской интеллигенции в РСФСР, продолжавшееся на территории Западной Сибири с 31 января 1921 по август 1921 года. Было подавлено.
Предпосылки восстания К началу 1921 года крестьянские восстания охватили практически всю Советскую Россию. Крестьяне требовали прекращения хлебной монополии и ликвидации диктатуры РКП(б). Зимой 1921 года восстала и Западная Сибирь.
Большевистское руководство проводило политику продовольственной диктатуры и хлебной монополии, то есть крестьянам запретили распоряжаться продуктами своего труда и насильно отбирали у них практически весь хлеб.
В докладной записке председателя Сибирского продовольственного комитета Петра Кирилловича Когановича от июля 1920 года было сказано, что по данным Сибпродкома в Сибири в 1919 году имелось свободных излишков хлеба в количестве 77 054 тыс. пудов, а в 1920 году — 71 753 тыс. пудов, из которых к развёрстке принято 54 716 тыс. пудов, а заготовлено не более 25 000 тыс. пудов. 20 июля 1920 года Совет Народных Комиссаров РСФСР принял постановление «Об изъятии хлебных излишков в Сибири», по которому крестьяне обязаны были сдать все излишки хлеба прошлых лет и одновременно нового урожая. По этому декрету Совнаркома с 20 июня 1920 по 1 марта 1921 года, 6 губерний, подчинённых Сибревкому (Иркутская, Енисейская, Томская, Омская, Алтайская, Семипалатинская) должны были сдать 110 млн пудов хлеба, Тюменская губерния — 8 177 тыс. пудов, Екатеринбургская губерния — 10 млн пудов, Челябинская губерния — 17 млн пудов, что составляло ⅓ общегосударственного задания в 440 млн пудов. Крестьян обязывали сдать зерно, мясо (на Сибирь было наложено 6 270 000 пудов мяса), масло, яйца, картофель, овощи, кожи, шерсть, табак, рога, копыта и многое другое. Всего на них распространялось 37 развёрсток. Кроме того, всё трудовое население с 18 до 50 лет должно было исполнять различные повинности: рубить и вывозить лес, поставлять подводы и т. д. За уклонение предусматривались строгие меры наказания вплоть до ареста и отправки на принудительные работы. Непосредственными руководителями были: предсибпродкома Пётр Кириллович Коганович, Тюменский губпродкомиссар Григорий Самойлович Инденбаум, Екатеринбургский губпродкомиссар Тихон Максимович Пономаренко.
Введённые с конца августа 1920 года в Тюменской губернии многочисленные развёрстки были непосильны для крестьян Ишимского уезда, тем более, что в 1920 году этот регион постиг сильный неурожай. Однако местное партийное и советское руководство, изымая в ряде мест даже продовольственный хлеб и семена, осуществляло беспрецедентное насилие по отношению к крестьянству«Следует особо подчеркнуть, что разнообразие форм, а также концентрация произвола и насилия, осуществлявшегося в Ишимском уезде в конце 1920 — начале 1921 г. по государственной линии и по „личной инициативе“ разного рода партийно-советских функционеров, были для местного населения невиданными. Как утверждали сами крестьяне, в том числе сельские коммунисты и советские работники, по преступности деяний и жестокости поведения посланцы города в деревне превзошли всё то, что полтора — два года тому назад вершили колчаковские каратели. Парадоксально, но факт: многие из занимавшихся выяснением причин восстаний политработников Красной Армии и сотрудников реввоентрибуналов были искренне убеждены в том, что произвол и насилия, вызвавшие мятежи, являлись делом рук исключительно пробравшихся в местные партийно-советские органы контрреволюционеров, а никак не самых настоящих коммунистов. Им не верилось или не хотелось верить в то, что на такое способны их товарищи по партии».Шишкин В. И. К вопросу о новой концепции Западно-Сибирского мятежа .
Ввиду плохих погодных условий — проливные дожди привели к сильной распутице, что осложнило работы по изъятию хлеба и транспортировке его к железнодорожным станциям, — выполнить задания по продразвёрстке не удалось. Поэтому основная тяжесть её пришлась на ноябрь 1920 — январь 1921 годов. Курс на скорейшее выполнение плана привёл к дальнейшим злоупотреблениям и бесхозяйственности. По разгильдяйству большевистского руководства и безалаберности властей гнил собранный в общественных амбарах хлеб, погибали от холода овцы, остриженные для выполнения плана шерстяной развёрстки, шло уничтожение крупного рогатого скота. План хлебной развёрстки в Тюменской губернии был выполнен на 102 % и составил 6,6 млн пудов. На 100 % выполнил развёрстку Курганский уезд. Омская губерния не выполнила задание, собрав лишь 48 % от плана. Тобольско-Тюменская газета «Известия» в те дни сообщала: «…В Омском, Тюкалинском, Ишимском, Калачинском, Татарском и Славгородском уездах открыто 50 ссыпных пунктов, ссыпано 2 958 769 пудов! Сдано губпродкому 1 461 686 пудов! Осталось на ссыпных пунктах более миллиона пудов». В результате в ноябре 1920 — январе 1921 годов восстания произошли в Безруковской, Бердюжской, Больше-Сорокинской, Голышмановской, Дубынской, Ларихинской, Пегановской, Уктузской волостях Ишимского уезда, Юргинской волости Ялуторовского уезда, Любинской волости Тюкалинского уезда, трижды (в августе, ноябре и декабре 1920 года) возникали во Всесвятском районе Петропавловского уезда. С помощью вооружённой силы власти легко расправлялись с недовольными.
