Дикая забастовка (от ), также стихийная, неофициальная или несанкционированная забастовка — забастовка, начатая работниками по собственной инициативе, без санкции руководства профессионального союза и в обход процедур, установленных законом или коллективным договоромwildcat strike, n. // Oxford English Dictionary. — Oxford University Press.. От официальной забастовки она отличается не целями и не формой прекращения работы, а порядком объявления: решение принимает не выборный орган профсоюза после голосования и уведомления работодателя, а сами работники цеха, смены или предприятия — нередко в тот же день, когда возник повод.
Поскольку большинство коллективных договоров содержит обязательство сторон воздерживаться от конфликтных действий в период их действия (обязательство о промышленном мире, , ), дикая забастовка обычно оказывается нарушением договора. Это ставит её участников вне защиты, которую закон предоставляет законной забастовке, а само профсоюзное руководство — в положение, когда оно вынуждено публично отмежеваться от собственных членов.
Терминология
Прилагательное («дикая кошка») в американском английском с 1838 года употреблялось в переносном значении «безрассудный, рискованный» — так говорили о ненадёжных банках и о нефтяных скважинах, которые бурили наудачу вне разведанных площадей; к 1880-м годам за словом закрепился и более общий смысл — «внезапный и неофициальный»wildcat (adj.) // Online Etymology Dictionary.. Составное выражение фиксируется словарями с 1930-х годов; ранее несанкционированную забастовку называли .
В русском языке употребляются калька «дикая забастовка» и описательные обозначения «неофициальная», «несанкционированная», «стихийная забастовка». В британском законодательстве закреплён термин .
Причины
Дикие забастовки возникают там, где расходятся интересы и темп действий рядовых работников и профсоюзного аппарата. Установленные процедуры — примирительные комиссии, голосования, сроки предупреждения — рассчитаны на отраслевые переговоры и растягиваются на недели и месяцы, тогда как поводом для остановки работы обычно служит локальный и срочный конфликт: увольнение товарища, авария или отказ устранить опасность на рабочем месте, задержка выплаты, изменение норм выработки в отдельном цехе.
Вторая причина — организационная. Там, где реальная сила сосредоточена у низовых представителей (цеховых старост, шоп-стюардов, заводских советов), а формальное право объявлять забастовку принадлежит вышестоящему органу, низовая структура получает возможность останавливать работу, не спрашивая разрешения. Британская королевская комиссия по профсоюзам и объединениям работодателей (комиссия Донована) в докладе 1968 года объясняла массовость неофициальных забастовок именно сосуществованием двух систем трудовых отношений — формальной, основанной на общенациональных соглашениях, и неформальной, основанной на переговорах цеховых старост с администрацией отдельного заводаRoyal Commission on Trade Unions and Employers' Associations (Report) // Hansard, House of Commons Debates. — 16 July 1968. — Vol. 768..
Третья причина — недоверие к профсоюзному руководству, которое рядовые члены могут считать слишком сговорчивым. В этом случае дикая забастовка направлена не только против работодателя, но и против собственного профсоюза, а конфликт внутри организации становится частью трудового конфликта.
Наконец, дикие забастовки эффективны там, где остановка небольшой группы обрывает всю производственную цепочку: на конвейере, транспорте, в непрерывных производствах. Начавшая «жаркую осень» 1969 года остановка на туринском «Фиат-Мирафиори» охватила около 800 человек, но вынудила администрацию отправить в простой около 30 тысячHot Autumn // Encyclopedia of European Social History. — Charles Scribner's Sons, 2001..
Правовое положение
Право большинства стран исходит из того, что коллективный договор на срок своего действия обменивает уступки работодателя на отказ работников от конфликтных действий по урегулированным вопросам. Это и есть обязательство о промышленном мире: оно может вытекать прямо из текста договора (оговорка об отказе от забастовок в США и Великобритании) либо подразумеваться самим фактом его заключения (Германия, скандинавские страны). Забастовка, начатая в обход профсоюза, почти неизбежно нарушает такое обязательство, и различия между правопорядками касаются главным образом того, кто и чем за это отвечает: организация, отдельные работники или никто.
Контрольные органы Международной организации труда признают обе модели — свободу забастовки при соблюдении срока предупреждения и её запрет на время действия договора — совместимыми с конвенцией № 87 о свободе объединения. Но запрет, по мнению Комитета экспертов, «должен компенсироваться правом обращения к беспристрастному и быстрому арбитражу» по спорам о толковании и применении коллективных договоровGernigon B., Odero A., Guido H. ILO Principles Concerning the Right to Strike. — Geneva: International Labour Office, 2000. — P. 33—34..
США
Отношение американского права к диким забастовкам определяется законом Вагнера 1935 года и поправками к нему — законом Тафта — Хартли 1947 года. Прекращение работы в нарушение оговорки коллективного договора об отказе от забастовок () не относится к «защищённой согласованной деятельности», поэтому участников можно уволить или подвергнуть дисциплинарному взысканию. Именно дисциплинарные меры Верховный суд США назвал основным средством работодателя против несанкционированной остановки работыComplete Auto Transit, Inc. v. Reis, 451 U.S. 401 (1981) // Legal Information Institute, Cornell Law School..
