Карлос Альберто Гарсия Морено Ланге (, более известный под своим сценическим именем Charly García; род. 23 октября 1951, Буэнос-Айрес) — музыкант-мультиинструменталист, один из самых известных аргентинских рок-музыкантов, продюсеров, композиторов. Входил в такие группы как Sui Géneris, PorSuiGieco, La Máquina de Hacer Pájaros, Billy Bond and the Jets и Serú Girán. Личность и музыкальный стиль Чарли был определяющим для многих поколений, сменяющих друг друга, особенно для молодых людей, подростков: все песни из его первых двух альбомов (с Sui Generis), а также другие с его последующими группами и в его сольной карьере стали гимнами, которые поют на протяжении поколений, и являются частью национального культурного ландшафта.
История
Начало Он был первым ребёнком в своей семье, жившей в районе Caballito Буэнос-Айреса. Его отец Карлос работал учителем физики и математики, а мать Кармен Морено вела на радио музыкальные программы, в основном фольклорной направленности. Так Чарли начал знакомиться с музыкой, слушая пластинки, которые его мать приносила с работы.
Музыкальные наклонности Карлоса-младшего стали обнаруживаться, когда отец подарил ему игрушечное пианино, на котором мальчик довольно быстро стал сочинять собственные мелодии, удивляя своих родителей тем, что этот трёхлетний ребёнок так музыкально одарён. Однажды, они пришли в гости к своим соседям, у которых было настоящее пианино, и посадили маленького Карлитоса за инструмент. Он начал играть так, будто уже до этого упражнялся в игре по меньшей мере несколько месяцев. Они поняли, что это, несомненно, гений.
Он продолжал самостоятельно обучаться любимому делу до 1956 года, когда его записали в Conservatorio Thibaud Piazzini, где он начал музыкальное обучение со своей строгой преподавательницей Хулиетой Сандоваль (Julieta Sandoval). В пять с небольшим лет он уже начал исполнять классическую музыку — Моцарт, Шопен, Бах. С двенадцати лет он стал учить также теорию музыки и сольфеджио. В течение этого периода, в котором чередовались занятия обычной начальной школы с уроками музыки и длительные музыкальные упражнения на рояле, Чарли начал пробовать сочинять собственную музыку (в классическом стиле) и даже выступал на некоторых сборных концертах.
Был один случай, повлиявший на закаливание характера и личности малыша Карлоса — в то время его родители одни отправились в путешествие по Европе, и в это время он почувствовал себя совершенно и безвозвратно брошенным ребёнком (последствия этого нервного потрясения видны до сих пор — белое пятно на лице, и, как следствие, его знаменитые «двухцветные усы»). Очень ранимый и чувствительный, он совершенно погрузился в музыку и игру на пианино, совершенствуя своё природное мастерство.
Когда родители вернулись из своего путешествия по Европе, финансовое положение семьи было не самым блестящим. Тогда Кармен устроилась на радио вести весьма успешную программу «Folklorísimo», в которую часто приходили гости — звёзды фольклора, очень популярного тогда. Всем им Кармен рекомендовала своего сына как блестящего пианиста. Такие гранды как Ариэль Рамирес и Мерседес Соса послушали его музыку, встречались с ним, и были ошеломлены таким молодым и несомненным талантом. Все эти люди, среди которых были и известные преподаватели музыки, побуждали Чарли продолжать заниматься музыкой и создавать свои прекрасные мелодии. Помимо страсти к музыке, в то время, Чарли увлекался греческой мифологией, космосом, динозаврами, что не очень часто случается с детьми его возраста. Свой богатый внутренний мир являлся его убежищем от всей жестокости, которая окружала его в «жестоком внешнем мире», включая жёсткий регламентированный режим, являющийся частью его музыкального образования.
Когда Чарли было восемь лет, к ним домой пригласили фольклорного музыканта Эдуардо Фалу (Eduardo Falú), чтобы он посмотрел на юное дарование. Музыкант уже был готов сыграть вместе с мальчиком, но Чарли сказал, что у музыканта фальшивит пятая струна. После нескольких домашних репетиций стало ясно, что у Чарли абсолютный слух. Спустя несколько лет его жизнь радикально изменилась: это были the Beatles, те, услышав кого Чарли навсегда поменял своё классическое образование на желание отныне играть только рок’н’ролл.