На основе решений VIII съезда Советов, принятых в декабре 1920 года, шла подготовка к проведению семенной развёрстки. «Для сохранения семенных материалов и предоставления возможности обсеменения полей, — писала газета „Известия“, орган Тюменско-Тобольского комитета РКП(б), в одном из своих январских номеров 1921 года, — Советская губернская власть приказывает: весь семенной материал, находящийся в отдельных хозяйствах, подлежит изъятию, ссыпке-складке в общественные амбары-хранилища, для чего производится развёрстка по уездам, сёлам и отдельным хозяйствам».
Одной из главных причин, вызвавших восстание, является продовольственная развёрстка, а шире — внутренняя политика «военного коммунизма». Принудительное изъятие хлеба производилось в интересах городского населения (которое, тем не менее, сидело на голодном пайке) и большой армии, и крестьянам однозначно представлялось грабежом. Крестьянам не разъясняли, зачем у них отбирают хлеб и скот. У крестьян постоянно на глазах были лишь продовольственные отряды. Продразвёрстка ставила сельское население перед угрозой голода.
27 сентября 1920 года был найден убитым в районе Тушнолобово член Челноковской волячейки, член РКП(б) с 1917 года Иван Платонович Щербаков. Его убийство послужило одним из заметных толчков к ужесточению мер Ишимской властью. Похоронен в центре Челноково рядом с волостной приходской церковью как почётный гражданин. При похоронах проходил типичный для тех лет «митинг». А 14 декабря 1920 года был сожжён Челноковский волисполком. И с этого момента в Ишимское отделение милиции начали прибывать массы арестованных (до нескольких десятков за день) со всего уезда.
Начало восстания Собрание женщин Пегановской волости Ишимского уезда, состоявшееся 31 декабря 1920 года в ответ на «ударное» выполнение продразвёрстки (изъятие продовольственного и семенного хлеба) и произвол со стороны продовольственных комиссаров, постановило такие действия считать незаконными, арестовать продработников Слухина, Максимука, а также милиционеров Журавлёва и Кухтина. Продовольственный отряд из 9 человек женщины обезоружили, решив отправить его обратно в город Ишим после окончания собрания. Кроме того, женщины обратились с просьбой к начальнику милиции 4-го участка Ишимского уезда прибыть в село Пеганово для расследования незаконных действий указанных лиц.
22 января 1921 года для более правильного обеспечения беднейшего сельского населения продовольственным хлебом было принято Постановление Тюменского губисполкома Советов и губпродкома «О внутренней развёрстке хлеба», которая будет проводиться после государственной развёрстки.
27 января 1921 года начались волнения в Омутинской волости Ялуторовского уезда.
31 января 1921 года произошли столкновения крестьян с продотрядами в сёлах Челноковском и Чуртанском, на севере Ишимского уезда. В селе Челноковском в ответ на попытку крестьян помешать вывозу семенного зерна красноармейцы открыли огонь. Двое недовольных были убиты и двое ранены. Однако, в отличие от прежних столкновений, крестьяне не уступили насилию, а, вооружившись кольями, вилами, охотничьими ружьями, вступили в бой и изгнали продработников. К восставшим присоединились жители Челноковской, Чуртанской, Викуловской, Готопутовской и других волостей. В течение 3-х дней восстание охватило весь север Ишимского уезда и перекинулось на Ялуторовский.
К 4 февраля восстание охватило Ингалинскую, Петропавловскую и Слободо-Бешкильскую волости Ялуторовского уезда. С 31 января по 2 февраля 1921 года длились волнения в Нердинской волости Тюменского уезда. 3 февраля Тобольский уездный военкомат уже располагал сведениями о восстании в Токуйской и Тукузской волостях, а на следующий день мятеж произошёл в Малиновской волости. Тогда же восстало население Кайлинской, Слободчиковской и Тавинской волостей Тарского уезда, к которым вскоре присоединились жители ещё ряда волостей. 5 февраля повстанцы действовали в Пановской волости Тюкалинского уезда. 6 февраля Полномочный председатель ВЧК по Сибири И. П. Павлуновский телеграфировал в президиум ВЧК о том, что в Омской губернии — в Тарском и Тюкалинском уездах вспыхнуло восстание. Повстанцы вооружены достаточным количеством пулемётов и винтовок, руководит ими полковник Левицкий. 7 февраля в Тобольско-Тарском районе, юго-восточнее Тобольска, вспыхнуло восстание, повстанцами были заняты д. Чёрная, Токуйское, Загваздинское. В районе Тевриз-Устьишимская также вспыхнуло восстание. 8 февраля были волнения в Караульноярской волости Тюменского уезда. В тот же день восстание охватило несколько волостей Петуховского района, находившихся в противоположной, юго-западной части Ишимского уезда.
10 февраля из Тюкалинска завполитбюро Розанов информировал П. В. Гузакова, председателя Омской губчека «…Называевский район. В Песчаной волости оперирует часть Сто восемьдесят первого Полка ВНУС, очищает деревню за деревней от бандитов, и восстанавливается порядок… В Называевской волости ворвавшимися бандитами арестован наш нарочный, развозивший по деревням приказы… Захвачен повстанческий штаб в деревне Грязное. Занята нами станция Мангут. С взятием Мангута наши войска соединились с войсками, действующими от Ишима. Крутинское направление: Крутинская волость очищена от бандитов…».
11 февраля Оперсводка из Петропавловска — «…Севернее П-Павловска (вблизи Новониколаевки) происходит бой с повстанцами; выпущено 20 снарядов по занятым ими деревням. В результате противник отступил. Но потом, сконцентрировав силы, повёл контратаку.. Нашему отряду в 120 штыков пришлось отступить в Новониколаевку… Противник по слухам, имеет около тысячи вооружённых (повстанцев), из них винтовками не более 50 человек. Между Петухово и Мамлюткой путь прерван, телеграфное сообщение тоже…».