Российская католи́ческая церковь византи́йского обрядагрекокатолический (РКЦВО) (, иначе Российская греко-католическая церковь) — восточнокатолическая церковь sui iuris («своего права»), созданная для католиков, практикующих византийский обряд на территории России, и для русскоязычных византокатоликов в эмиграции, в т. н. Русском апостолате. В её рамках создано два апостольских экзархата в России (1917) и в Харбине (Китай, 1928). В настоящее время оба экзархата не имеют своих иерархов.
В определённом отношении русские католики византийского обряда могут считать родоначальниками своей традиции митрополита киевского Исидора и тех русских церковных деятелей, которые пытались ранее достигнуть полноты общения русской Церкви с Церковью Рима.
Появление общины Предыстория РКЦВО восходит к принятию католичества философом Владимиром Соловьёвым, которое произошло в доме у священника Николая Толстого, который присоединился к Римскому Престолу двумя годами ранее. После присоединения Соловьёва во время совершённой им Божественной литургии византийского обряда отец Николай был вынужден уехать из России из-за давления полиции. К этому времени в Санкт-Петербурге уже существовал религиозно-историософский кружок княгини Елизаветы Волконской (перешедшей в 1897 году в католичество и ставшей его апологетом) и философа Владимира Соловьёва.
Важным для истории РКЦВО событием стало то, что православный священник-миссионер Алексей Зерчанинов принял католичество после самостоятельного изучения церковной истории и святоотеческих трудов по вопросам сравнительного православно-католического богословия, а также после знакомства с идеями Соловьёва о христианском единстве. Он был осуждён за свой шаг на длительное заключение в монастырской тюрьме. Только после издания указа Николая II «Об укреплении начал веротерпимости» от 17 апреля 1905 года православные подданные Российской империи получили право менять вероисповедание.
Тогда, благодаря стараниям племянницы российского премьера Петра Столыпина Натальи Ушаковой, 57-летний священник Алексей Зерчанинов, бывший благочинный Нижегородской епархии, был освобождён из ссылки, и стал священником католической общины. Было также направлено прошение об утверждении общины и разрешении на открытие церкви. До открытия церкви литургии служились в комнате отца Алексея Зерчанинова.
В то время община католиков византийского обряда включала в себя Наталью Ушакову, князя Белосельского, княжну Елену Долгорукую, Гончарова, Яновскую, Потёмкину и Любовь Дмитриевну Фёдорову, мать будущего экзарха русских католиков Леонида Фёдорова.
В мае 1908 года кардинал Гаспари именем Папы Римского назначил Алексея Зерчанинова главой миссии русских католиков восточного обряда. В документе, датированном 22 мая 1908 года и написанном на латинском языке, Папа Пий X предписывал общине «со всякой строгостью соблюдать греко-славянский обряд в его чистоте, не допуская ни малейшего смешения с латинским или любым другим обрядом». Осенью 1908 года общину посетил митрополит Андрей Шептицкий, найдя при ней также и сестричество милосердия. Под церковь в Санкт-Петербурге решено было отдать мансарду по адресу Полозова улица, дом 12, принадлежавшую одной из прихожанок, которую освятили 28 марта 1909 года отец Алексей Зерчанинов и отец Евстафий Сусалев — старообрядец Белокриницкого согласия, вошедший в полное единство со Святым Престолом в 1908 году.
В марте 1911 года русские католики были переведены под юрисдикцию Могилёвского архиепископа Викентия Ключинского. После этого Департамент духовных дел иностранных вероисповеданий Министерства внутренних дел в июле 1912 года через архиепископа Ключинского передал отцу Иоанну Дейбнеру бумагу, допускающую существование Русской католической церкви и назначающую рукоположённого в 1903 году вышеупомянутого священника её настоятелем. Ему разрешалось заводить метрические книги для записи рождений, крещений, венчаний, отпеваний.
