Часы́ на Спа́сской ба́шне — часы-куранты на Спасской башне Московского Кремля, на данный момент древнейший действующий башенный механизм часов в мире. Первые часы установили в XV веке, в дальнейшем они неоднократно реставрировались. Ежегодно на фоне Спасской башни президент РФ выступает с поздравительной речью, а звон колоколов объявляет о наступлении Нового года.

История

Первоначальные часы Первые кремлёвские часы, без музыкального боя, собрал в 1404 году сербский монах Лазарь. Они были установлены за соборной Благовещенской церковью на великокняжеском дворе. От древнего храма к Кремлю вёл деревянный переход.

В тексте несохранившейся Троицкой летописи также есть упоминание о новых затейливых часах с некими куклами, ударявшими в колокол каждый час.

Воскресенская летопись добавила к этому, что они были «чюдно велики и с луной», то есть, показывали фазы луны. На миниатюре, изображённой в Лицевом летописном своде, очень сложный гиревой механизм, созданный афонским священнослужителем Лазарем, показан несколько упрощённо. Скорее всего, художник уже не мог видеть это древнее устройство и изобразил что-то более ему привычное. Как часто бывало на подобных иллюстрациях, мастер нарисован на ней рядом со своим творением, показывающим его великому князю московскому Василию I Дмитриевичу. Часы изображены с 12-часовым циферблатом и перекрестием посередине, что указывает на их византийское происхождение.

Часы старого типа

XV—XVI века Спасская башня была возведена в 1491 году итальянским зодчим Пьетро Антонио Солари на месте Фроловской стрельницы белокаменного Кремля, на месте бывших главных ворот для укрепления северо-восточной части. Предположительно, первоначальное название башни — Фроловская — появилось по названию церкви во имя Святых мучеников Фрола и Лавра, покровителей домашнего скота. Это название просуществовало до середины XVII века. Возможно, в глубокой древности эта церковь стояла неподалёку от ворот, однако в письменных источниках о ней нет упоминаний. Более вероятно, что название произошло от одной из трёх церквей, расположенных относительно недалеко за пределами Кремля.

Свидетельством строительству являются плиты из белого камня, установленные над въездными воротами башни. С внутренней стороны плит нанесена надпись на русском языке, а с внешней — на латыни:

Ворота были построены без ныне существующей башни. Стенообразную постройку на четыре угла накрыли шатровой кровлей, над которой установили большого двуглавого орла. В середине башни висел колокол для часового боя. Точное время появления башенных часов в Кремле неизвестно, но часовщики на службе у царя появились уже в XV веке.

Установка часов была продиктована потребностью горожан разраставшейся столицы. Вероятнее всего, первые часы были установлены на Фроловских воротах — в самом видном месте для торговцев и служителей обширного царского двора. К 1585 году часы были у Фроловской (Спасской), Тайницкой и Троицкой башен. У каждой из них на службе числились особые часовники.

XVII век

В XVII веке кремлёвские башни украсили декоративными шатрами. В 1613—1614 годах упоминается часовник при Никольских воротах. Известно, что в 1614 году часовником Фроловских ворот был Никифор Никитин, тогда же в последний раз упоминались часы в Никитской башне.

До эпохи Петра I часы на башнях были «русскими» — как называли их в то время: они делили время на дневное от рассвета и ночное от заката.

По описанию шведского дипломата и историка Петра Петрея в начале XVII века «русские» часы имели нулевой час: «Надобно также заметить, что русские считают часы и ставят стрелку не так, как водится у нас, а начинают считать с утра, когда станет всходить солнушко, и считают часы до самого его заката. Как только пройдет с час времени после солнечного восхода, колокол бьёт один раз. Потом, когда солнушко поднимется на два часа над землёй, колокол бьёт два раза, да так и продолжается до солнечного заката и наступления ночи. С этого захождения солнца они опять считают часы до его восхождения и рассвета.» Д. И. Прозоровский поставил под сомнение сам принцип отсчета часов от восхода солнца: по его оценке, «начало дня то предшествовало восходу, то имело свой предел после восхода, поверочною точкою долженствовал служить полдень, который во всех часовых счислениях определён довольно точно». Соответственно, при смене продолжительности интервалов дня и ночи при переводе часов учитывалась поправка смещения полудня.

