Инцидент Моберли — Журден (также призраки Трианона, призраки Версаля) — получивший широкую известность рассказ британских преподавательниц и о необычных событиях, которые, по их утверждению, произошли 10 августа 1901 года во время посещения Малого Трианона в Версале. Заблудившись в дворцовых садах, женщины, согласно их позднейшим рассказам, встретили людей в одежде, показавшейся им старомодной, увидели элементы ландшафта и постройки, которых не смогли обнаружить при последующих посещениях, а также одновременно испытали необъяснимое чувство тревоги и подавленности. Моберли впоследствии отождествила одну из увиденных ею женщин с Марией-Антуанеттой.
В последующие годы Моберли и Журден неоднократно возвращались в Версаль и изучали историю и топографию Трианона, пытаясь сопоставить свои воспоминания с обликом дворцово-паркового ансамбля XVIII века. Они пришли к предположению, что во время прогулки оказались вовлечены в своего рода «акт памяти» Марии-Антуанетты, связанный с событиями Французской революции. В 1911 году женщины под псевдонимами Элизабет Морисон и Фрэнсис Ламонт изложили рассказ и результаты своих исследований в книге «», впоследствии неоднократно переиздававшейся и дополненной картами, приложениями и ответами критикам.
Со времени публикации «Приключения» обстоятельства рассказа стали предметом продолжительной полемики. Исследователи психических явлений, историки и литературоведы предлагали объяснения, основанные на ошибках памяти, неверной ориентировке в садах, позднейшем дополнении первоначальных воспоминаний и психологической динамике отношений между Моберли и Журден; выдвигалась также версия о случайной встрече с участниками костюмированного представления. В современной историографии инцидент рассматривается не только как рассказ о предполагаемом сверхъестественном явлении, но и в контексте психических исследований начала XX века, положения женщин в академической среде, англиканства и взаимодействия научного и оккультного дискурсов в эдвардианской Британии.
Предыстория На момент событий в Версале и были знакомы сравнительно недавно. Моберли, родившаяся в 1846 году, с 1886 года возглавляла — одно из женских учебных заведений Оксфорда. Она происходила из влиятельной англиканской семьи: её отец был директором Винчестерского колледжа, а позднее епископом Солсбери. Сама Моберли не получила университетского образования, однако знала греческий и древнееврейский языки, занималась богословием и впоследствии опубликовала несколько работ на религиозные темы. К началу XX века она провела во главе Колледжа Святого Хью около пятнадцати лет и участвовала в превращении небольшого женского общежития в устойчивое академическое учреждение.
Журден была на семнадцать лет моложе Моберли. Она родилась в 1863 году в семье англиканского священника и принадлежала уже к первому поколению британских женщин, получивших возможность учиться в университете. В Оксфорде Журден изучала историю в Леди-Маргарет-холл, позднее продолжила образование во Франции и получила докторскую степень Парижского университета. До перехода в Колледж Святого Хью она преподавала и руководила двумя школами для девочек, приобретя опыт как преподавательской, так и административной работы. Помимо истории, в круг её научных интересов входили французская и итальянская литература; позднее она опубликовала ряд исследований и учебных работ.
В 1901 году в Колледже Святого Хью освободилась должность заместителя руководителя, и кандидатуру Журден рекомендовали Моберли. Хотя женщины уже встречались прежде, они ещё недостаточно хорошо знали друг друга, чтобы быть уверенными в возможности постоянной совместной работы. Журден в это время снимала квартиру в Париже, где занималась с английскими ученицами, и Моберли согласилась провести с ней часть летних каникул во Франции. Поездка имела поэтому не только туристический характер: несколько дней, проведённых вместе, должны были показать, смогут ли они впоследствии работать рядом в Оксфорде.
Во время пребывания в Париже Моберли и Журден осматривали исторические места города, стараясь, по воспоминаниям Журден, делать это приблизительно в хронологическом порядке. Обе позднее подчёркивали, что Франция и Версаль были им знакомы плохо. Моберли писала, что её представления о Французской революции ограничивались школьными знаниями, историческими романами и первым томом труда Джастина Маккарти, а о Малом Трианоне она знала главным образом как о месте, связанном с Марией-Антуанеттой. Журден также утверждала, что до поездки почти ничего не знала о значении Трианона и не ожидала от посещения Версаля ничего необычного.
Посещение Версаля 10 августа 1901 года Шарлотта Энн Моберли и Элеонора Журден. 10 августа 1901 года Моберли и Журден отправились из Парижа в Версаль. Осмотрев Версальский дворец и задержавшись в Зеркальной галерее, они решили воспользоваться оставшимся временем и пройти к Малому Трианону. Неделя перед поездкой стояла жаркая, однако в тот день небо было затянуто облаками и дул сильный ветер. Женщины чувствовали себя бодрыми и вначале воспринимали прогулку как обычную экскурсию. Ориентируясь по карте из путеводителя Бедекера, они спустились от дворца к началу , свернули вправо и через лесистую часть парка вышли к Большому Трианону.
За Большим Трианоном они пересекли широкую зелёную дорогу, которая, как выяснилось позднее, вела непосредственно к Малому Трианону, и продолжили путь по узкой аллее. В одном из зданий Моберли заметила женщину, вытряхивавшую из окна белую ткань, и удивилась, почему Журден не спросила у неё дорогу. Та женщины в окне не видела: её внимание привлекли находившиеся справа пустовавшие хозяйственные постройки и лежавшие возле них сельскохозяйственные орудия, среди которых особенно запомнился плуг. Вскоре перед путешественницами разошлись три дорожки. На средней находились двое мужчин в длинной серовато-зелёной одежде и небольших треугольных шляпах; рядом лежали садовые инструменты и стояла тачка, поэтому женщины приняли их за служащих или садовников. На вопрос Журден о том, как пройти к Малому Трианону, мужчины довольно равнодушно велели продолжать идти прямо.
