В ходе войны в Грузии (7—12 августа 2008 года) и Россия и Грузия активно применяли боевую авиацию. Обе стороны понесли потери, однако из-за противоречивости информации установить точное количество потерянной авиатехники и су́дьбы экипажей затруднительно. Основным использованным обеими сторонами типом самолётов был штурмовик Су-25; на самолёты этого типа пришлось и основное число потерь.
Потери Грузии
Согласно официальным грузинским данным, озвученным начальником Объединённого штаба Вооружённых Сил Грузии Зазой Гогава, в ходе военных операций ни один грузинский летательный аппарат не был повреждён и ни один лётчик не пострадал. Вероятно, эти данные касаются только боевых вылетов, поскольку Гогава уточнил, что имели место жертвы на базах, подвергшихся ударам российской авиации. Известно, что у ВВС Грузии были потери авиатехники на земле: согласно информации министерства иностранных дел страны, в первый день войны в результате налёта российской авиации на авиабазу Марнеули уничтожено несколько военных самолётов. После войны грузинская сторона уточнила, что были уничтожены три Ан-2. Также грузинская сторона подтвердила факт уничтожения российскими войсками на земле трёх грузинских вертолётов (двух Ми-24 и одного Ми-14) на захваченной авиабазе Сенаки. Как сообщает грузинский источник, ещё один вертолёт (тип не уточняется) в ходе боевых действий потерпел аварию по небоевой причине, однако не сказано, был ли он потерян безвозвратно или же подлежал восстановлению.
С южноосетинской и российской стороны в разное время было заявлено об уничтожении более чем четырёх самолётов и одного вертолёта, хотя все заявления были сделаны по отдельности и итоговая статистика, видимо, не приводилась:
днём 8 августа — сбит Су-25, как сообщается — при попытке атаки колонны российских военных. По одной информации, самолёт был сбит с земли средствами ПВО, по другой — он был сбит другим самолётом. Падение самолёта было снято на видеокамеру. Пилот самолёта катапультировался и, по предварительным сообщениям СМИ, был расстрелян южноосетинскими ополченцами в воздухе. Видеозапись падения была выложена в Интернет. В 2009 году российский эксперт Антон Лавров предположил, что самолёт в действительности был российским и стал жертвой «дружественного огня». В 2010 году российский военный журналист Александр Сладков, являвшийся свидетелем сбития, подтвердил, что этот Су-25 был российским и пилотировался подполковником Олегом Теребунским. 8 августа — российскими танкистами сбит грузинский вертолёт. Ночь с 8 на 9 августа — сбит самолёт (тип не уточняется). Вечер 9 августа — сбит «бомбардировщик». В дальнейшем сообщений о судьбе пилота не поступало. Вероятно, 9 или 10 августа из зенитной установки ЗУ-23-2 при попытке атаки российских войск был поражён грузинский военный вертолёт. По словам очевидцев, через некоторое время вертолёт врезался в землю и взорвался. Сержант зенитно-ракетной артиллерийской батареи Станислав Сватко, подбивший вертолёт, был награждён знаком отличия «Георгиевский крест» IV степени. 11 августа — российскими средствами ПВО сбит Су-25, атаковавший российские позиции. Дата неизвестна — российскими ВВС уничтожена группировка грузинских Су-25, которые несли российские опознавательные знаки и использовались для провокаций; точная дата не указана (однако это произошло не ранее 9 августа), как и число самолётов, входивших в состав группировки, и обстоятельства их уничтожения (в воздухе или на земле).
Относительно якобы сбитых грузинских самолётов аналитик Антон Лавров в журнале Moscow Defence Brief утверждает, что грузинские ВВС совершали боевые вылеты только в первый день войны 8 августа и по этой причине не могли понести потери в последующие дни. Российский журналист Сергей Птичкин в статье, размещённой на сайте «Российской газеты» (официального печатного органа Правительства Российской Федерации), отмечал, что «уже с 9 августа над территорией Южной Осетии и всей Грузии летали самолёты и вертолёты только ВВС России».