Часы ремонтировались в 1614, 1619, 1621 годах, некоторые детали в них заменялись. В 1624-м часы продали на вес Спасскому монастырю в Ярославле.

В 1624-м царь Михаил Фёдорович решил установить на Спасской башне более сложные часы по проекту Галовея. Для устройства нового прибора мастер предложил увеличить высоту башни. Работы по её перестройке закончили через год, тогда же демонтировали старые часы. Новые совместно с Галовеем изготовили и русские кузнецы Ждан с сыном и внуком, литейщиком Кириллом Самойловым. Самойлов отлил к новым часам 13 колоколов. Английский инженер Христофор Галовей, приехавший в Россию в 1621-м, шутливо объяснял подобное строение часов: «Так как русские поступают не так, как все другие люди, то и произведённое ими должно быть устроено соответственно».

Во время сильного пожара в мае 1626 года часы и башня полностью сгорели, восстановить их было невозможно. К 1628-му Христофор Галовей создал новые часы взамен утраченных. Мастер изготовил из дубового массива циферблат привычного для москвичей типа — с неподвижным внутренним кругом и подвижным внешним диском. Пятиметровый диск был поделён на 17 частей — максимальное число дневных часов в летнее время. На циферблате использовались два типа цифр: позолоченные медные славянские буквы-цифры размером в аршин и маленькие арабские цифры. Стрелкой служил длинный луч Солнца с верхней части циферблата. На месте современного "восточного" циферблата курантов располагался круг — подвижная карта зодиакальных созвездий или недельный календарь, согласно современной реконструкции Аввакумова Николая Михайловича. Под «северным», «западным» и «южным» современными циферблатами были найдены остатки старых циферблатов. Ранее остатки циферблата зарисовывал арх. Герасимов.

5 октября 1654 года Фроловская башня снова сгорела. Во время ночного пожара пострадали часы, а колокол упал, проломил своды и разбился. Потушить пожар оказалось невозможно. Часовщик на допросе заявил, что «заводил часы без огня и от чего на башне загорелось, он про то не ведает». По словам современников, когда царь Алексей Михайлович увидел обгоревшую Спасскую башню, то горько заплакал. По свидетельству современников, это были «…чудесные городские железные часы, знаменитые во всём свете по своей красоте и устройству и по звуку своего большого колокола, который был слышен … более чем на 10 вёрст». Восстановить часы решили только спустя 13 лет. 26 апреля 1658 года Алексей Михайлович издал указ о переименовании Фроловской башни в Спасскую — в честь помещённых со стороны Красной площади иконы Спаса Смоленского и со стороны Кремля иконы Спаса Нерукотворного:

В 1661 году посол австрийского императора барон Мейерберг зарисовал изображение Фроловских часов. «Часы, описанные Мейербергом, были длиной в 3 аршина, вышиною в 2 3/4 аршина, шириною 1 1/2 аршина.» В 1668 году часы отремонтировали и очистили от ржавчины. Металлические детали «мылись в большом корыте» и двое суток кипятились в пивном котле, затем тщательно чистились мелким речным песком, затем их протёрли ветошью и обильно «смазали квашеным салом» Затраты на ремонт..