Тогда же он познакомился с музыкой Rolling Stones, Боба Дилана, Byrds, The Who и других. Чарли Гарсия посещал занятия в Общественном Военном Институте — Instituto Social Militar Dr. Dámaso Centeno — одном из колледжей квартала Caballito. Обычно он сбегал с занятий в актовый зал, туда, где стоял рояль. Тогда он образовал свою первую группу To Walk Spanish, для тех, кто занимается тем, чем заниматься не хотел бы, вместе с Juan Carlos Bellia. Группа исполняла кавер-версии песен Джимми Хендрикса, Rolling Stones, The Byrds.
Потом, в средней школе, он познакомился с Нито Местре, у которого также была своя группа с Карлосом Пьегари — The Century Indignation. Они объединились и образовали группу Sui Géneris, совместно с Алехандро «Pipi» Корреа и Альберто Родригесом. Их стиль напоминал Vanilla Fudge и Procol Harum. Когда группа была готова выступать, Чарли пришла повестка на военную службу. На втором месяце службы Чарли оскорбил офицера и, в качестве наказания, был сослан на холодный юг Аргентины. Благодаря связям своей матери, он избежал этого и служил в Campo de Mayo. Некоторое время спустя, Чарли оказался в военном госпитале, где начал стимулировать биение сердца капсулой амфетаминов, которые дала ему его мать (сильная доза спровоцировала сердечный приступ). Однажды долгой ночью, когда Чарли думал, что скоро попрощается с этой жизнью, держа в руках несколько прописанных ему таблеток, он за несколько минут сочинил песню Canción para mi muerte («Песня на мою смерть»), ставшую первым хитом группы Sui Generis, и вышедшую в альбоме «Жизнь» («Vida»). Его отчаянье было так велико, что он стал совершать странные поступки, например, однажды пошёл на прогулку, взяв с собой в кресле-каталке труп. Психиатрическое исследование выявило маниакально-депрессивную шизофрению. Из-за этого Чарли был уволен из рядов войск. После возвращения, Чарли вернулся в группу, которую оставили все участники, кроме Нито. В этот период он знакомится с Марией Росой Иорио (María Rosa Yorio), которая разделяла его любовь к музыке. Вскоре у них появляется сын Мигель Анхель (Miguel Ángel). С 1995 года, после ссоры с матерью, он меняет имя с «Carlos Alberto García Moreno» на «Carlos Alberto García Lange» (Lange — девичья фамилия его бабушки по отцу).
От «Sui Generis» до «La máquina» После распада Sui Generis в жизни Чарли многое изменилось. Почти сразу после рождения сына он разошёлся с женой, которая ушла к его лучшему другу Нито. Вскоре его девушкой становится Marisa «Zoca» Pederneiras, бразильская танцовщица. Продолжая свои музыкальные поиски, Гарсия хотел создать «симфоническую рок-группу». Ей стала «La Máquina de Hacer Pájaros» (Машина, производящая птиц). Группа записала два альбома: «La Máquina de Hacer Pájaros» (1976) и «Películas» («Фильмы», 1977) . Некоторые песни в «Películas» имели политическую направленность и содержали критику существующего тогда военного правительства, когда Президентом был диктатор Хорхе Рафаэль Видела, на время правления которого пришёлся очередной расцвет репрессий, цензуры, похищений людей. Слишком большие амбиции и сложная музыкальная структура, вероятно, стали причинами, по которым группа не смогла стать популярной. Последним выступлением группы стал их выход на сцену на фестивале «Festival del amor» — концерт, который был издан только три года спустя как «Música del alma» (Музыка души). После концерта Чарли и Мариса решают уехать в Сан-Паулу, Бразилия.
Сан-Паулу. Появление Serú Girán В Сан-Паулу Чарли встретился с родителями Марисы. Они, будучи людьми творческими, были очарованы Чарли. Несмотря на относительный успех Sui Generis, музыкант был крайне стеснён в средствах. Обосновавшись в Бразилии, они жили в гармонии с природой, ловя рыбу и собирая фрукты.