Обращает на себя внимание факт того, что в начале 2009 года в грузинских военно-политических кругах обсуждалась идея расформирования национальных ВВС как рода войск. До этого точно так же были расформированы Грузинские ВМС, потерявшие в ходе августовской войны почти весь свой корабельный состав.
Потери России
Официальные данные Согласно официальным российским данным, публиковавшимся во время и сразу после войны, в ходе боевых действий было потеряно четыре самолёта — три штурмовика Су-25 и один дальний бомбардировщик Ту-22М3 (первоначально говорили о разведывательной модификации Ту-22МР, позже о Ту-22М3 со спецконтейнером разведки вместо бомбовой нагрузки).
Гораздо позже появилось официальное признание потери одного бомбардировщика Су-24В Челябинске почтили память Героя России Игоря Ржавитина.
История освещения потерь
Первая информация о потерях появилась 9 августа, когда представитель штаба российских миротворческих сил сообщил о потере одного Су-25 и одного Ту-22, причины потери не уточнялись. Эти данные были подтверждены заместителем начальника Генерального штаба ВС РФ Анатолием Ноговицыным. 11 августа Ноговицын заявил о потере ещё двух самолётов Су-25Россия уже потеряла в Грузии 4 самолёта и 18 военных — Rupor.info, 11 августа 2008. Официальных сообщений о других потерях не было. 13 сентября Анатолий Ноговицын подтвердил ранее обнародованные цифры, заявив, что всего было потеряно четыре самолёта, потерь среди вертолётов армейской авиации нет. По мнению экспертов, все потерянные машины были сбиты зенитно-ракетными комплексами «Бук-М1». Министерство обороны РФ 20 августа 2008 года официально заявило, что все 4 российских самолёта были сбиты грузинскими ЗРК «Бук» Генштаб РФ: четыре самолёта ВВС РФ сбили украинские ЗРК. Газета.ру, 20.08.2008..
Относительно судьбы лётчиков двух первых потерянных самолётов (Су-25 и Ту-22М) Ноговицын в ходе войны заявил: «Один экипаж эвакуирован в российский госпиталь, о втором экипаже мы данных не имеем». Он также сказал, что информация о втором экипаже поступает только от средств массовой информации, сообщавших о пленении нескольких российских лётчиков. Об экипажах двух Су-25, сбитых позднее, официальных заявлений не делалось.
О потерянном Ту-22М было заявлено, что он выполнял разведывательный полёт; начальник управления пресс-службы информации ВВС Александр Дробышевский отметил, что в Южной Осетии применялся Ту-22М для сбора разведывательной информации. Впоследствии Анатолий Ноговицын признал, что применение этого самолёта было не самым верным решением. Экипаж Ту-22М был из 52-го тяжелобомбардировочного авиаполка, базирующегося в Шайковке. Судьба лётчиков прояснилась только 13 сентября, когда Ноговицын сообщил: «Судьба трёх военнослужащих-лётчиков из состава экипажа Ту-22 нам пока не известна. Экипаж катапультировался, а командир корабля был передан нам раненый». Эти данные противоречили более раннему заявлению Ноговицына, сделанному им 21 августа: «…сегодня у нас безвестно отсутствующих нет. Как помните, это была цифра 19. После вчерашнего обмена пленными мы заявляем, что безвестно отсутствующих нет». 16 сентября появилась информация, что грузинская сторона передала России тела двух погибших штурманов Ту-22, однако это было опровергнуто МВД Грузии.
