Макс Ли́берман, Либерманн (, 20 июля 1847, Берлин — 8 февраля 1935, Берлин) — немецкий живописец и график еврейского происхождения, один из главных представителей импрессионизма за пределами Франции.
После обучения в Веймаре, прожив некоторое время в Париже и Нидерландах, Либерман поначалу писал натуралистические произведения на социальную тематику. Увлёкшись французским импрессионизмом, начиная с 1880 года Либерман перешёл к светлым тонам и энергичной технике нанесения мазков. Его творчество ознаменовало переход искусства XIX века к классическому модерну времен вильгельминизма и Веймарской республики. Этой трансформации художник активно способствовал, возглавляя Берлинский сецессион. С 1920 года и до своей отставки в 1933 году, последовавшей вслед за вмешательством национал-социализма в политику в сфере искусства, Либерман руководил Прусской академией искусств. Последние годы жизни Макс Либерман провёл в уединении в родном Берлине.
Биография
Юность Макс Либерман родился в Берлине 20 июля 1847 года в семье состоятельного еврейского промышленника Луи Либермана и его супруги Филиппы (урождённой Халлер). Его дед Йозеф Либерман был известным предпринимателем-текстильщиком, заложившим основы финансового благополучия семьи. Спустя три дня после рождения Макса вступило в силу Положение о евреях, расширившее права еврейской части населения. В 1851 году Либерманы переехали на улицу Беренштрассе (), рядом находилась и начальная школа, которую, как и все последующие, Макс возненавидел.
После начальной школы Либерман перешёл в реальную школу в Доротеенштадте. Макс уделял много времени рисованию, его родители относились к увлечению мальчика сдержанно. Когда Максу исполнилось двенадцать лет, его отец приобрёл представительный особняк на Парижской площади. Семья придерживалась либерального течения в иудаизме и всё более отходила от ортодоксального образа жизни деда. Несмотря на то, что во дворце Либерманов было несколько салонов и спален, три сына Либерманов спали в одной общей комнате, где в стене было предусмотрено стеклянное окно, чтобы родители могли наблюдать за тем, как мальчики делают уроки.
В 1859 году Луис Либерман заказал портрет своей жены, и Макс сопровождал мать к художнице Антони Фолькмар. От скуки он попросил карандаш и начал рисовать. Уже немолодая Антони Фолькмар очень гордилась тем, что именно она открыла миру известного художника. Родители Макса не испытывали особого трепета перед живописью, но так Макс хотя бы не отказывался ходить в школу. После занятий в школе Макс отправлялся на частные уроки живописи к Эдуарду Гольбейну и Карлу Штеффеку.
В именитой еврейской семье Макс не отличался особой эрудированностью. На занятиях в школе он часто отвлекался и отвечал невпопад. За это его дразнили одноклассники, и Макс часто симулировал болезни, чтобы не ходить в школу. Родители ставили ему в пример более разумного брата Георга, что ещё больше усиливало в Максе чувство инакости. Одарённость Макса в рисовании ничего не значила для родителей: отец запретил 13-летнему Максу упоминать фамилию Либерман на первой публичной выставке его работ.
Учёба и раннее творчество
После окончания школы Макс Либерман подал документы в Университет имени Гумбольдта. Он выбрал химический факультет, где успешно учился его кузен Карл Либерман. Однако изучение химии должно было служить прикрытием для занятий искусством и отличного времяпрепровождения. Поэтому Макса Либермана никогда не воспринимали всерьёз. Вместо посещения лекций он катался в парке Тиргартен верхом и занимался рисованием. Кроме того Макс стал всё чаще помогать Карлу Штеффеку в работе над его монументальными батальными картинами. У Штеффека Либерман познакомился с Вильгельмом Боде, который впоследствии всячески продвигал творчество Макса Либермана, занимая пост директора Музея императора Фридриха. 22 января 1868 года Либерман был отчислен из берлинского университета за «отсутствие прилежания в учёбе». После серьёзного конфликта с отцом по этому поводу родители всё же позволили Максу посещать занятия в Художественной академии великого герцога в Веймаре. Там Макс Либерман учился у бельгийского мастера исторической живописи Фердинанда Паувельса, который познакомил Либермана с творчеством Рембрандта во время одной из учебных поездок класса в кассельский Фридерицианум. Рембрандт произвёл неизгладимое впечатление на молодого Либермана.
Всеобщий патриотический подъём, царивший в стране в 1870 году во время франко-прусской войны, не обошёл стороной и Макса Либермана. Из-за невылеченного перелома руки его не взяли на регулярную военную службу, но он записался добровольцем в орден иоаннитов и служил санитаром под Мецем. В 1870—1871 годах на стороне Германии в войне сражалось около 12 тысяч евреев. Пережитое на полях сражений глубоко потрясло молодого художника, охладив его пыл и восхищение войной.
Начиная с лета 1871 года Макс Либерман находился в Дюссельдорфе, где влияние французского искусства ощущалось сильнее, чем в Берлине. Там он познакомился с Михаем Мункачи, привлёкшим интерес Либермана реалистичностью изображения сцен повседневной жизни, как, например, в «Щипательницах шерсти». На средства своего брата Георга Макс совершает первую поездку в Нидерланды, побывав в Амстердаме и Схевенингене, восхитивших его своим светом, людьми и природой.
Первая крупная работа Либермана «Женщины, ощипывающие гусей» появилась в первые месяцы после возвращения из Нидерландов. На ней в тёмной цветовой гамме изображена неприятная и прозаическая работа. В ней помимо натурализма Мункачи также видны элементы исторической живописи. Взглянув на ещё не готовое полотно, учитель Либермана Паувельс заявил, что ему нечему учить своего ученика. Необычный сюжет картины вызвал отвращение и шок у публики на гамбургской художественной выставке. Несмотря на похвалу критиков в адрес его искусной техники, Макс Либерман заработал имидж художника, рисующего уродство. Несмотря на аналогичную реакцию публики на берлинской выставке в том же году, картина была продана железнодорожному магнату Бетелю Генри Штроусбергу.