Было решено искать новое помещение для церкви, так как в старом становилось тесно, да к тому же стала протекать крыша. В сентябре 1912 года нашли несколько комнат с отдельным входом на втором этаже дома 48/2 по Бармалеевой улице. Церковь Святого Духа открыли в этом помещении 30 сентября 1912 года. В 1913 году о. Иоанн начал издавать журнал «Слово Истины», где публиковались статьи и католиков, и православных, который выходил до 1918 года.
в церковь Святого Духа вместе с нарядом полиции вошёл викарный епископ Санкт-Петербургской православной епархии Никандр (Феноменов). Он прервал службу, сказал собравшимся, что их обманывают, и провозгласил анафему тем, кто не выйдет вместе с ним. Но никто не вышел, и о. Иоанн Дейбнер спокойно продолжил службу.
церковь Святого Духа закрыли и опечатали. Отец Алексей перебрался служить в часовню при соборе св. Екатерины на Невском проспекте. Тем не менее, службы в церкви Святого Духа продолжали тайно совершаться, так как кроме опечатанного входа в неё имелся также вход из соседней квартиры, где жил о. Иоанн. Обычно дверь была заставлена шкафом, поэтому полиция её не заметила. На Пасху 1914 года службы были совершены в опечатанной квартире с завешенными коврами окнами и дверьмиФатеев М. Католики восточного обряда в Санкт-Петербурге . С 1916 года богослужения для католиков византийского обряда стали также совершаться в храме Иоанна Крестителя при Пажеском корпусе на ул. Садовой, д. 26. За их проведение отвечал ещё один священник РКЦВО — отец Глеб Верховский, который служил в северной столице до 1918 года.
Русский экзархат восточного обряда
Церковь Святого Духа вновь была открыта после Февральской революции 1917 года. 29 мая 1917 года в актовом зале гимназии при соборе св. Екатерины начался Первый и учредительный Собор Русской Католической Церкви, на котором присутствовали все католические священники восточного обряда, а также представители от мирян. На нём митрополит Андрей Шептицкий установил в России экзархат и его главой назначил о. Леонида Фёдорова с титулом митрофорного протопресвитера, а затем владыка подтвердил его полномочия в Риме в феврале 1921 года в Конгрегации восточных церквей. Результатом Собора стали 68 пунктов постановлений, отвечавших на наиболее актуальные вопросы церковной жизни русских католиков. Особое внимание уделено неприкосновенной целостности богослужебных форм русского славяно-византийского обряда, согласно распоряжению Папы Пия X, который лично повелел сохранять обряд неизменным: «nec plus, nec minus, nec aliter» — «без прибавлений, опущений и изменений».
В июле 1917 года Русский экзархат восточного обряда был утверждён Временным правительством. В октябре 1917 года Временное правительство признало за экзархатом право на жалование и на церковь в столице. Под неё должны были передать бывший иезуитский дом на углу Екатерининского канала и Итальянской улицы, но этого не произошло из-за Октябрьской революции.
Напомним, что перед открытием Собора митрополит Андрей Шептицкий за литургией, совершённой в Мальтийской капелле, рукоположил Владимира Абрикосова в священники византийского обряда и назначил настоятелем московского католического прихода византийского обряда. В московской квартире Владимира и его жены Анны Абрикосовой совершались богослужения русского католического прихода византийского обряда в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Анна Абрикосова (мать Екатерина) основала в Москве женскую общину Третьего доминиканского ордена, которую первоначально духовно окормлял отец Владимир. В 1920—1922 в доме Абрикосовых проходили собеседования представителей католической и православной церквей, в которых участвовали и московские интеллигенты. Такая деятельность была сочтена контрреволюционной, и Владимир Абрикосов в 1922 был выслан за границу. Мать Екатерина могла выехать вместе с ним, но не хотела оставлять созданную ей общину, которая в 1923 была официально принята в Доминиканский орден.