Вскоре к ним присоединился Давид Лебон, аргентинский музыкант и друг Sui Generis. Встретив нового коллегу-музыканта, Чарли снова начал играть. Зарождался новый музыкальный коллектив и, уже по пути в Буэнос-Айрес, он начал искать тех, кто смог бы войти в его новую группу. Чарли нуждался в басисте и барабанщике. Ударником стал Оскар Моро, его бывший коллега по «La Maquina», а басистом — девятнадцатилетний Педро Аснар. В условиях крайней нехватки материальных средств, группа подписала не самый выгодный по срокам контракт с одной из продакшн-компаний. Получив достаточно средств, все участники возвращаются в Бразилию, чтобы записать первый альбом. Группа выбрала название Serú Girán, что является бессмысленной комбинацией слов, придуманной Чарли и одобренной остальными участниками группы. Дебютный альбом также получил название «Serú Girán».
Их первый концерт в Буэнос-Айресе на Arena Obras Sanitarias снова был обозначен как «Чарли Гарсия… и Serú Girán», из-за контрактных обязательств. После того, однако, слова «Чарли Гарсия» больше не появились на афишах — группа называлась просто Serú Girán. Первый концерт прошёл не очень удачно, люди ждали возвращения Sui Generis, которые сильно отличались от нынешней группы, акцент в которой ставился на мощную бас-гитару Аснара и подчёркнутую эстетичность и поэтичность лирики. Публика же требовала старых песен. В 1978 музыка диско была очень популярна в Аргентине и группа в шутку исполнила песню Disco Shock, чем вызвала возмущение общественности.
На следующий день пресса назвала Serú Girán худшей группой Аргентины, и заявила, что голос Давида Лебона кажется им «гомосексуальным». Отношения группы со СМИ трудно было назвать хорошими. Один из номеров Gente (очень популярный журнал) содержал весьма пренебрежительную статью, озаглавленную «Charly García: ¿Ídolo o qué?» («Идол или что?»).
Несмотря на столь прохладный приём, Serú Girán продолжали упорствовать и давать концерты, стараясь собрать собственную аудиторию. Обложка следующего альбома Serú Girán — «La grasa de las capitales» (как, впрочем и сам альбом) была пародией на обложку журнала Gente. Общественность приняла альбом достаточно хорошо, и группа начала выступать на более больших площадках, улучшать своё шоу. В конце концов, пресса тоже начала менять гнев на милость, помогая развиваться роману между Serú Girán и публикой.
Следующая LP называлась Bicicleta (Велосипед) — так Чарли хотел назвать свою группу, но другие участники отвергли это название. Звучание группы стало более зрелым и сильным.
В 1979 Чарли чуть не попал в тюрьму из-за текста одной из песен, в которой увидели излишнюю прямолинейность и ясность. Музыка как раз стала очень политизированной, и, чтобы избежать цензурирования и проблем с властями, музыканты наоборот, старались прятать и скрывать опасные аналогии. Но, всегда находились те, кто находил это сообщение, оставленное музыкантами между строк песен.
«Canción de Alicia en el país» — «Песня Алисы в Стране», которая вызвала довольно однозначные аналогии между сказкой Льюиса Кэрролла (Алиса в Стране Чудес) и существующим в стране режимом военной диктатуры. В частности, там есть такие слова: «Te vas a ir, vas a salir pero te quedas. ¿Dónde más vas a ir? Y es que aquí, sabés, […] el asesino te asesina y es mucho para ti. […] Se acabó ese juego que te hacía feliz». («Собираешься уйти, собираешься скрыться, но остаёшься. Куда ещё ты можешь пойти? Дело в том, что здесь, знай, убийца тебя убивает, и для тебя это уж слишком. Кончена эта игра, которая делала тебя счастливой»). Кроме того, обращение «su señoría el Rey de Espadas» (Ваше Высочество, Король Пик (исп. Король Шпаг) указывает также на правящую военную хунту.
«Encuentro con el diablo» — «Встреча с Дьяволом» — песня, явно намекающая на встречу группы с Albano Harguindeguy (Министр внутренних дел), который имел прозвище «Дьявол». Он встречался со многими творческими людьми, навязывая им необходимость либо демонстрировать лояльность режиму, либо покинуть страну (причина, по которой многие уехали тогда из Аргентины).