Взыскать убытки оказалось труднее. Раздел 301 закона Тафта — Хартли позволяет предъявлять иски о нарушении коллективного договора, но в деле «Карбон Фьюэл против Объединённого профсоюза горняков» (1979) суд признал, что профсоюз не отвечает за дикие забастовки своих местных отделений, если он их не подстрекал и не одобрял, и что обязанности «приложить все разумные усилия» для их прекращения из договора не вытекаетCarbon Fuel Co. v. United Mine Workers of America, 444 U.S. 212 (1979) // Legal Information Institute, Cornell Law School.. В деле «Комплит Ауто Транзит против Рейса» (1981) суд постановил, что раздел 301 не допускает и исков о возмещении убытков к отдельным работникам, нарушившим такую оговорку, — независимо от того, участвовал ли в этом профсоюз: Конгресс не желал возвращения к массовым искам против рядовых членов профсоюзов.
Западная Европа
В Германии права на забастовку как отдельной нормы закона нет: суды выводят его из свободы объединения (ст. 9 (3) Основного закона). Забастовку вправе объявлять только сторона, способная заключить коллективный договор, то есть, как правило, профсоюз; забастовка, объявленная помимо профсоюза, считается противоправной, а участие в ней квалифицируется как отказ от работы и может повлечь предупреждение или увольнение. Пока коллективный договор действует, обязательство о мире запрещает конфликтные действия по урегулированным им вопросамStrikes in Germany — background summary // European Trade Union Institute..
В Великобритании, где вмешательство государства в трудовые отношения долго было минимальным, особый статус неофициальных забастовок появился лишь в ходе реформ 1980-х годов и закреплён в консолидированном законе о профсоюзах и трудовых отношениях 1992 года. Забастовка считается неофициальной, если она не санкционирована и не одобрена профсоюзом, членами которого состоят её участники; уволенный во время такой забастовки работник лишён права обжаловать увольнение как несправедливоеTrade Union and Labour Relations (Consolidation) Act 1992, s. 237: Dismissal of those taking part in unofficial industrial action // legislation.gov.uk.. Профсоюз, желающий избежать ответственности за действия своих цеховых представителей, обязан дезавуировать забастовку в письменной форме, как только это станет практически возможно, и известить об этом каждого участника по установленной законом форме; у работников есть один рабочий день, чтобы вернуться, прежде чем забастовка станет неофициальнойTrade Union and Labour Relations (Consolidation) Act 1992, s. 21: Repudiation by union of certain acts // legislation.gov.uk..
В Италии, напротив, забастовка признана индивидуальным правом работника, а не прерогативой организации, поэтому прекращение работы по решению самих работников само по себе не противоправно, и понятие «дикой забастовки» имеет здесь скорее описательный, чем юридический смысл.
Известные примеры
Великобритания, 1960—1970-е годы. Неофициальные забастовки стали в британской промышленности нормой: доклад комиссии Донована 1968 года и последовавший за ним правительственный документ «Вместо распрей» (, 1969) исходили из того, что около 95 % остановок работы не были санкционированы профсоюзами; это были короткие заводские конфликты, а не общенациональные стачки. Число забастовок вне угольной промышленности выросло со среднегодовых менее 600 в 1950-е годы до примерно 2000 в 1968 году и почти 4000 в 1970-м. Попытки поставить неофициальные забастовки под правовой контроль — законопроект Барбары Касл 1969 года и закон о трудовых отношениях 1971 года — натолкнулись на сопротивление профсоюзов и были свёрнуты.
Италия, «жаркая осень» 1969 года. Волна началась 1 сентября 1969 года с несанкционированной остановки работы на туринском заводе «Фиат-Мирафиори». За осень в конфликт втянулись «Пирелли», «Альфа Ромео» и другие крупные предприятия Севера; решения принимались на цеховых и общезаводских собраниях, а низовые комитеты и заводские советы избирали делегатов независимо от профсоюзной принадлежности. Итогом стал «Статут трудящихся» 1970 года, закрепивший права профсоюзов на предприятии.
Детройт, 1973 год. Летом 1973 года на заводах «Крайслер» в Детройте прошла серия диких забастовок и захватов цехов — на «Джефферсон-авеню», «Детройт-Фордж» и штамповочном заводе на Мак-авеню, где поводом послужило увольнение рабочего, добивавшегося устранения нарушений техники безопасности. Сидячую забастовку на Мак-авеню прекратили полиция и руководство Объединённого профсоюза рабочих автомобильной промышленности, собравшее из активистов своей фракции отряд для разгона пикета, — эпизод, ставший в литературе о профсоюзе символом разрыва между аппаратом и цехомUetricht M. How the UAW Went From a Militant, Trailblazing Union to a Corrupt, Dealmaking One // In These Times. — 2019. — 5 December..
Изучение
Классическим социологическим исследованием дикой забастовки считается работа американского социолога Алвина Гоулднера «Wildcat Strike» (1954), основанная на полевом наблюдении за гипсовым заводом в штате Нью-Йорк. Гоулднер показал, что остановка последовала не за экономическим ухудшением, а за сменой заводского управляющего: новый руководитель заменил сложившуюся практику снисходительного отношения к неформальным договорённостям («indulgency pattern») формальными правилами и жёстким надзором. Денежные требования бастующих были, по его выводу, лишь удобной формой для конфликта о нарушенных нормах цехового общежития, а не рациональным торгомGouldner A. W. Wildcat Strike: A Study in Worker-Management Relationships. — Yellow Springs, Ohio: Antioch Press, 1954..
Институциональное объяснение предложила комиссия Донована: неофициальные забастовки — не патология, а закономерный результат того, что реальные переговоры переместились на уровень предприятия, а формальная система осталась общенациональной; лечить их следовало не запретом, а признанием заводских переговоров и упорядочением работы цеховых старост. Опыт свёрнутых британских реформ 1969—1974 годов обычно приводят как довод в пользу того, что запрет неофициальных остановок сам по себе их не устраняет.
В российском контексте