В 1678, по версии Бернгарда Таннера, на Спасской башне были размещены 24-часовые часы. Вот как он описывает их: «Въ нихъ выходомъ служатъ двое воротъ къ Китай-городу, да двое же къ Бѣлому городу съ каменными по ту и другую сторону мостами, возведенными на насыпяхъ. ... На первыхъ воротахъ со стѣны возвышается башня — массивная, красивая и прочная; на башнѣ замѣчательны часы, по образцу чешскихъ раздѣленные на 24 части, называемыя у нихъ часами (Czacii), такъ хитро, что меньшіе колокола по порядку наигрываютъ музыкальную гамму и, какъ скоро проиграетъ она разъ, показывается перваа четверть, а вторая, третья и четвертая — когда она повторится два, три и наконецъ четыре раза; часы же обозначаются ударами большаго колокола.» Потом были возвращены «русские» часы, согласно другому источнику: «Одинъ только de la Neuville, бывшій въ 1689 году посланникомъ въ Москвѣ, говорить, объ этихъ часахъ: «chez nous c'est l'aiguille, qui tourne autour du cadran, en Russie c'est justement lecontraire».» Перевод: «у нас это игла, которая вращается вокруг циферблата, в России именно противоположный». Часы прослужили до начала XVIII века и сгорели во время пожара 1701 года. По другой версии часам удалось уцелеть после пожара. «Въ 1703 г. часовникъ Григорій Алексѣевъ доносилъ о старыхъ часахъ, что на Спасской башнѣ у боевыхъ часовъ, у указнаго круга, что въ Кремль, верхнія шестерни испортились обѣ и тотъ указный кругъ не ходитъ.»

Часы современного типа

XVIII век В 1704 году Пётр I решил установить новые часы классического вида с «немецким циферблатом», поделённым на 12 часов. Часы заказали в Амстердаме и на 30 подводах доставили в Москву через Архангельск. Установкой в Спасской башне занимался часовых дел мастер Яким Гарнель. Работы начали в 1707-м и завершили в 1709-м. Новые куранты играли колокольную музыку. В первый раз они пробили начало нового часа в 9 утра 9 декабря 1706 года. По воспоминаниям иностранцев, звон 33 колоколов слышали «в окрестных деревнях более чем на десять вёрст». Также на часах установили дополнительные колокола-набаты для оповещения о пожарах в городе. Но куранты оказались ненадёжными и часто ломались.

Так как столицу перенесли в Петербург, после смерти Петра I часы не ремонтировали, и они постепенно пришли в негодность. В 1732 году часовник Гаврил Паникадильщиков писал начальству о необходимости провести ремонт обветшавших часов. Он же повторно подал прошение спустя два года, в котором писал что: «часы за непочинкою пришли в пущую ветхость и все другие часы ветхостью превосхо­дят» и представил список материалов, потребных на починку, в том числе стали 11 пудов, железа 24 пуда, проволоки 20 фунтов, канату посконного 100 саженей, два круга деревянных указных, жестяных золоченых слов: латинских – три, русских – два, получасовых – три, звезд жестяных белых – 12, три гири бомбовы по 10 пудов и пр. Проработали они до 29 мая 1737 года.

В 1737 году, после очередного московского пожара, часы на Спасской и Троицкой башнях серьёзно пострадали. Новые часы установили только в 1767-м по приказу императрицы Екатерины II, когда в Грановитой палате нашли большие английские курантовые часы. Работы проводил немецкий часовой мастер Фаций под руководством вице-президента Мануфактур-коллегии Сукина. Установка заняла три года и завершилась в конце 1770-го. Фаций настроил на курантах мелодию «Ах, мой милый Августин», она звучала около года. Это единственный случай в истории страны, когда куранты играли иностранную мелодию.

XIX век В 1812-м во время отступления из Москвы Наполеон I приказал поджечь здания и взорвать Кремль. Под многие кремлёвские сооружения заложили порох. Взрыв должен был произойти одновременно с отходом последних французских солдат. Дождь частично помешал планам Наполеона, но из-за частичных взрывов произошло большое обрушение кремлёвской стены между Спасской и Беклемишевской башнями. Сами башни не пострадали.