Потерянная авиатехника Су-25 — сбит ракетой 8 августа южнее Цхинвали при атаке на колонну грузинских войск. Пилот подполковник Олег Теребунский успешно катапультировался — специальный репортаж, показанный телеканалом Россия 24 7 августа 2010 года.. Спускаясь на парашюте, он был обстрелян российскими военнослужащими и осетинскими ополченцами, принявшими его за грузинского лётчика. Жизнь ему спас Роберт Кокойты, брат президента Южной Осетии Эдуарда Кокойты, запретивший убивать взятого в плен пилота. Ту-22М3 —— сбит ночью 8—9 августа, по официальной версии — в ходе разведывательного полёта, по неофициальной — во время вылета на бомбардировку грузинской военной базы. Один член экипажа попал в плен (майор Вячеслав Малков; освобождён 19 августа), двое погибли (штурманы майор Виктор Прядкин и майор Игорь Нестеров), один пропал без вести (подполковник Александр Ковенцов). Су-25 —— сбит 9 августа ракетой в районе Джавы. Пилот майор Владимир Едаменко (командир звена) катапультировался слишком поздно и погиб. Посмертно удостоен звания Героя России. Су-25 —— сбит 9 августа. Пилот полковник Сергей Кобылаш (командир 368-го штурмового авиаполка, Будённовск) катапультировался и был эвакуирован вертолётом. Удостоен звания Героя России.
Кроме того, известно, что 9 августа в зоне боёв были сбиты два лётчика Службы лётных испытаний истребительной и фронтовой авиации (в/ч 18374) 929-го Государственного лётно-испытательного центра Минобороны им. Чкалова — лётчик-испытатель полковник Игорь Зинов и штурман-испытатель полковник Игорь Ржавитин. Тип самолёта, на котором они были сбиты, официально не сообщался (предположительно —Су-24М). Игорь Зинов попал в плен и был освобождён 19 августа, Игорь Ржавитин погиб и был посмертно удостоен звания Героя России.
После окончания основных боевых действий в ночь с 16 на 17 августа вертолёт Ми-8 пограничной службы ФСБ РФ при посадке задел другой вертолёт и загорелся. При этом погиб один военнослужащий (старший прапорщик Александр Бурлачко), трое получили ожоги. Так как вертолёт был потерян в результате катастрофы, а не боевых действий, то его относят к небоевым потерям и в официальных данных о боевых потерях он не упоминается.
Заявления грузинской стороны В ходе боевых действий грузинская сторона регулярно сообщала о сбитии самолётов ВВС России. Некоторые заявления грузинских официальных лиц:
8 августа — госминистр Грузии по вопросам реинтеграции Темур Якобашвили заявил о 4 сбитых самолётах. 9 августа — заместитель министра обороны Грузии Бату Кутелия заявил о 6 сбитых самолётах. В тот же день секретарь Совета национальной безопасности Грузии Александр Ломая заявил о сбитии ещё 4 самолётов и о том, что общее число сбитых достигло 10. 11 августа — президент Грузии Михаил Саакашвили заявил о 18—19 сбитых самолётах. В тот же день аналогичная оценка дана представителем МВД Грузии Шота Утиашвили, заявившем о 19 сбитых самолётах. 12 августа — президент Михаил Саакашвили заявил о 21 сбитом самолёте.
Всего, по грузинским данным, за время войны был сбит 21 самолёт и 3 вертолёта. Однако позднее министр обороны Грузии Давид Кезерашвили несколько снизил оценку: «Давайте скажем так: сбито 14 самолётов, среди них стратегический бомбардировщик Ту-22. Это немало».
Некоторые источники (как российские, так и западные) сообщали, что 11 августа Саакашвили заявил об уничтожении 80—90 самолётов. Эти цифры резко выбивались из общей грузинской версии потерь ВВС России, а также противоречили оценке представителя МВД Грузии. По другим данным (см. выше), Саакашвили в тот день сказал о 18—19 сбитых самолётах. Следует заметить, что в английском языке, на котором президент Грузии часто выступал в ходе войны, числа 18 и 19 (eighteen, nineteen) произносятся очень схоже с числами 80 и 90 (eighty, ninety). На следующий день Саакашвили упомянул о 21 сбитом самолёте, что соответствовало общей динамике роста российских потерь по версии Грузии.
Проверить данные об общем количестве сбитых российских самолётов, предоставляемые грузинской стороной, не представляется возможным, в связи со слабой доказательной базой — имеющиеся фото и видеосвидетельства указывают лишь на признанные российской стороной потери, а по остальным случаям основаниями служат лишь устные заверения грузинских военных.