Рядом Журден увидела каменный домик, на ступенях которого стояли женщина и девочка лет тринадцати или четырнадцати. Женщина держала кувшин, который либо передавала девочке, либо только что получила от неё; обе были одеты в непривычную для Журден одежду, а на голове девочки был белый чепец. В какой-то момент вся сцена показалась ей застывшей и напомнила живую картину. Моберли, шедшая рядом, ни женщины с девочкой, ни самого домика не заметила.
Следуя указанию встреченных мужчин, они продолжили путь, хотя Журден уже начинала сомневаться, что выбранная дорога ведёт к дворцу. Именно здесь характер прогулки, по их позднейшим рассказам, резко изменился. Моберли без видимой причины охватила сильная подавленность; окружающий пейзаж стал казаться ей неестественным, деревья словно потеряли объём и напоминали изображение на гобелене, исчезла игра света и тени, а ветер как будто стих. Журден, не говоря о своих ощущениях спутнице, испытала тяжёлую сонливость, тревогу и чувство одиночества, сравнивая позднее это состояние с движением во сне.
Дорожка вывела их к небольшому круглому сооружению среди деревьев, которое в дальнейшем они называли киоском. Возле него сидел мужчина в тёмном плаще и широкополой шляпе. Моберли описывала его лицо как тёмное, грубое и крайне неприятное, а его выражение — как «отвратительное». В памяти Журден сохранилась ещё одна деталь: лицо мужчины было изрыто следами оспы. Хотя он, по её впечатлению, не смотрел прямо на женщин, сама мысль о необходимости пройти мимо него вызывала у неё сильное отвращение.
Пока женщины пытались решить, куда идти, сзади послышался быстрый бег. Моберли оглянулась, но никого на дорожке не увидела; почти сразу рядом появился высокий молодой мужчина с тёмными глазами и вьющимися чёрными волосами. Он был сильно раскрасневшимся, словно действительно бежал, и торопливо предупредил их по-французски, что продолжать путь в выбранном направлении не следует. Указав вправо, незнакомец произнёс «». Журден запомнила его тёмную одежду, туфли с пряжками и показавшееся ей необычным произношение. Моберли не могла понять, откуда он появился: когда женщины повернули в указанную сторону и попытались его поблагодарить, она уже не увидела мужчину, хотя вновь услышала поблизости звук бега. Журден вспоминала иначе — по её словам, после разговора он действительно побежал прочь, а его шаги вскоре внезапно стихли.
По указанной дороге они перешли небольшой деревянный мост. Под ним находился овраг с ручьём и маленьким водоёмом, окружённым камнями, травой и папоротниками. За мостом узкая тропа шла вдоль заросшего участка сада, скрывавшего здание почти до последнего момента. Когда Малый Трианон наконец появился перед ними, Моберли заметила на траве возле террасы женщину, державшую перед собой лист бумаги так, будто рассматривала рисунок. Она решила, что незнакомка делает зарисовку, и первоначально приняла её за обычную посетительницу. На женщине была светлая летняя одежда и широкая белая шляпа, надетая поверх пышных светлых волос; Моберли также запомнила светло-зелёную деталь одежды на плечах. Когда они проходили рядом, незнакомка повернулась и посмотрела прямо на неё. Её костюм показался Моберли старомодным, однако ничего сверхъестественного в увиденном она тогда не предполагала. Журден этой женщины вообще не видела.
Поднявшись на террасу, Моберли ещё раз увидела незнакомку со спины. Вскоре из соседнего здания вышел молодой человек, громко захлопнув за собой дверь. По манерам он напомнил Моберли лакея, хотя ливреи на нём не было. Узнав, что женщины ищут вход во дворец, он объяснил, что попасть внутрь можно со стороны парадного двора, и проводил их через французский сад. У входа они присоединились к весёлой французской свадебной компании, вместе с которой осмотрели помещения Малого Трианона; подавленность, сопровождавшая их в саду, исчезла. После осмотра они вернулись в Версаль, выпили чай в отеле des Réservoirs и пешком направились к станции. О событиях прогулки в тот день они между собой не говорили.
Первые записи и начало расследования Молчание о прогулке продолжалось около недели. Когда Моберли стала описывать поездку в письме сестре, воспоминание о Трианоне вновь вызвало у неё то же ощущение подавленности, которое она испытала в саду. Не закончив письмо, она неожиданно спросила Журден, не считает ли та Малый Трианон местом появления призраков. Журден сразу ответила утвердительно и впервые рассказала, что также ощущала в саду тревогу и подавленность, причём старалась не показывать этого спутнице. Обсуждая прогулку, женщины обратили внимание на казавшиеся им теперь странными детали: тяжёлую одежду встреченных мужчин, необычное появление и исчезновение бегущего незнакомца и его настойчивое желание направить их по другой дороге. Моберли вспомнила, что ещё во время прогулки ей приходила в голову мысль, будто мужчины возле развилки собираются драться на дуэли и ждут, когда женщины уйдут; Журден призналась, что особенно неприятным ей показался человек возле киоска. После этого разговора они к случившемуся больше не возвращались до отъезда из Франции, хотя успели посетить тюрьму Консьержери и могилы Людовика XVI и Марии-Антуанетты в Сен-Дени.