Творчество Либермана считалось в Германии «пачканьем». Его вторая крупная работа «Изготовительницы консервов» была заявлена на большую ежегодную выставку в Антверпене, где на неё нашлось сразу два покупателя. Либерман нашёл свой первый художественный стиль: он писал людей за работой реалистично и без лишней сентиментальности, унизительной жалости и обманывающей романтики, но и не впадая в критические разоблачения. В своих сюжетах он находил природное достоинство, которое не нуждалось в приукрашивании.
В 1873 году, наблюдая веймарских крестьян, собиравших урожай свеклы в пригороде Веймара, Либерман решил запечатлеть их на картине. Однако художник Карл Гуссов цинично посоветовал ему лучше вообще не писать картину. Потерявший энтузиазм Либерман соскрёб краску с уже начатого полотна и решил отправиться в Вену к знаменитому историческому и салонному живописцу Гансу Макарту. Пробыв у него всего лишь пару дней, Макс Либерман решает оставить Германию, художественная жизнь в которой представлялась ему отсталой и пыльной.
Париж, Барбизон и Амстердам
В декабре 1873 года Макс Либерман отправился в Париж и устроил свою мастерскую на Монмартре. В художественной столице мира он собирался познакомиться с ведущими представителями реализма и импрессионизма. Однако французские художники отказались общаться с «немцем» Либерманом. В 1874 году он заявил своих «Женщин, ощипывающих гусей» на Парижский салон. Хотя картина и была принята на конкурс, Либерман получил отрицательные отзывы в прессе прежде всего по националистическим причинам. Лето 1874 года Либерман провёл в Барбизоне в лесу Фонтенбло. Художника серьёзно интересовало творчество Мункачи, но ещё больший интерес он испытывал к творчеству Констана Труайона, Шарль-Франсуа Добиньи, Камиля Коро и прежде всего Жан-Франсуа Милле.
Барбизонская школа сыграла большую роль в становлении импрессионизма: она сформировала импрессионистскую пейзажную живопись и обогатила художественные направления своего времени возможностями пленэра. Под влиянием Барбизона Либерман отказался от старомодной, тяжёлой живописи Мункачи. Его больше интересовали техники барбизонцев, чем их сюжеты. В Барбизоне Либерман, вспомнив о своих эскизах к «Работникам на свекольном поле», начал писать свой «Сбор урожая в Барбизоне», который он закончит лишь годы спустя. Либерман пытался пойти по следам Милле и потому, по мнению критиков такого времени, сделал шаг назад: работники выглядели ненатурально и казались добавленными в пейзаж в последний момент.
В 1875 году Либерман провёл три месяца в голландском Зандвоорте. В Харлеме он работал над копиями картин Франса Халса. Изучая портретную живопись Халса, Либерман пытался найти свой собственный стиль. Франс Халс с его техникой энергичного и размашистого нанесения красок оказал влияние на позднее творчество Либермана наряду с французскими импрессионистами. В это время сформировалась творческая особенность художника Либермана медлить с реализацией возникшей идеи крупной картины. Лишь вернувшись осенью 1875 года. в Париж и переехав в ателье большего размера, Либерман вернулся к своим впечатлениям и написал первую работу, посвящённую купающимся рыбацким детям. Позднее он вновь вернулся к этому сюжету.
Летом 1876 года Либерман вновь уехал на несколько месяцев в Нидерланды. Он продолжил изучать творчество Халса, благодаря чему он позднее выработает собственный стиль своих портретов. В Амстердаме Либерман познакомился с художником-офортистом Вильямом Унгером, который в свою очередь свёл его с Йозефом Израэльсом и познакомил с гаагской школой живописи. На своей картине «Голландская школа шитья» Либерман использует световые эффекты уже в импрессионистской манере. Благодаря профессору Августу Аллебе Либерман пришёл в Португальскую синагогу Амстердама, что привнесло в его творчество осмысление своих еврейских корней. В это время появились первые эскизы в амстердамском приюте для сирот.
В Париже Либерман страдал глубокими депрессиями, которые объяснялись давлением родителей и собственными творческими терзаниями. В это время появилось лишь несколько картин. Либерман много раз принимал участие в Парижских салонах, которые однако не принесли ему долгожданного успеха. Художественная среда Парижа ничего не могла дать Либерману, напротив отвергала его по причинам шовинистического толка. Его творчество не смогло стать «французским», но испытало большое влияние голландцев. Либерман решил окончательно покинуть Париж.
Мюнхен
В 1878 году Либерман впервые побывал в Италии. В Венеции он мечтал посмотреть работы Витторе Карпаччо и Джентиле Беллини и выработать для себя новые творческие ориентиры. Там он познакомился с группой художников из Мюнхена, в частности и с Францем фон Ленбахом, и пробыл в их компании в Венеции три месяца, а затем последовал за ними в столицу Баварии, которая благодаря мюнхенской школе живописи прославилась как центр натуралистического искусства в Германии.
В декабре 1878 года Либерман приступил к своей картине «Двенадцатилетний Иисус в храме». Первые эскизы для этой работы он выполнил ещё в синагогах Амстердама и Венеции. Никогда прежде подготовительная фаза к картине не давалась ему таким трудом. Наряду с эскизами в интерьере синагоги Либерман прорабатывал каждую из фигур сначала в эскизах обнажённого тела, а затем сводил их вместе одетыми. Сцена была почти погружена в мистический свет, который кажется исходил из маленького Иисуса в центре картины.