На начало 1918 года в России было 8 священников восточного обряда, из них 7 проживало в Петрограде, и около 1000 прихожан, из них более 400 в Петрограде. В 1920 году о. Леонид познакомился с Юлией Данзас, бывшей фрейлиной императрицы Александры Фёдоровны, сотрудницей иностранного отдела Публичной библиотеки и преподавательницей истории Петроградского педагогического института, которая после многих лет религиозных исканий собралась присоединиться к Католической Церкви. Она решила стать монахиней и сняла квартиру в доме, где жил о. Леонид (на углу Подрезовой улицы и Малого проспекта) для создания монашеской общины. Вместе с ней там поселилась Екатерина Башмакова. 14 сентября 1921 года была создана монашеская община Святого Духа.
В этом же году с Католической Церковью воссоединяется Сергей Михайлович Соловьев — православный священник, философ и поэт, племянник Владимира Соловьева. Ранее он окончил Московскую духовную академию и получил степень кандидата богословия, став доцентом на кафедре патрологии, где преподавал патристику. До своего перехода в католицизм Соловьев был активным участником заседаний «Общества поборников воссоединения церквей», сохранив дружелюбное отношения к православным верующим и духовенству и поддерживая с ними контакты всю жизнь. В 1923 году он служит в московской общине католиков византийского обряда. После ареста блаженного Леонида Федорова апостольский администратор Пий Невё назначил отца Сергия вице-экзархом для католиков синодального обряда. В 1927 году в качестве вице-экзарха он призывает несогласных с Декларацией митрополита Сергия о лояльности советской власти православных священников воссоединиться с Католической Церковью. Однако, монсеньор Невё призвал Соловьева уничтожить листовки с соответствующим названием. В 1928 году отец Сергей тайно служит в Саратове. В 1931 году Соловьев был арестован, что подорвало его психическое здоровье за полтора года заключения — поэтому приговор в 10 лет исправительно-трудовых лагерей был заменен сначала ссылкой в Казахстан, а затем лечением в психиатрической лечебнице. После краткого пребывания на свободе в 1932 году он был снова помещен на лечение, которое не прекращалось до самой его смерти в 1942 году.
В 1922 году о. Леонид так оценивал положение своего экзархата: «У нас два центра русских католиков. Один в Петрограде, другой в Москве. В Петрограде у нас около 70 верующих, в Москве — около 100, в Саратове пока только 15. Более того, у нас более 200 верующих рассеяно по всем городам и селениям нашей огромной страны… Некоторые покинули Россию между 1918 и 1919 годами, чтобы спасти свою жизнь или поискать лучших условий жизни. Некоторые умерли от голода или различных болезней. Число таких, которые покинули нас, доходит до 2-х тысяч…».
В декабре 1922 года церковь Сошествия Святого Духа была вновь закрыта и опечатана. Богослужения происходили в храме за закрытыми дверями (второй вход в него не был опечатан по невнимательности), алтарь был заставлен ширмой, чтобы «ничего подозрительного в глаза не бросалось». В январе 1923 года митрополит Андрей Шептицкий подчинил Леониду Фёдорову греко-католиков в Беларуси.
Предчувствуя арест, 4 марта 1923 года о. Леонид поручил временное управление северной частью экзархата о. Алексею Зерчанинову, а о. Епифаний Акулов (иеромонах Александро-Невской лавры, перешедший в католичество летом 1922 года) был назначен несменяемым заместителем настоятеля закрытой церкви Святого Духа. Вечером того же дня о. Леонид выехал в Москву и там был арестован. В июле 1923 года была ликвидирована приходская община в Петрограде, а её помещения в доме на перекрестке улиц Бармалеева и Большой Пушкарской были отданы под жилые квартиры.
Преемником о. Леонида был назначен Климентий Шептицкий, формально ставший вторым российским экзархом c 9 октября 1939 года, хотя на практике осуществлять свои обязанности он не имел возможности.